Пролог

Папа хотел назвать сына Александром. Родилась дочь, но это же не повод менять замечательное имя, правда?

Папа звал ее Санёк, возил с собой на рыбалку и чинить машину в гараж, собирал вместе с ней конструкторы и привил любовь к просмотру самого разного мордобоя: от фильмов с Джеки Чаном до боев без правил.

Бабуля при этом считала, что девочку нужно воспитывать как девочку, поэтому звала Шурочкой. Воспитывала в соответствии с именем – как образец комсомолки из советского фильма: умница, красавица, отличница и активистка. При условии, что Александра получилось низенькой хрупкой барышней с огромными глазами и длинной косой, заподозрить в ней "Санька" могли лишь близкие друзья, но “Санек” при этом никуда не девался, выползал в самые неподходящие моменты.

Например, когда пьяный мужик начал качать права в ресторане. Какая девушка будет вступаться за официантку? Только если хрупкая девушка Саша, которая утихомирила разбуянившегося парня, уложив мордой в пол. Чего она не учла, так это уязвленного мужского самолюбия. Поэтому через пару часов, когда Саша в сопровождении подруг покидала шумный ресторан, все еще пьяный дебошир завел свой автомобиль, разогнался посильнее и сбил с тротуара трех девушек, которые чинно брели в направлении дома.

Все произошло быстро: Саша обернулась, когда рев мотора прозвучал как-то слишком близко, фары не горели, поэтому последнее, что она отчетливо увидела, – это того мужика за рулем. И его злую ухмылку. Кажется, она даже крикнуть не успела – удар выбил из нее весь воздух, а боль была такой сильной, что она практически сразу отключилась, погрузившись в темноту. Да и та продлилась недолго.

Ощущение в теле было странным: обычно боль стихает постепенно, а тут пропала так резко, словно ее не было вовсе. Саша испуганно вздохнула, резко поднялась, открывая глаза… Незнакомый парень тут же уложил ее обратно:

– Тихо ты, не вскакивай так, только откачал, – произнес он с каким-то старческим ворчанием в интонациях.

Саша моргнула и в панике огляделась, улавливая сразу сотню деталей. Парень – молодой, светлокожий, с достаточно длинными черными волосами, распущенными по плечам. Он совсем не походил на медика – в темной рубашке, с этими волосами и с небольшим ножичком в руках… вряд ли так могут выглядеть реаниматологи. Да и окружение… Просторное помещение со сводчатыми потолками, у стен огромное количество полок с кучей каких-то склянок, в широкие окна светит солнце – кажется, закат, судя по мягкому теплому свету. Точно не реанимация. И даже не улица, на которой ее сбила машина. Где она?

– Лежи, телу нужно время, чтобы привыкнуть к отсутствию ран, – строго припечатал парень. – И вообще, почему ты девушка?

– Быть женщиной – преступление? – возмутилась Саша, сама поражаясь тому, насколько бредово все это звучит.

Ее сбила машина, она в непонятном месте, а возмущается тому, что кто-то недоволен тем, что она девушка. Наверное, это кома… или она умерла и теперь ловит странные глюки. Посмертные.

– Но я же мужчина! – почему-то возмутился парень. – Вытаскивал преемника, а появилась ты… Вот поэтому и не люблю эти высшие ритуалы призыва – никогда не знаешь, что в итоге вылезет из пентаграммы. Никаких гарантий!

Парень всплеснул руками и отошел к столу, ворча себе под нос что-то неразличимое.

– Где я? – решила все же поинтересоваться Саша.

Даже если она в коме, лучше спросить, чем потом не терзаться любопытством. Хотя бы будет что рассказывать тем, кто интересуется жизнью после смерти: если нет света в конце туннеля, то надо же как-то объяснить это странное помещение.

– Это твой новый дом, – ответил парень, листая какую-то книгу. – Высшие расы называют этот мир "Мориэзр"… глупое название, но да ладно, оно редко используется. Его создал демиург Наирней. М-м-м… Так, давай-ка ты все же встанешь.

Он вернулся к Саше с каким-то амулетом на цепочке, помог ей сесть – только тут она осознала, что лежала на высокой каменной глыбе: то ли кухонный островок, то ли алтарь в лаборатории. Для мягкости ей под спину заранее подстелили матрасик – мило. Парень приложил амулет Саше ко лбу, смешно наморщил брови.

– Нормально все. Вставай давай, – и подал ей руку, помогая слезть. – Итак, принимай дела. Влас, ну-ка обратись!

Саша обернулась, пытаясь найти "Власа", но увидела только черного кота с рыжими глазами. Внезапно этот кот словно перетек в туман, чтобы превратиться в громадного детину с черными волосами и светло-карими глазами.

– Боже мой!!! – закричала Саша, прячась за спину безымянного парня.

– У тебя в мире магии, что ли, не было? – с не меньшим ужасом в голосе спросил парень.

– Какая магия? – возмутилась Саша, с ужасом пялясь на этого… коточеловека.

Она сейчас внезапно осознала, что для комы мир был слишком реалистичен и осязаем, а ее страх – слишком силен. Кот… превратился в человека. Большого такого человека – метр девяносто ростом, не меньше.

– Здрасьте, – широко улыбнулся этот… Влас.

– Великие демиурги! – всплеснул руками парень и отодрал Сашу от себя. – Не тискай меня, больно. Власа вот можешь тискать, он любит. Соберись, у тебя важная миссия, потом будешь осознавать величие магии. Это Влас. Дух-хранитель, я его сделал для тебя. Лет пятьсот проживет, только не забудь связь с ним обновлять постоянно. Он тебе все расскажет и покажет. Так, теперь встань сюда. Да не паникуй ты, горемычная!

Саша все еще не сводила взгляда с Власа. Выглядел он, впрочем, дружелюбно. И на кота был не слишком похож: нос картошкой, большие глаза и пухлые щеки. Влас провожал все их телодвижения внимательным взглядом – по-кошачьи немигающим и каким-то лениво-любопытным. Парень подтащил ее за руку к столу, где лежало с десяток книг.

– Эй! – щелкнул он пальцами, а Саша только тут сообразила, что он так и не представился. – Не отвлекайся. Встань сюда. Вот тут книги, которые тебе помогут первое время. Прочитаешь и решишь, что с этим делать. Фолиант к тебе привяжется после моей смерти, пользоваться им несложно, так что разберешься. Если что непонятно – все в фолианте будет. Этот дом недоступен для обнаружения, так что на первое время тебе его хватит… с одеждой могут быть проблемы… но если что, тебе Влас в деревне купит. Пойдем, горемычная. Будешь за мной повторять.

– Не хочу я ничего повторять! – возмутилась Саша, а парень уже тащил ее в другую комнату.

– Придется, милая, придется, – уверенно отвечал тот. – Я ж страшнее любой смерти, так что как миленькая примешь мою силу. Так. Вытяни руку над кристаллом.

В этой комнатенке почти ничего и не было, только огромная друза радужного кристалла торчала прямо из каменного пола. Не дождавшись от Саши никаких действий, парень внезапно больно ущипнул ее за бок:

– Руку!

– Ай! – возмутилась Саша, но руку почему-то вытянула. – Что я здесь делаю?

Парень внезапно хлопнул себя рукой по лбу:

– Забыл! Ты умерла. Там, у себя, ты умерла. А я здесь искал преемника, потому что устал нести свое бремя. Вызвал душу и личность, которые смогут хранить свет демиурга. Не переживай, охранять ничего не придется, этот кристалл все равно никого, кроме тебя, не пустит. Твое дело – собирать негативную энергию, но это нетрудно. Так, почаще переезжай с места на место – и вся работа. Ничего сложного. Давай, вытягивай руку.

Все происходящее казалось бредовым, но руку Саша все-таки вытянула.

– Коснись самой вершины кристалла, – продолжал парень. – Та-ак, все в порядке, душой чиста. Я передаю этой деве свою силу, обязанности и бессмертие. Великий Наирней, примешь ли ты новую слугу?

Кристалл внезапно ярко вспыхнул, Саша интуитивно зажмурилась и одернула ладонь.

– Верни на место, он не кусается, – проворчал парень. – Повторяй за мной: Я принимаю…

– Я принимаю…

– Силу хранителя света демиурга…

Она ожидала какого-то продолжения, но парень замолк и самодовольно улыбнулся, а после глубоко вздохнул и радостно сказал:

– Ну наконец-то…

– Ну наконец-то? – неуверенно повторила Саша, все еще держать за кристалл.

Парень перевел на нее взгляд и легкомысленно махнул рукой:

– Все, можешь не повторять. Ты присядь лучше. И давай побыстрее.

Саша покорно присела на корточки и уже через секунду почувствовала, как на нее наваливается жуткая слабость.

– Удачи тебе, хранительница, – радостно пожелал парень, который так и не представился. А потом Саша упала на каменный пол, больно ударившись головой, и отключилась.

Вот так глупо и сумбурно началась ее новая жизнь.

Глава 1. Дорогой длинною

Путешествие в повозке – удовольствие сомнительное. И дело вовсе не в удобстве: добротная крытая телега, рессоры на колесах, мягкие сиденья, артефакт "свежести", как аналог кондиционера, но при всей силе местного магического прогресса, самым ужасным оставалась одна деталь: скорость. И скорость эта – лошадиная. Две лошадиные попы постоянно маячили перед глазами, раздражая своей неспешностью. Нет, это все еще было быстрее, чем пешком, тем более с учетом груза, но…

Саша несколько устала от дороги. Три дня она пялится то на лошадиные попы, то на постоянное мельтешение лесов-полей, а им еще ехать и ехать – со скоростью телеги до нужного города больше месяца. Можно, конечно, телепортом… но вот беда – так нельзя перемещать грузы, а Саше очень нужна эта телега. Пока она не научится телепортироваться самостоятельно, будет все свое возить с собой… со скоростью двух не слишком прытких лошадок.

Дорога осложнялась нехваткой самых простых вещей, что сказывалось на настроении. Не слишком разнообразная еда, неприятная к телу одежда, нет возможности смыть с себя дорожную пыль по вечерам… но главное – ленивые лошади.

Едет она, как бы банально это ни звучало, учиться. В настоящую Академию Магии, расположенную в достаточно крупном прибрежном городе. Но до нее еще ехать и ехать.

– В первом же городе сменим их на что-то получше, – словно уловил ее мысли Влас.

Он сидел рядом в человеческом обличье и иногда поводьями напоминал лентяйкам, что они вообще-то работают, а не травку пожевать вышли.

– И лошадей, и одежду, и кучу других вещей, – печально добавила Саша.

Она в этом мире около двух месяцев и провела их в том доме, что ей оставил Хранитель. Бывший хранитель, который несколько лет писал ей кучу справочников и методичек, чтобы вызвать из-за грани и радостно помереть в тот же день. Он так и остался безымянным, но Саша на него все равно до сих пор злилась… Вот почему самостоятельно все не объяснить? Так нет, передал силу – и сиди Саша, читай магические методички и срывай злость на самодельной боксерской груше… наверное поэтому Хранитель и не остался – боялся расправы преемника.

Высказывать претензии Власу было как-то неудобно. Во-первых, он ни в чем не виноват – его вообще Хранитель собрал, как Франкенштейна: душа отсюда, разум оттуда, тело и способности еще от пяти разных существ. Во-вторых, он в любой непонятной ситуации превращается в кота… хитрый. У кого же рука поднимется обидеть котика?

Саша не могла сказать, что привыкла и адаптировалась. Сила Хранителя дала ей многое, например, навык быстрого изучения языка. Можно сказать, волшебно-быстрый, когда достаточно послушать речь минут пятнадцать – и ты уже понимаешь, а со временем и говоришь. Да и училась она удивительно быстро – методички Хранителя становились понятны практически с первого раза. Саша и раньше не жаловалась на интеллект, но тут даже она начала видеть какие-то суперспособности. От неизвестного демиурга, видимо.

Но морально… морально было сложно. Вот так вот разом, без подготовки, оказаться оторванной не только от семьи и друзей, но и от привычного мира с его культурой и уровнем цивилизации. Нет, все было не так уж и плохо. Несмотря на то, что устройство скорее феодальное, водопровод и канализация есть даже в той крошечной деревеньке, до которой Саша могла дойти пешком из дома. И подобие электричества было – многоразовые шары, они же лампочки. Покупаешь такой шарик, вставляешь в артефакт – и где-то с полгода у тебя есть свет.

Вот только в мире с магией наличие удобств, обеспечиваемых этой самой магией, не означало, что нет других бытовых проблем. Те же магические шары в деревне никто не производил, их покупали у торговцев, которые приходили с караванами. Это такие магазины на колесах: несколько человек, которые колесили по деревням и продавали там самые разные расходники. Разумеется, какой-то непонятной девчонке, вышедшей буквально из леса, ничего стоящего жители деревни продать не могли. Вот и едет она теперь в телеге в грубоватой мужской одежде.

Почему-то всегда казалось, что натурально значит хорошо. Но супернатуральный лен мало того, что мялся просто от того, что на него посмотрели, так еще и неприятно царапал кожу в самых нежных местах. Широкие рубашки обретали особый смысл, когда шов начинает тереть подмышку.

В магических тайниках телеги – ее делал Хранитель – лежало немало местной валюты, и Саша с нетерпением ждала первого нормального города, чтобы купить себе все, что может предложить магический мир. Удобную одежду, нормальную обувь и крем для лица.

На улице было жарко, и Саша прятала глаза за полями соломенной шляпы – не той, что красивая и с ленточкой, а грубоватой, с торчащими краями и шнурком под подбородком. Выглядела она при этом, разумеется, настоящей красоткой. Тощая – от стресса за два месяца сбросила килограмм семь, не меньше. С обветренным и загорелым лицом – и потому что в магии тренировалась на улице, и потому что сейчас едет в телеге уже несколько дней. Да еще и в настолько шикарной одежде, что даже по меркам деревенской жительницы – та еще бомжара. Одежды хранителя не осталось, – по какой-то странной традиции все, что имело явный отпечаток его ауры и личности, сгорело после его смерти – в шкафу после его ухода осталась только куча пепла.

Внезапно за поворотом ярко блеснула река – близость большой воды ощущалась ставшим влажным воздухом, но ранее ее не было видно за деревьями. По берегам рос кустарник, но яркие блики сверкали в промежутках листвы и Саша с удовольствием щурилась. Вечерело.

Тракт, по которому они так неспешно плелись, был крайне непопулярным. Это вообще какая-то старая дорога, которая и не заросла-то только потому, что по ней иногда ехали торговцы, да деревенские везли товары в город. Таверн на ней не имелось, и спать приходилось прямо в телеге.

– Давай пораньше остановимся, – предложила Саша. – Хочу хоть в реке искупаться, а то вся в пыли.

– А ночью никак? – уточнил Влас.

– А ночью я в воду боюсь лезть, – честно ответила Саша. – Не бурчи, все равно завтра уже в город въедем, просто не в обед, а к вечеру.

– Вечером гостиницу будет сложнее найти, – пробурчал Влас, но уже через несколько метров потянул поводья, направляя лошадей ближе к реке.

Из-за поворота реки получился небольшой пляж, а под деревьями была явно искусственно расчищенная площадка. Даже место под костер имелось – наверное, многие здесь останавливаются. Однако в начале лета путников на дороге не было, за все время пути они вообще никого не встретили. Поэтому Саша даже не переживала, что такое приятное место может стать причиной споров.

Она с наслаждением спрыгнула на землю, потянулась и направилась к реке, пока Влас распрягал лошадей – их тоже нужно напоить и дать им отдохнуть. Хоть они и медленные, но все же тянут на себе и Сашу с Власом, и эту телегу с приличным количеством ценных вещей.

– Ты какую кашу будешь? – прокричал Влас. – Гречневую или пшенную?

Саша устало вздохнула. От каш она тоже устала.

– Гречневую, – сумрачно ответила она.

Есть все равно хочется, пусть и невкусную кашу с местным аналогом тушенки.

Читать фрагменты других книг