Тире между датами
Привыкаешь, что надо работать.
– Ты это… помедленнее, а то жизнь пройдет мимо.
А как помедленнее? Завтра нужно закончить одно, второе. А третье надо было закончить неделю назад. И еще папки в компьютере дразнят светофорным цветом «приготовиться».
Пролетела неделя. Главное было – выполнить обещания. Остальное – потом.
– А ты не обещай!
– А если язык живет своей жизнью?
– Когда придет время оглянуться, будешь жалеть.
– Жалеть не буду. Если жил, то умереть нельзя. Мои годы останутся в четырехмерном пространстве Х, Y, Z и время. Для кого-то время пойдет дальше, а мое застынет между двумя датами на памятнике. Где тире. Там я и буду жить. Не такое уж это тире плохое. Там много чего было, не только выполнение обещаний и работа. И любовь никуда не уходит. Она тоже застывает в своем тире. Да и кто сказал, что время не вернется? Все, что уходит, потом возвращается: солнце, весна, листья, ласточки. Иногда даже женщины возвращаются.
– Они приходят другими.
– Я не против.
– Но это противоречит физике. Я не про женщин, я о тире и ласточках.
– Какой физике? Той, что в школе учили?
– Царя Соломона вспомнил? «И возвращается ветер на круги свои».
– Книга Екклесиаста не хуже учебника по физике. Сто лет назад мы узнали, что время течёт по-разному в разных местах. Через сто лет мы узнаем то, что сейчас и вообразить не можем. Так что Екклесиаст как-то надежнее.
– Но ведь «суета сует – всё суета». Это я о делах.
– Да, «нет от них пользы под солнцем!» Но всё не так безнадежно, ведь «нет ничего лучше, как наслаждаться человеку делами своими». Даже бесполезными под солнцем.
– Это ты о забытых папках в компьютере?
– И о них тоже. Надо успеть насладиться. Ибо «кто приведет его посмотреть на то, что будет после него».