Глава 2. Волшебный лес, или Помощь, откуда не ждали
Очень хотелось спать и, как ни странно, есть. На губах чувствовался солоноватый привкус, и утерев рот внешней стороной ладони, я с недоумением уставилась на окровавленную руку. Отлично, похоже разбила губу. Попытка принять вертикальное положение отозвалась тупой болью в висках. Кое как встала на колени, оперлась о ближайшее дерево и прикрыла глаза. Стоп. Дерево?! Сонливость вмиг слетела, и я начала судорожно озираться по сторонам. Увиденное не порадовало: кругом только деревья и не одного живого существа. Мысли заметались, выдвигая все более невероятные гипотезы. Похищение? Меня похитили и теперь потребуют выкуп? Бред, зачем тогда притаскивать и оставлять тело в лесу и без присмотра? А может, меня хотели убить? Точно, это были бандиты, ну или… или брат решил реализовать свою угрозу по отправлению меня на небеса. При упоминании Олега в памяти всплыл наш ночной “разговор”. На глаза опять навернулись слезы. Так, Николетта, не время расклеиваться! Нужно сосредоточиться и понять, во что я влипла. Что у нас имеется? Беззащитная одинокая девушка – одна штука, темный лес – одна штука, недружелюбно настроенные звери – неизвестное количество. Похоже, дела очень и очень плохи. Да и сгущающиеся сумерки как бы намекали, что надо поторопиться и что-нибудь уже предпринять, так сказать, во славу своего спасения.
Рассудив, что риск стать закуской здешних обитателей неимоверно возрастает, если просто сидеть и жалеть себя, я отлипла от коры и, покачиваясь, сделала пару шагов. Неуверенно огляделась по сторонам и задумалась. А куда идти-то? Кругом только деревья, не единой, даже самой маленькой тропинки. А если учесть, что через несколько часов совсем стемнеет, картина вырисовывалась печальная. Вряд ли я успею добраться до ближайшего селения, а бродить по ночному лесу категорически не хотелось.
Я подняла с земли куртку и стала внимательно изучать местность на предмет подходящего места для ночлега. Да уж, выбор невелик. На голой земле или под кустиком ночевать решительно не хотелось. Нет, я не ханжа, просто мало ли какие хищники в лесу обитают, а я девушка хрупкая, драться с волками неприученная. Вот спать на дереве – другое дело. Благо, были и такие эпизоды в моей жизни.
Определившись с примерной целью, уже увереннее принялась вертеть головой. Да вот только растительность леса совершенно не вызывала доверия: стволы толщиной в три обхвата даже с натяжкой не походили на привычные подмосковные деревья, а голые сухие ветки угрожающе раскачивались над головой. Б-р-р! Я поежилась и сделала несколько шагов вперед.
Прошло не меньше получаса, прежде чем мне удалось найти подходящее место для ночлега – огромное, явно старое, но еще не трухлявое дерево, окруженное невысоким кустарником. На расстоянии полутора метров над землей в нем было проделано дупло, в котором смог бы уместиться даже широкоплечий мужчина, не то, что маленькая худенькая я. Подпрыгнув, с легкостью подтянулась на руках и залезла в самодельный домик, молясь, чтоб там не оказалось никого живого и кровожадного. К счастью, в дупле было пусто, и немного поворочавшись, я быстро заснула.
Сон прервал странный звук снаружи. Потребовалось несколько секунд, прежде чем окончательно проснуться и понять где я, и почему так сильно затекла спина. Поминая недобрым словом всех живых существ, которым не спиться темной ночью, я зевнула, потянулась и осторожно выглянула из своего убежища. Возле кустарника сидел совсем еще маленький серый зайчишка. Его носик смешно дергался – видимо что-то унюхал, а лапка нервно отбивала дробь. И что самое главное – он был совершенно обычный и безобидный. Признаться, я выдохнула с облегчением. Просто пока искала ночлег, голову посетили совсем уж сумасшедшие идеи о попаданцах, других мирах и мифических монстрах. А что? Оказалась непонятно где, непонятно как, да и растительность в лесу какая-то подозрительная. Поэтому увидеть что-то знакомое и родное было истинным счастьем.
В растроганных чувствах я подалась вперед в надежде рассмотреть поближе милого зверька, и хотела было уже вылезти из дупла, когда заметила движение у ближайшего дерева. Покосившись на зайчишку, отметила, что он также напряженно замер, всматриваясь в темноту леса. Несколько бешеных ударов сердца, и у кустарника возник еще один житель леса. Существо, чем-то напоминающее волка, но уступающее ему в размерах медленно кралось в сторону моего пристанища. Зеленые слюни вытекали из страшной пасти и оставляли на траве выжженные проплешины. Монстр облизнулся, продемонстрировав раздвоенный язык и белые острые зубы, и посмотрел на меня. Внутри всё похолодело. “Меня сожрут!” – пронеслось в голове. – “Точно, сожрут!”
Тварь первая разорвала зрительный контакт, и уставилась на зайчишку, за все это время не издавшего ни звука. С минуту они играли в гляделки, но, видимо, хищнику надоело заигрывать с жертвой. Пригнувшись к земле, он приготовился к броску. Я перевела взгляд на зайца, и живот скрутило от еще более сильного страха. Зайка смотрел на хищника и… улыбался. Так гаденько, предвкушающе. Его глаза отливали в темноте красным, а когти на лапах будто увеличились в размерах.
Последующие несколько секунд я ощущала себя героиней какого-то ужастика. Зарычав, хищник оттолкнулся от земли и в прыжке взмыл в воздух. Слишком медленно. Заяц резко шарахнулся в сторону, а когда лапы зверя снова оказались на земле, подпрыгнул и ударил противника когтями меж позвонков. Послышался хруст костей. Существо, похожее на волка, повалилось на бок и жалобно заскулило. Зайка не спеша приблизился к противнику, склонил ушастую голову набок, и совершенно не по заячьи заржал, заставляя меня вжаться в стенку дупла и оставить для обзора лишь маленькую щель в коре. В воздухе мелькнули острые когти, и хищник, в мгновенье превратившийся в жертву, на век заснул беспробудным сном. Кровь, окрашивая траву в красный, медленно вытекала из его распоротого брюха и стекалась к лапам зайчишки, лопоухий же расплылся в счастливой улыбке, предвкушающе облизнулся, и жадно вгрызся в плоть поверженного врага.
Тихо заскулив от страха, я осела на дно убежища, пытаясь не вдыхать ночной воздух, наполнившийся запахом железа. В голову закралась мысль: “А если бы я все же спустилась с дерева и пошла смотреть на “безобидного” зверька?”. До слуха донеслось чавканье и довольное урчание, а съеденные еще на завтрак хлопья с молоком запросились наружу. Боже, куда же я попала?!
***
Я открыла глаза и покосилась на пробивающиеся сквозь щель в коре лучики солнца. Кажется, после пережитого стресса меня все же сморил сон. С опаской поднялась на локтях и выглянула из импровизированного домика. Ничто не напоминало о произошедшем: обычная зеленая трава, никаких следов крови. Может, приснилось? Хотя, если даже и нет, главное, что я жива здорова и вполне выспалась. Надоело бояться! Сейчас выйду к людям, узнаю, когда ближайший автобус до Москвы, и забуду о своих злоключениях, как о страшном сне! О хищных ночных тварях я старалась не думать. Мало ли, ученые не всесильны, и вполне могли пропустить парочку редких видов. Спрыгнув на твердую землю и гордо задрав подбородок, я зашагала вглубь леса, уверенная в том, что уж на какую-нибудь тропинку, да выйду. И пусть только встретиться живность лесная! Всех покусаю!
Хорошо иду. Бодренько так. Птички поют, ветер кроны деревьев колышет. Прям мечта романтичной особы. Только вот тропинки всё нет, а живот предательски урчит. Спустя час бесполезных скитаний по лесу не выдержала:
– Э-э-эй! Есть кто живо-о-ой?! – И только пение птиц в ответ. Ну, собственно, я ни на что и не рассчитывала. Боевой настрой испарился, и я в расстроенных чувствах опустилась на землю возле трухлявого пня.
– Нет, вот объясните, почему мне так не везет? – обратилась к сидящим на ветках птицам, чтоб хоть как-то заглушить чувство одиночества. – Сперва брат попытался убить, затем лесные кошмарики чуть не съели. Теперь вот, похоже, в лесу и помру от голода. – Птички заинтересованно уставились на бедную несчастную меня. – А я ведь просто хотела спокойно окончить университет, потом найти интересную работу. Мечтала побывать в разных странах, познакомиться с их культурами, традициями. А чуть позже, когда надоело бы путешествовать, могла бы выйти замуж, родить детей и стать хорошей любящей мамой. А теперь что? Даже несчастную тропинку найти не могу!
Поток речи прервал чувственный всхлип. Затем еще один. Я в панике закрутила головой:
– Кто здесь?!
– Не грусти, девчушка, жизнь на этом не заканчивается, – послышалось за спиной.
– А-а-а-а! – Я подскочила, как ужаленная, и откатилась в сторону.
Рядом хрипло кашлянули.
– Не бойся, ребятенок, я тебя не трону, – сказал… пень, и отчетливо шмыгнул носом, если конечно у пней он вообще имеется. – Бедняжка, эко тебя жизнь потрепала.
Кого-нибудь когда-нибудь жалело дерево? Лично у меня такое было впервые. “Ну всё понятно, совсем из ума выжила, – с грустью сообщил внутренний голос. – И не мудрено. Плохая экология, постоянные стрессы, эмоциональная нестабильность. Пора вызывать мальчиков в белых халатах.” – Я нервно хихикнула и вновь обратила внимание на пень, вещавший голосом, полным вселенской скорби:
– … В наше время такого не было! Дети всегда оставались под присмотром родителей и не гуляли одни в дремучих лесах. Да и леса были не совсем дремучими. Как сейчас помню,…
– Простите! – Знаю, перебивать нехорошо, но ведь с галлюцинациями раскланиваться не обязательно. – А вы вообще кто?
– Ну и молодежь пошла. Всё спешат, да спешат. Даже выслушать старика времени не находят! – обиделся пенек.
Стало как-то неловко перед галлюцинацией. Она же как лучше хотела, пожалела, пыталась подбодрить, а тут я такая неблагодарная.
– Извините, – потупилась виновато.
– Да ладно, что уж там. Профунтий я. Родные дедом Фуней кличут.
– Деда Фуня, а вы умеете разговаривать, да? – Я с исследовательским интересом покосилась на пенек. Мальчики в белых халатах в моем воображении уже предвкушающе потирали ручки.
– Конечно, как и все Благородные вофу, – хмыкнул старичок.
– Благородные кто? – опешила я. – Это так говорящие пни называются?
– Что? – Теперь уже дедушка Фуня пребывал в шоковом состоянии. – Ты что, веришь в говорящие деревья?
Я неловко кашлянула. Хм, ну и как мне на это ответить? Ситуация из просто странной быстро скатывалась до абсурдной.
Положение спас сам Профунтий.
– Ты всё не так поняла, – хихикнул старичок, видимо, поняв направление моих мыслей. – Давай попробуем еще раз. Меня зовут Профунтий Закорячный, я один из Благородных вофу – древнейших существ, населяющий этот лес. У нашей расы нет телесной оболочки, а потому мы вселяемся в камни, деревья, даже реки.
– Что-то по типу лесных духов? – нахмурила брови я.
– Можно сказать и так, – согласился пенек, и продолжил рассказ: – Моя женушка, например, совсем недавно переселилась в дерево, что стоит в нескольких милях отсюда. Я, значит, ее спрашиваю: “Ну зачем тебе такое большое тело?”. А она мне: “Времена больно неспокойные стали, путникам заблудшим помогать хочу.”
– Помогать? – Я непонимающе посмотрела на пенек.
– Ну, значится, ночлег там организовать, укрыть от нехорошего глаза. Да мало ли что может случиться в такой глуши.
В памяти всплыло огромное дупло, на которое мне повезло набрести ночью. Правда, тогда я подумала, что его сделал кто-то из лесной живности, но теперь что-то уже в этом сомневалась.
– Деда Фунь, получается, вофу – волшебные существа? – Я задумчиво взъерошила волосы. Кажется, мои самые безумные предположения начинали подтверждаться.
– Дык, конечно. Между прочим, у нас резерв источника магии в два раза превышает человеческий! – гордо ответил представитель неведомой расы.
– Источник магии? – переспросила, хмурясь. – А что это?
– Эко ты неграмотная. О Благородных вофу не знаешь, про источник магии даже представления не имеешь. Откуда ты такой, ребятенок?
– Из Москвы, – пожала плечами я. – Нам не о каких источниках не рассказывали ни в школе, ни в институте.
– Как-как? Москва? Не знаю такую деревню, – задумался Фуня.
– Ну-у-у, это не совсем деревня, – хмыкнула, с хитринкой косясь на пенек. – Всего лишь многомиллионный город, где проживает более ста разных национальностей.
Видимо, информация была настолько ошеломляющая, что мой собеседник ненадолго замолчал.
– Профунтий? Дед Фунь!
– А? – вернулся в реальность старичок. – Так ты что же, не здешняя?
– Сама еще толком не разобралась. Очнулась в лесу, кругом никого, думала, к людям выйду, но куда идти не знаю. Да и есть ли здесь люди, теперь тоже не представляю. – Последние слова отчего произнесла шепотом.
На самом деле, понимание, что это не мой мир, пришло еще ночью. Вот только мозг упрямо не хотел признавать факты и твердил, что мы просто заблудились в лесах Подмосковья. Но сейчас, разговаривая с волшебным существом, отрицать очевидное было глупо.
– Дела-а-а, – протянул Профунтий. – Да ты не переживай, люди у нас имеются… как и нелюди, вот только выбираться тебе надобно из леса. Ночью тут бывает неспокойно. – От посерьезневшего голоса дедушки по телу забегали мурашки. Тут же вспомнились растерзанное волкоподобное существо и кровожадный зайчишка.
– Но я тебе помогу! – заметив мою реакцию, успокаивающе заверил старичок, а затем громко свистнул: – Лишка, безобразница маленькая, а ну иди сюда! Дело есть!
В ближайших кустах что-то закопошилось, и на нас с Фуней заинтересованно уставились два огромных зеленых глаза. Существо оглядело меня с ног до головы, покосилось на пенек и вылезло из своего убежища. Ничего такая зверушка: похожа на шарик, только с рыжей шерсткой, а огромные зеленые глаза смотрят предвкушающе, с хитрецой. Лап, как и ушей, рта, и прочих частей тела, полагающихся лесному зверьку, не наблюдалось.
– Лиш, есть работа. Нужно вывести к людям вот эту маленькую леди.
Я удостоилась нового оценивающего взгляда зеленых глаз.
– И-и? – пискнуло существо. – И-и-и!
– Ну хорошо, – тяжело вздохнул старичок. – Можешь оставаться в городе сколько душе угодно.
– А она… – Я хотела было спросить, как называется этот вид лесной живности, но дедушка меня перебил.
– Лишка всегда из леса выбраться мечтала, – печально сказал он. – Уже даже и не знал, что с ней делать. Ты не бойся, ребятенок, Лишаню звери опасаются, тебя не тронут. Да и тропинки она все знает, не заблудитесь. Только, как выйдете к людям, уважь старика, присмотри за несносным зверенышем. Она ж непутевая, одна пропадет.
Я машинально кивала, пребывая в замешательстве. Ну как такой маленький шерстяной комочек может совладать с монстрами, что обитают в лесу? Но благоразумно оставила все вопросы при себе.
Тем временем, Профунтий дал наставления своему зверьку, и тот, нет, не покатился – попрыгал в чащу леса.
– Поторопись, девчушка, Лишка ждать не любит, – с теплотой в голосе обратился ко мне вофу. – Надеюсь, еще свидимся.
– Я тоже, – поддавшись неожиданному порыву, опустилась на колени и обняла старый пенек. – Спасибо, дедушка Фуня!
– Береги себя, ребятенок. И легкой дороги.
Я помахала на прощанье волшебному существу и в растроганных чувствах двинулась за пушистым зверьком. Кажется, мне удалось выяснить, почему вофу называют благородными.