Глава 4
Кажется, Варя задремала. Сквозь дрему сознание и память включились не сразу. Звук наливаемой воды… звук чашки, поставленной на стол… звук отодвигаемого стула… Соседка вернулась?..
Веки дрогнули… Призрачный сине-бордовый свет… Откуда? И тут память проснулась окончательно.
Варя резко подняла голову, выпрямилась на стуле, слегка ошалело глядя вокруг себя. Руки, лежащие на столешнице кухонного островка, немного затекли. Значит, она так и заснула: сидя на стуле, уронив голову на руки. Рядом стояла чашка с водой.
– Доброе утро, – приветствовал слегка хрипловатый спросонья голос. – Скажи мне, что ты здесь, потому что осталась, а не потому, что заснула.
Глаза мужчины смеялись. Густые волосы – в художественном беспорядке, на щеке – след от подушки, в руках – кружка. Черт, это даже мило! Голый рельефный торс с легкими завитками волос на груди, спортивные брюки с завязками – все слишком по-домашнему и, в то же время, слишком красиво, чтобы выглядеть опасно. Вокруг глаз – лучики морщин от улыбки, расслабленная открытая поза… Можно было подумать, что она просто его гостья или… даже девушка… «Он не твой бойфренд. Он твой клиент», – прозвучал в мутном после сна сознании внутренний голос Вари, почему-то тембром Лики – отрезвляюще.
– Привет, Айк, – ответила Варя, надеясь, что мужчина спишет ее молчание на замешательство после сна. – Я осталась.
– Вижу, ты поговорила с Ликой, – усмехнулся Айк. – Жаль. Я надеялся, что ты изобретешь мне имя пооригинальнее. Как ты себя чувствуешь? Проснулась? Голодная? Хочешь пить?
Варя бросила мимолетный взгляд на стоящую рядом кружку. Пить действительно хотелось. Но почему-то эта предупредительность вызывала раздражение. «Будто меня заботливо маринуют перед тем, как сожрать». И Варя не сдержалась:
– Разве кукла имеет право на собственные желания?
В глазах Айка мелькнуло странное выражение.
– А ты моя кукла?
– А разве это не так?
Глаза Айка словно стали чуть темнее.
– Зависит от тебя. Пока у тебя есть полная свобода воли. И выбора.
Варя открыла было рот, чтобы возразить, что уж чего-чего, а свободы воли и выбора у нее как раз нет, но внутренний голос запротестовал так громко, что пришлось промолчать.
Все это время Айк внимательно разглядывал ее лицо.
– Раз уж ты осталась, предлагаю перестать терять время и перейти, наконец, к делу.
Варя напряглась, как сжатая пружина.
– Но сначала, я бы хотел, чтобы ты ответила мне на несколько важных вопросов.
Варя кивнула.
– Какие сроки нашего… свидания называла тебе Лика?
– До утра.
– А какую сумму?
Варя назвала. Айк кивнул.
– Сколько из них ты должна Лике? Пятнадцать процентов? Двадцать? Тридцать?
– Пятьдесят.
Айк присвистнул.
– С любой суммы, которую ты заработаешь? А бонусные?
Варя помотала головой.
– В таком случае я выплачу тебе дополнительно еще пятьдесят процентов от суммы твоего гонорара в качестве бонуса, если ты согласишься на ряд дополнительных условий. Тогда Лика получит свое, а ты – полностью ту сумму, которую я называл изначально.
– Что за условия? – Варя с трудом узнала собственный голос.
Айк поставил кружку на стол и поудобнее облокотился на спинку стула, напротив Вари.
– Засыпая, я размышлял. Анализировал свои ощущения от тебя. И пришел к выводу, что ты мне подходишь.
Варя подняла брови вверх и неопределенно хмыкнула.
– Не в том смысле, в каком ты сейчас подумала, Варя. Это немного другое, но очень важное ощущение. Ты мне комплементарна. Как бы ни сопротивлялся твой разум, твои эмоции практически сразу входят в резонанс с вектором, который я им придаю, а твое тело мгновенно отвечает на мои импульсы. Звучит мистически, но это банальная химия и физика. Есть частицы одного вещества, которые, даже если их разделить химической реакцией, стараются вернуться друг к другу и слиться в одно целое. Ты и я – мы из одного вещества. Я пока сам не очень понимаю, что происходит, но знаю одно: я хочу побыть с тобой подольше. Понимаешь, о чем я?
Варя опять помотала головой, чувствуя, как от слов Айка внутри нее опять нарастает необъяснимое раздражение:
– Нет. Кроме того, что ты то ли химик, то ли физик. Хотя с лирикой тоже неплохо получается. Если бы ты меня уже не купил, я бы клюнула.
Айк на секунду замолчал, затем расхохотался, но быстро взял себя в руки.
– Ну, считай, ответила. Во-первых, мы окончательно перешли на «ты», и это радует. Во-вторых, твоя агрессивная реакция еще больше убедила меня, что я прав. Окей. Прочь вопросы и лирику. По существу: давай заключим с тобой контракт… Точнее, пока только устное соглашение. Из трех пунктов. Первый: ты остаешься со мной на весь уик-энд, и… там посмотрим. Может, еще на неделю, но я пока не решил. Второй: ты слушаешься меня так, как если бы я был твоим семейным доктором, полностью и беспрекословно. Третий: на этот срок ты остаешься жить у меня. Со своей стороны, я гарантирую тебе, первое: оплату всего срока пребывания плюс пятидесятипроцентный бонус, который покроет долю Лики. Второе: оплату всех твоих расходов и питания. Третье: физическую безопасность твоей жизни. Согласись, это очень щедрое предложение.
Варя замерла. Это было не просто щедрое предложение – это предложение могло в корне изменить всю ее жизнь.
«Ты собиралась продержаться только до утра», – напомнил ей внутренний ангел. «Да, но за эти деньги я смогу одна снять нормальную квартиру рядом с институтом, на несколько лет, и больше не думать, как платить за учебу до самого выпускного. И даже смогу помочь родителям!» – спорил с ним внутренний демон искушения. «У тебя от него мурашки!» – не унимался ангел. «Да, но он обещает мне физическую безопасность!» – парировал демон. «Слушайся меня во всем! А что, если он прикажет что-то асоциальное или аморальное?» – привел самые сильные аргументы ангел. «А разве не аморально то, что ты уже здесь? К тому же… он говорил про свободу воли… соглашение устное: можешь взять свое слово назад и всегда можно уточнить границы…» – разбил аргументацию ангела демон.
Варя поймала взгляд Айка.
– Я не буду делать ничего, что противоречит моей безопасности и конституции России. Окей?
Губы Айка растянулись в улыбке.
– Естественно.
– И… если я в любой момент захочу уйти… и скажу, что разрываю наше… соглашение… я смогу уйти и получить то, что заработала?
Айк чуть склонил голову набок, его глаза мерцали, отражая подсветку аквариума.
– Если захочешь – конечно.
Варя мимодумно взяла стоящую рядом с ней кружку, задумчиво повертела в ладонях. Вода внутри казалась черной. Но пить хотелось сильнее. Залпом осушив кружку, Варя громко поставила ее на стол.
– Я согласна.
– Отлично. Я рад, что ты согласилась.
Варе показалось, что ее слова стали для Айка спусковым крючком. Расслабленность исчезла, он подобрался, как перед прыжком, и решительно встал со стула:
– Не будем больше терять время. Выходим через пару минут. По дороге все расскажу. Иди одевайся. В машине тепло, но на улице зима все-таки.
«В машине?» – хотела переспросить Варя, но вместо этого, как зомби, встала со стула и послушно пошла в прихожую.
⠀
В полтретьего ночи на частной подземной парковке башни Сити не было ни души, лишь бездушные ряды машин. Галогеновые лампы на потолке заливали пространство мертвенным светом, одна из них моргала. Тишина, только мягкие шаги Айка и ее, Варины, торопливо семенящие следом, короткий гудок автомобильной сигнализации, мягкий хлопок закрывшейся двери, когда Айк сел на место водителя. Варя почувствовала, что словно бы спустилась в другой мир. Подземный. Нереальный. И все, что сейчас с ней происходит – тоже нереально. Будто она смотрит кино. Очень реалистичное, в киберочках, с полным погружением, но кино. А значит – нет никаких ограничений, хотя правила пока неизвестны. Есть только страх и адреналин. Ужас перед неизвестностью, но вместе с тем и любопытство: «что будет дальше»?
– Садись.
Салон BMW X6 пах терпким одеколоном Айка и новой кожей, словно только что из автосалона. Айк включил зажигание. Машина послушно заурчала, как соскучившийся по хозяину огромный черный пес.
– Пристегнись, – скомандовал Айк. – Я люблю быструю езду, а подвеска достаточно жесткая. – Переключил рычаг передач на drive turbo и уверенным движением нажал на газ, параллельно выкручивая руль, быстро, но аккуратно входя во все повороты выезда, поднимаясь по спирали дороги все выше и выше вверх.
Варя окончательно перестала понимать, что с ней происходит. Голова кружилась. То ли подействовало движение автомобиля по спирали, то ли захлестнули волны адреналина на фоне только что пережитых эмоций. Приятные вибрации мотора, запах дорогой машины, мужской одеколон, ночь и ощущение полной ирреальности происходящего – все вместе щекотало обоняние, нервы и каким-то причудливым образом снимало внутренние барьеры. Хотелось просто лететь вместе с машиной, ощущая каждый толчок неровной дороги, каждый поворот. Но сознание еще сопротивлялось: «Не теряй контроль, Варя, только не теряй контроль!»
Айк, словно прочитав ее мысли, бросил:
– Не анализируй. Расслабься.
Машина остановилась на выезде. Пока автомат читал пропуск и поднимал шлагбаум, Айк бросил быстрый взгляд на девушку:
– Прости, я позволил себе предложить тебе не просто воду.
Варя почувствовала, как ладони похолодели и вспотели.
– Наркотик?
Айк пожал плечом.
– Ничего вредного. Но может кружиться голова и… в общем, просто расслабься. Мы же говорили об удовольствии? Наслаждаешься ты – наслаждаюсь я. Такой же был договор? Разве нет?
Варя потрясенно молчала.
Тем временем машина покинула пределы Сити и понеслась вдоль набережной Москвы-реки.
– Сделаем почетный круг мимо Белого дома, а затем я хочу узнать о тебе кое-что, – прокомментировал Айк. – Ночь – мое любимое время. Через пару часов дороги будут абсолютно пустые. И тогда я покажу тебе еще один frame, в котором ты никогда не была. Сегодня ночь рефрейминга, дарлинг. Красиво, правда? Бесполезная, но такая эффектная подсветка…
Машина сделала разворот возле Белого дома и снова набрала скорость по прямой дороге, пролетая зеленый свет светофоров и яркие огни подсвеченных зданий.
– Ночь чего? – Варя едва разлепила непослушные губы.
– Ты боишься высоты, Варя? – проигнорировал вопрос Айк.
– Смотря какой… А что?
Айк не ответил.
– А чего ты боишься?
Варя задумалась.
«Тебя? Себя?» Но мозг предательски отказывался думать.
Айк бросил на Варю быстрый взгляд.
– Эта ночь будет ночью твоих страхов, Варя. Я хочу знать о тебе все. Даже то, чего ты сама о себе не знаешь.
– Мои страхи?
– Твои демоны. Страх – всего лишь крышка, которая не дает им вырваться наружу. А я хочу знать, что будет, если их выпустить на свободу…
Варя почувствовала, как от слов Айка ее снова накрывает волна животного ужаса, и инстинктивно отвернулась к окну, чтобы мужчина не заметил эмоций. И только потом поняла, что так ее лицо отражается в боковом зеркале.
Но Айк, казалось, смотрел только на дорогу, ведя машину по одному ему известному маршруту.
– А в чем смысл?
– В этом и смысл, Варя. Ограничения необходимы только для контроля и подавления. А мне нужно, чтобы ты освободилась. Только тогда ты сможешь осознанно управлять тем, что сейчас управляет тобой. Понимаешь, о чем я?
– Не очень…
Айк вырулил на прямое шоссе и прибавил газу. Варя почувствовала, как ее вдавливает в кресло.
– Значит, поймешь в процессе.
– А тебе это зачем?
– Так вкуснее.
– Что?!
Айк расхохотался.
– Дорогая, ты слишком зажата. Такой огромный эмоциональный потенциал – и так грубо и бессмысленно подавлен! Как река, перекрытая плотиной. Мне некогда цедить тебя по капле, мне нужно все и сразу.
– А не боишься, что волной снесет?
– Во мне нет страха, Варя. Давно нет. Но для тебя это пока только слова. Что я и собираюсь изменить. Смотри, мы почти на месте. Угадаешь?
Айк коротко кивнул головой вправо: мол, смотри в окно. Варя недоуменно разглядывала пейзаж: Ленинский проспект, ничего необычного, ничего сверхъестественного. Машина плавно вошла в поворот, показав подсвеченную верхушку высотки. И тут Варю внезапно осенило:
– «Золотые мозги»?
– Мозги?!
– Ну, высотка РАН.
Айк ухмыльнулся.
– Это народное творчество?
– Скорее прозвище за внешний вид. Разве не похоже?
Машина подъезжала к зданию Президиума Российской Академии Наук, и подсвеченная конструкция на верхушке представала во всей красе. Айк бросил на нее беглый взгляд.
– Да, действительно. Не задумывался раньше об этом…
– Не только ты умеешь давать фреймы…
Айк сразу не ответил. Подвел машину под очередной шлагбаум и набрал номер с мобильного. Затем, слушая гудки, внимательно посмотрел на Варю, но ответил не ей, а незнакомому мужчине:
– Я здесь.
Вышел охранник, кивнул и жестом показал следовать за ним. Шлагбаум открылся, и машина, шурша шипованной резиной шин, тихо поехала вперед.
– Ты меня удивляешь, Варя. А это необычные ощущения для меня, – внезапно ответил Айк.
От его слов повеяло холодком, отчего Варя инстинктивно вжала голову в плечи.
– Значит, тебе знакомо понятие «рефрейминг»?
– Я читала Зеланда.
Охранник остановился, указывая им место. Айк снова замолчал, включая автоматическую парковку. Пока электроника делала свое дело, Варя снова почувствовала на себе тяжелый изучающий взгляд.
– Тем лучше, – внезапно усмехнулся Айк. – Золотые мозги для золотых мозгов.
– И так вкуснее, – едва слышно пробурчала Варя, но, на ее счастье, слова заглушил писк парктроников. Машина встала.
Ожидающий их охранник нетерпеливо переминался с ноги на ногу на холоде зимней московской ночи.
– Выходи, – скомандовал Айк. – Вкусные мозги ждут нас.
«ЧЕРТ, он слышал!»
Варя послушно выскользнула из черной утробы BMW.
Лифт оказался скоростным. Айк и сопровождающий их охранник стояли молча, ожидая нужного этажа. У Вари же заложило уши, а сердце провалилось куда-то в пятки. В голове всплывали обрывки мыслей и тут же гасли, как искры. «Ты боишься высоты»? «Что он задумал?» «Это наверняка опасно». «Он обещал: никакой угрозы для жизни». «На словах». «А что, если он безумен?» «Угроза – понятие субъективное». «Мне конец». «Если переживу эту ночь, точно поставлю свечку». «А что, если?..»
Лифт остановился.
Внезапно Варя почувствовала, что ее рука оказалась в теплой и крупной ладони Айка.
– Выходим.
Это был первый осознанный физический контакт с ним. Внезапный. Естественный. Успокаивающий и ведущий за собой уверенной силой. Словно так было давным-давно. И всегда. И так и должно быть. Сердце Вари пропустило удар, но тут же забилось с утроенной скоростью. Будто на невидимом поводке, девушка послушно пошла за мужчиной. Мысли исчезли.
Охранник провел их через огромную темную залу ресторана, отпер одну дверь, за которой оказалась лестница наверх, на чердак. Айк подтолкнул Варю вперед, поднимаясь следом. Долгое восхождение – еще одна чердачная дверь и лабиринт помещений, оканчивающийся небольшой комнатой со стеклянными стенами, похожий на замок Снежного Тролля, откуда нет выхода живым. Охранник открыл двери – и в лицо внезапно ударил свежий морозный воздух. Они оказались на крыше.
– Позвоните, когда захотите уйти, – предупредил охранник, оставив Варю и Айка наедине с крышей, продуваемой всеми ветрами, и странной железной конструкцией в ее центре.
Крыша… Варя застыла в недоумении. Что делать глубокой ночью, зимой, на крыше? Пронизывающий ветер потихоньку пробирался под одежду.
Девушка оглянулась на Айка.
Мужчина стоял и в упор разглядывал ее реакцию. В его глазах отражались желтые блики подсветки.
– И что теперь? – спросила Варя, ежась от ветра.
Айк указал на винтовую лестницу в центре металлоконструкции.
– Поднимайся выше.
– ЕЩЕ выше? – ужаснулась Варя. – Я там околею от холода!
Айк усмехнулся.
– Вперед. Или мы отсюда не уйдем.
Варя бросила на мужчину ненавидящий взгляд, но сжала зубы и упорно полезла вверх.
Сквозь тонкие кожаные перчатки отчетливо ощущалось ледяное прикосновение металла. Кончики пальцев начинали неметь от холода.
Айк карабкался следом.
Лестница кончалась металлическими распорками, идущими в разные стороны. Прожектора подсветки нещадно били в небо и по глазам, отчего невозможно было разглядеть, где кончались металлические балки и что начиналось за ними. Темное ночное небо оттенка жженого ультрамарина нависало со всех сторон, скрывая вид на город. Ветер озверел окончательно – пробирал до костей, забираясь под одежду, как разъяренный таможенник. Варя застыла на последней ступеньке, съежившись от холода, ощущая постепенно охватывающую ее дрожь.
Айк стоял ступенькой ниже.
– И? Дальше.
– Не могу, – поцедила Варя сквозь зубы. – Я замерзну, заболею или упаду. И, вообще, зачем? Зачем мы здесь?
Вместо ответа Айк придвинулся вплотную к ней, едва балансируя на узком куске металла.
Их тела оказались совсем близко, и Варя почувствовала, что теперь ее по-настоящему бьет колотун, но не только от холода, а еще и от какого-то неясного возбуждения, словно Айк подключил к ее телу кабель высоковольтного напряжения.
Мужчина в упор смотрел на нее. Варя опустила глаза, стараясь спрятать взгляд. И тут Айк снова поймал ее тонкую кисть руки в свою на удивление горячую ладонь. Указательным пальцем другой руки приподнял лицо за подбородок и заставил посмотреть в глаза.
– Я с тобой, – почти прошептал он. С губ слетал пар, мгновенно подхватываемый ветром. – Я рядом.
Варя хотела возразить, что как раз в этом-то и проблема, но внезапно Айк резким движением расстегнул молнию ее пуховика, запустил под него обе руки и плотно притянул Варю к себе за талию. Варя окаменела от неожиданности.
От тела мужчина исходил ощутимый жар, хотя ветер делал все возможное, чтобы развеять и его.
«Он что, собирается заняться Этим прямо здесь?» – мелькнула шальная мысль.
Айк тем временем, не теряя зрительного контакта, чувственно провел горячими ладонями по ее ягодицам, бедрам… и еще один круг поглаживания, через промежность, отчего Варя растеряла последние остатки здравых мыслей. Глаза Айка казались такими же темными, как зимнее небо.
– Иди дальше. Если сможешь преодолеть свой страх, сможешь им управлять.
Низкий голос с бархатными нотками завораживал.
– Зачем? – едва слышно прошептала Варя.
– Иди.
– Я упаду.
– Я с тобой.
– Замерзну.
– Тебе сейчас холодно?
Варя замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Нет, ей уже не было холодно. Даже более чем не холодно. Кажется, молодое женское тело решило однозначно ответить на близость сильного мужского.
– Нет. Ты очень горячий…
В глазах Айка мелькнули уже знакомые Варе искры, но выражение лица не изменилось, как и мерный ритм дыхания.
– Тогда иди.
– Одна?
– Я рядом.
– Я сразу замерзну.
– В здании тепло, в машине тоже. Отогреешься.
– Может, так?
– Так – что?
– Ну… ты же хочешь… м-м-м-м… ну…
Айк на секунду нахмурился, словно пытаясь понять ее мысль. Затем закатил глаза и почти простонал:
– Женщины! А говорят, что это мужчины думают только о сексе!
Варя почувствовала, как щеки заливает краска.
– Но если не за этим, тогда зачем?
Айк отстранился.
– Иди. Наверху все поймешь.
– Да что там такое?! Зачем?
– Просто иди. Через сомнения, Варя. Просто иди. Нет страха.
И, сама не понимая, почему, Варя послушно сделала шаг наверх.
Винтовая лестница вела на узкую площадку, ограниченную металлическим парапетом. Из центра площадки вверх и в разные стороны выходили какие-то изогнутые аркой металлоконструкции, утыканные штырями антенн. Варя сделала еще пару робких шажков к центру площадки и остановилась. Айк стоял позади нее, но совсем рядом.
Морозное небо очистилось от туч и ржавых сполохов искусственного освещения и приобрело благородный глубокий синий оттенок. Здесь свет прожекторов не бил в глаза, и можно было разглядеть огни ночной столицы далеко внизу. Если бы не стресс, адский холод и порывистый ветер, пытающийся выстудить каждую клеточку тела, вид расстилающегося под ногами мегаполиса мог бы зачаровать.
– На вершине чувствуешь себе королевой мира, правда? – тихо спросил Айк за спиной Вари.
Она не ответила. Подняла голову вверх, к небу. Лицо, казалось, сейчас съежится от мороза, девушка уже почти не чувствовала щек и кончика носа. Снова начинался озноб. Но неожиданно ее начало охватывать и другое странное чувство. Чувство эйфории. И ощущение, что Айк каким-то непостижимым образом впитывает и разделяет каждую ее эмоцию. Это и пугало, и притягивало одновременно. И, действительно, страха больше не было.
– Подойди к парапету, – приказал Айк.
Варя послушно подступила к металлическому ограждению площадки и машинально посмотрела вниз. Крыша. Если что, падать недалеко. Айк подошел совсем близко, почти соприкасаясь со спиной девушки. Наклонился к ее уху и прошептал:
– Ощути, что ты избранная. Только единицы бывали здесь. И ты – свободна. А там, внизу, машины, в которых едут люди, не поднимающие глаз к небу. Едут с работы или в клуб, чтобы проживать свою унылую жизнь. А ты стоишь над ними, на расстоянии руки от неба, и ты королева мира, ты можешь летать. Ты можешь летать, Варя? Нет страха.
Варя не знала, что с ней, но близость Айка, его щекочущее горячее дыхание, бархатистый голос, мороз, лишающий способности думать, ветер, выбивающий слезу, и это захватывающее, накрывающее и подчиняющее чувство странной эйфории…
– We are princes of the Universe, born to be kings, – тихо напел Айк слова «Queen».
Огни ночной Москвы внизу словно подтверждали его слова.
– Ты чувствуешь?!
– Да! – неожиданно для себя выкрикнула Варя. – Выше! Подними меня выше!
Айк приподнял Варю на руках вверх:
– Вставай на парапет!
– Да, ближе к небу!
Страха больше не было. Варя повиновалась. Холод был уже не важен. Девушка раскинула руки, как Роза на носу «Титаника»:
– Ю-у-у-у-ху! Я королева мира!!! Да-а-а-а!!!
Вот он – момент ее триумфа!
И вдруг почувствовала, что руки Айка больше ее не поддерживают. Порыв ветра качнул тело девушки вниз. Эйфория мгновенно сменилась животным ужасом. Варя неловко всплеснула руками, пытаясь найти, за что можно бы уцепиться, но было поздно. Словно при замедленной съемке, ноги в обледенелой обуви поскользнулись, и тело девушки опасно наклонилось.
