Айрин
Ру вошла и вытащила девушку. Но та вовсю глазела на меня.
Неудивительно, этот шрам всем не нравится и многие боятся. Любовь? Я давно уже не верю в это. Девушек привлекает только богатство и статус. Истинная пара? Я даже не слышал, чтоб кто-то из моей стаи находил. Женитьба? Не мое, но наследника все же стоит оставить. Чего я жду? Не пойму. Все равно родится полукровка, который будет слабым.
Всего лишь отголосок того, кем мы когда-то были.
Ее острый взгляд пронзил меня до глубины души, сердце учащенно забилось. Но быстро взяв себя в руки, я подозвал дворецкого.
– Герд, сопроводи ее в комнату, – приказал ему.
– Прошу, – указав на замок, сказал Герд. И я смотрел, как она отдаляется от меня.
Купер присвистнул.
– Друг мой, собери сопли! – хихикнул он. Я злобно посмотрел на него, но в ответ получил скорченную рожицу и высунутый язык. Как ребенок.
– Давно я не видел у тебя этого взгляда, – сказал уже Дже Вэй.
– Какого? – удивленно посмотрел на него я.
– Влюююююблеееенного, – растянув слово, пропел Купер.
– Вовсе не влюбленный взгляд, – буркнул в ответ.
– Ну может чуточку хищный, любитель девственниц, – хихикнул Купер. В этот момент подошел Герд и сообщил, что он передал ее Дораде. – Примерно через час начнется ее обучение, – сказал мне ничего не выражающим взглядом.
– Она сопротивлялась? – решил уточнить.
– Нисколько.
– Тогда можешь идти, – отпустил его.
– Ри, а с ней что будешь делать? – указав на блондинку, сказал Дже Вэй.
Я глубоко вздохнул:
– Ру, объясни, почему ты не хочешь ее покупать?
– Господин, она Красная жрица, – только и сказала работорговец. Мое терпение лопнуло:
Какая жрица, ты, акита, из ума выжила что ли? – перешёл на крик.
– Господин, – промямлила она.
– Говори! – грозно прошипел.
– Господин, у нас в стране Красные жрицы очень опасные, они могут проклясть весь род. Как ваш… – сказав это умолкла глядя на меня со страхом.
– Продолжай, – процедил я.
– Мы слышали, что когда то ваш альфа, не тот, что предыдущий, а до него, тот имел дело с Красной жрицей и обвел ее вокруг пальца и тем разгневал. Красная жрица прокляла ваш род. И после не рождались чистокровные, даже если ваша пара была не волчицей. Ведь так? – тихо спросила Ру.
– Да, так и есть Ру. Но об этом знают все. Все что ты сказала уже не ново, – угрюмо ответил Купер.
Потом Ру подошла и заговорила еще тише. Почти шепотом: – Говорят, если вы сожжете Красную жрицу в ночь Кровавой луны, то все проклятия, что были на вас, спадут.
– Но Кровавая луна бывает лишь раз за двести лет, – удивленно сказал Дже Вэй.
– Верно, но когда была последняя Кровавая луна? – почти заговорщицки спросила Ру и покинула нас, сказав последние слова: – Я покупаю всех кроме блондинки. Выбирайте любую из моих, на ваш вкус.
Купер и Дже Вэй выбрали по пару рабынь и удовлетворились тем, что она забрала почти всех наложниц Купера. На мой немой вопрос друг пожал плечами и сказал:
– Слишком дорого обходятся, теперь я при золоте и при очаровательных наложницах, – улыбнулся. Я помотал головой и решил, что с меня хватит на сегодня старых сказаний.
– Герд, обучение началось? – спросил я. Тот лишь кивнул. Я, укутавшись в гламор, решил навестить ее на уроке.
Моа уже вовсю вела занятие, когда я очутился в комнате через окно.
Меня соответственно никто не видел.
– Мааашай, ви дольжний бить покорнооой и всегдааа испольнять приказ господиньа, – как всегда ее странный говор заставил меня ухмыльнуться. Не все акиты знали наш язык, и не всем удавалось четко выговаривать слова.
– Во-первых, я не Мааашай, а Маша! – топнула Маша ногой сидя за партой. – Во-вторых, с чего это я должна слушать этого мудака?
– Мааашай, – начала было Моа, но ее перебила рыжая:
– Маша, да Маша я, овца, даже правильно сказать не можешь мое имя. С чего я должна слушать твои лекции о покорности?! – буркнула она. Я невольно улыбнулась. В паху загорелся знакомый пожар. Моему волку пришлась она по вкусу.
– Терпение, мой друг, терпение, – мысленно сказал я своему волку, но он рыкнул и обиженно ушел куда подальше. Вдруг она обернулась и посмотрела на меня. Неужели она меня видит, но потом она замотала головой и обернулась на голос Моа.
– Мааашай, слушааай менья, – злобно рыкнула Моа.
– Да слушаю я, – буркнула та.
– Ти дользна ублааазать хозяина всеми способами, если понрааависья, он тибя приласкает, – глупо рассмеялась Моа. Ее смех мне всегда казался карканьем.
– Чтооо? – глаза девчушки округлились. – Я должна ублажать его? – вставая со стула, спросила она.
– Сядь! – прикрикнула Моа. Странно даже то, что когда она разозлена, то ее страх куда-то пропадает. Маша молча села обратно. Моа удовлетворенно хмыкнула.
И я решил, что на сегодня с меня хватит представлений и покинул комнату обучения раньше, чем она еще раз обернулась.