Сердце храбреца
Охотились на оленя два брата.
– В одну сторону оба глядите, – говорил отец братьям.
А младший брат, Индига, вслед брату ступает да все по сторонам глазеет: очень Индига быстроглазый был, в одно место смотреть не любил.
Шли, шли братья. Индига по сторонам глядел. Вдруг какой-то шум услышал. Повернулся – а на старшего брата из-за валежины тигр прыгает! Тот и копья не наставил, и нож вынуть не успел. Индига дальше стоял, как раз ему бы копье в тигра бросить! А у Индиги заячье сердце сделалось: испугался младший брат. На землю упал, руки вместе сложил, тигра умолял мимо идти, их с братом не трогать.
Долго так лежал Индига, потом голову поднял, смотрит – ни тигра, ни брата нет. Оба пропали. Защемило у Индиги сердце. Стал он брата звать. Кричал, кричал, да никто не отзывался. Сел Индига, стал думать. Долго думал: и весь табак искурил, и весь мох вокруг искурил. Болело у него сердце. Подумал Индига: «Вот брата потерял. Плохое дело это – брата потерять. Сердце болит. Трубку потеряешь и то не успокоишься, пока не найдешь! А я брата потерял. Пойду Соломдигу искать. Найду – сердце болеть перестанет! И если сам пропаду – сердце болеть перестанет!»
К матери Индига пошел, на колени стал, все рассказал, даже как у него заячье сердце стало. Поцеловала его мать. Сказала ему, плача:
– Отец учил вас вперед смотреть. Не послушался ты – брата потерял, заячье сердце нашел. Сердце мужчины иди искать. Брата иди искать. Из-за твоего страха пропал он. Только смелостью теперь вернешь его!
Взял Индига трубку, нож и копье. Пошел, а куда идти, не знает Индига. Пошел на закат.
Ползущего ужа встретил, спросил, где брата искать. Не знает уж. Пошел дальше. Бегущую по земле мышь повстречал. Спросил, не видала ли Соломдигу. Не видала мышь. Дальше Индига пошел. Лазающую по деревьям белку увидел. Спросил ее. Нет, не видела белка брата. К реке подошел, плавающих рыб увидел. Спросил рыб, не видали ли Соломдигу. Не видали рыбы. Пошел Индига дальше. Прыгающую жабу спросил. Не видала жаба. Летающую пеночку увидел, спросил. Отвечает пеночка, что не видела Соломдигу: низко летает. Журавля, выше летающего, спросил. Не видал журавль, но сказал:
– У орла, выше всех летающего, спроси.
Стал орла Индига спрашивать, не видал ли орел, куда его брата Соломдигу тигр унес.
Ответил орел:
– Далеко твой брат! Найти его можно, если семь страхов перетерпишь. Теперь у тебя сердце зайца. Когда будет у тебя сердце храбреца, тогда ты брата найдешь! – обронил орел одно перо и сказал, – Помогу я тебе. Куда полетит мое перо – туда иди!
Летит орлиное перо. Шесть ручьев перепрыгнул, шесть сопок перелез, шесть рек перешел Индига.
Вот вышел он на болото. Летит перо напрямик, как Индиге быть? Стал он ветки на болото бросать. Стал по тем веткам ступать. Ветки погрузились в болотную воду, забурлило болото, синие огоньки по нему запорхали.
Дошел Индига до сердцевины болота. На дороге у него горбатый маленький человек стоял. Одна нога у того человека, одна рука у него. Испугался Индига: сердце у него забилось, руки и ноги задрожали. Узнал того человека Индига, хоть ни разу не видал до сих пор. Того человека Боко звать. Только вред он людям делает. По болоту водит, пока трясина его не засосет.
Спросил Боко:
– Куда идешь, парень?
– Тебя ищу, – отвечает Индига (что ему терять!).
– Вот я, – сказал Боко. – Зачем я тебе нужен?
– От людей слыхал, – начал тогда Индига, – что твоя одна нога сильнее двух. Не могу я этому поверить. Вот пришел посмотреть. Давай испытаем, кто выше прыгнет. Лучше меня у нас никто не прыгает.
– Прыгни ты, – велел Боко.
Прыгнул Индига. Выше дерева прыгнул. Вниз полетел – ноги растопырил, на сучки встал. До пояса в болото ушел. Те сучки не дали ему утонуть.
Засмеялся Боко:
– Разве так прыгают! Вот как надо!
Присел он на своей одной ноге, разогнулся – да как подпрыгнет! До облаков долетел, вниз головой перевернулся, обратно полетел. А Индига давай дальше сучья перекладывать, из болота выбираться. Упал Боко, весь в трясину ушел. Пока выбирался да глаза протирал, Индига на твердую землю вышел. На ровное место встал. Теперь Боко ему не страшен. Дальше пошел.
Девять ручьев Индига перепрыгнул, девять сопок перешел, девять озер, девять лесов прошел. Шел босой, до мяса ноги о камни стер и вышел он в каменное ущелье.
Тут ему всего страшнее стало: живые камни вокруг! Поворачивались они, вслед ему глядели, раскачивались, друг с другом на каменном языке говорили. Перо дальше летело, Индига – за ним.
Увидел вдруг Индига – среди камней стоял человек. Не простой тот человек: голова – редькой, ноги кривые, ростом тот человек такой, что голову вверх задрать надо, чтобы лицо его увидеть. Не встречался с такими раньше Индига, но сразу узнал, кто перед ним стоит: Какзаму – злой горный человек. Стал бедный Индига, сердце его быстрее забилось, руки-ноги затряслись, волосы от страха дыбом встали. Однако сказал парень сам себе: «Это еще не страх. Страх-то впереди». Поклонился он Какзаму.
– Тебе чего здесь надо? – спросил тот.
– Эй, сосед, ты говорит, силу большую имеешь! – ответил ему Индига, уже считая себя пропавшим.
– Правду говорят, – согласился Какзаму. – Видишь, вокруг камни лежат? Все это люди были, да я их в камни обратил. Пусть мои утесы и все, что под ними, сторожат. И тебя сейчас в камень обращу!
Тронул он Индигу за руку. Стала каменная рука у Индиги. Шевельнуть Индига рукой не мог, поднять ее не мог, совсем черная рука стала. Чуть не умер от страха Индига.
Но духу набрался и произнес:
– Э-э, это еще мой дед умел делать! Только не велика эта сила – из живого мяса камень сделать. Вот ты из камня живое мясо сделай! Мой дед умел, да давно умер! Теперь никто не умеет.
Ответил тот Индиге:
– Моя сила, моя власть: что хочу, то и сделаю!
Тронул он руку Индиги: опять стала рука живая. Побежала по ней горячая кровь, стала рука шевелиться.
– Э-э, это еще не все! – закричал Индига. – Ну-ка, нагнись ко мне, на ухо скажу то, что дед мой знал да с собой унес!
Нагнулся горный человек к Индиге, ухо подставил, глазами ворочал, ноздри такие, что целый кулак влезет. Вытащил Индига из-за пояса кисет с табаком да весь табак и высыпал Какзаму в нос.
Принялся Какзаму чихать. Чихал, чихал, и вся сила у него через нос вышла. Когда еще сила придет – время пропадет. А Индига – бежать. Убежал от Какзаму.
Полетело перо на закат – Индига за ним пошел.
Долго ли шел – не знаю. Через три ручья перешел, а перо все летело впереди. Смотрел Индига вперед, как отец учил. Так и шагал Индига, брата потерявший.
Вот дошел до реки. Перо орлиное через реку перелетело. Сделал Индига лодку, на воду бросил. Вспенилась река, забурлила, зашумела, закипела, как в котле вода бурлила. Пар от воды поднялся, туман по долинам пошел. Сморщилась лодка Индиги, покоробилась, утонула. Рыбы в той речке сварились: плавали кверху брюхом, белыми глазами на Индигу смотрели. Страшно парню стало, но дело делать надо, а то навсегда у него заячье сердце останется. Сам себе сказал: «Это еще не страх. Страх еще впереди».
Уставил Индига лук меж двух деревьев, тетиву натянул, сучком зацепил, стрелу наложил на лук. Сам одной рукой за стрелу взялся, другой – сучок сломал. Отскочил сучок. Сорвалась тетива. Разогнулся лук. Полетела стрела, через реку кипящую понеслась. Клубился пар вокруг Индиги, обжигал. Терпел Индига. А река широкая была. Пока летел парень, весь обжегся. «Ничего, – думал, – заживет».
На другом берегу опустилась стрела. Стал Индига на ноги. Увидел, что орлиное перо его дожидалось. Только ступил парень на землю – полетело перо дальше. Индига – за ним! Один ручей перепрыгнул, шесть озер обежал, девять лесов прошел. Ноги свои до костей стер.
Шел, шел Индига, увидел каменную стену. Ту стену не обойдешь, через ту стену не перелезешь: влево, вправо – стена через всю землю тянулась, верх ее облака закрывали. Ударилось орлиное перо о ту стену и в пыль разлетелось, будто и не было его никогда.
Вот уж тут стало Индиге страшно. Так страшно, что и слов таких нет, чтобы рассказать. Ту стену и силой не возьмешь! Ту стену и хитростью не возьмешь! Заплакал Индига, посмотрел на себя: ноги до костей стерты, руки обожжены, одежда – в клочьях, живот от голода к спине прилип. Много страху перетерпел Индига, а брата не видать! Вынул нож Индига и сказал:
– Назад не пойду – никто из сородичей моих назад не ходил. Сердце свое заячье вырежу. Стыд с лица утру!
Нож к груди приставил. Вдруг в стене дверь показалась. А какой за ней еще страх стоит? Себя пересилил Индига: «Как могу бояться! Мужчина я».
Вдруг услышал стук: забилось у него в груди сердце мужчины. Взял он копье в руку. Ударил что есть силы копьем. Распахнулась дверь. Ко всему готовый, прыгнул Индига в ту дверь. Навстречу ему тигр выбежал. И вдруг… Что такое?
Понял парень, что на том месте он, где брата своего потерял. И стены никакой нет. Вокруг сарана – цветок красным пламенем горел, птицы щебетали.
А прямо перед Индигой стоял брат его Соломдига, красивую девушку за руку держал. Такой красивой не видел еще Индига. Ресницы у девушки – камыш, глаза – желтые, как солнце сияли. Желтый халат свадебный на девушке, на халате черные полосы, будто на тигровой шкуре.
Воскликнул Соломдига:
– Спасибо, брат! Не побоялся ты ничего ради меня!
Улыбалась девушка Индиге и вдруг сказала:
– Я тигриного рода человек. Полюбила я твоего брата. Поэтому и унесла его к себе. Только вижу – ты без брата жить не можешь. Отпросилась я у Тигриного Хозяина к простым людям. Буду теперь с вами жить. С вами жить можно – смелые люди вы!
Взялись они за руки и пошли вместе. Мать обрадовали. Взяла она копье их отца и протянула Индиге.
– Возьми копье сынок. Отец твой его от деда получил. Теперь и ты достоин носить, ведь у тебя сердце настоящего храбреца.
Соломдига с девушкой мужем и женой стали. А Индига научился вперед смотреть – и заячьего сердца у него никогда больше не было.