Глава 2
Банковский «минивэн» подъехал, с опозданием в три минуты – что, в принципе, ничего не означало. Ну, опоздал и опоздал, в конце концов, инкассаторы приехали не в магазин за выручкой, а на подработку – «шабашку», так сказать. Бронированный «Фольксваген Т4» встал точно в тоже место, где он останавливался и три дня назад – небольшой закуток между, выступающим, углом здания и мусорными баками. Закуток, находился в небольшом тупичке, между двумя строениями. Рядом располагался ювелирный магазин и ломбард. Машина появлялась раз в три дня. Инкассаторы приехали, чтобы вывезти, упакованные в коробки драгоценности и часть выручки ломбарда. Скорее всего, существовала договоренность между старшим группы инкассаторов и хозяином магазина.
Один из инкассаторов, вышел из машины и направился к неприметной металлической двери, которая располагалась в стене здания. Инкассатор выбил пальцами условный сигнал, дверь открылась, пропуская инкассатора внутрь.
– Начали! – прошептал я, в гарнитуру мобильного телефона.
Ничего не произошло, в тупике царило беспечное спокойствие. Прошла минута.
– Начали! – я повторил приказ.
Ничего не происходило, мои подельники, никак себя не проявляли. Что же произошло? Почему они не медлят. Прошла еще минута.
– Вася, в чем дело? Что происходит? – встревожено прошептал я, в микрофон телефона. Сигнал шел, телефон работал, но на том конце никто не отвечал. Что же произошло?
Со своего места я видел, что инкассаторы в машине ведут себя вполне спокойно, сидят себе и мило общаются, в ожидании своего напарника. Значит, опасности нет. Тогда почему братья Серовы не выскакивают из мусорных контейнеров? Прошла еще минута. А, потом, из двери вышел инкассатор, с небольшим брезентовым мешком подмышкой. Мужчина в бронежилете сел в банковский бронированный автомобиль, и машина выехала из тупика. Подождав, когда машина скроется из виду, я вышел из своего фургона и направился в тупик. Подойдя к мусорным контейнерам, я заглянул в один из них. Сверху лежал мелкий мусор, в виде пластиковых бутылок и обломков листового пенопласта. Под пенопластом виднелась брезентовая ткань плащ-палатки. Откинув куски пенопласта в сторону, я потянул на себя брезент и он с легкостью поддался. Вытащив плащ-палатку из бака, я увидел, что под брезентом лежат части человеческого тела. Отрубленные руки, ноги, головы. Их было много, весь мусорный контейнер был завален расчлененными частями человеческих тел. А вот крови не было совсем.
Быстро заглянув, во второй бак, я увидел ту же самую картину: отрезанные руки и ноги. Единственным отличием, было то, что сверху всей этой мешанины из рук и ног, лежала отрезанная голова. Внимательно посмотрев на лицо, я понял, что оно мне кого-то напоминает. Но, кого? Бля! Да, это же моя голова! Какого, хрена?!
Открыв глаза, я еще долго не мог понять, где нахожусь. А, это же моя собственная квартира, и моя собственная кровать. Вот, блин! Опять этот сон. Да, что ж это такое? Раньше он мне снился раз в полгода, а тут вторую ночь подряд. Что ж это за напасть такая?
Чувствовал я себя совершенно разбитым, сказывалось то, что я вчера просидел пять часов за компьютером и лег спать только в три часа ночи, а проснулся в семь утра. Итого, всего четыре часа на сон. Ну, и ладно, на том свете отосплюсь…тьфу, тьфу, тьфу три раза, через левое плечо, мне пока и на этом свете хорошо!
Семь утра. Так, на кой ляд, я «запрограммировал» себя встать в такую рань? Вспомнил – хотел приехать в больницу к Василию самым первым и успеть поговорить с ним, до того, как к нему съедутся толпы сочувствующих родственников и друзей.
Быстро совершив, все утренние обряды, в виде умывания и завтрака, я собрал в пакет фрукты и йогурты для раненого, и поехал в больницу.
В больницу, первым я не успел, возле палаты стояли двое подростков из интерната.
– Бойцы, а вы чего здесь торчите, в такую рань? – весело спросил я у них и, передав пакет одному из подростков, приказал: – Фрукты вымыть, найти вазон под них и принести в палату. Выполняем!
Один из подростков, взял в руки пакет, вытащил из него кулек с фруктами и убежал вглубь больничного коридора. Второй подросток остался стоять возле двери, держа в руках, мой пакет с йогуртами.
– Нам, Владимир Петрович приказал сидеть возле палаты, на тот случай если Василию Петровичу, что-то понадобиться. – Гордо произнес пацан.
– Ну и правильно, – похвалил я, подростка. – Вахты длинные?
– По три часа. Мы уже два отстояли, в девять, нас сменят, – посмотрев на часы ответил, воспитанник интерната.
– Денег, вам, хоть оставили? Ну, там лекарств, прикупить, если что?
– А как же! Пятьсот гривен, – с чувством, собственной значимости, ответил подросток.
Ничего себе, пятьсот гривен, это же целых шестьдесят долларов. Для подростка, выросшего на казенных харчах, это были большие деньги.
– Ну, хорошо, стой – дежурь. Если, что-то надо будет, я позову, – и, открыв дверь палаты, обернувшись, строго добавил: – Никого, кроме медицинских работников в палату не впускать. Понял?
Войдя в палату, я подошел к кровати и присел на стул.
– Ну, что как чувствуете себя господин – штурмовик? – в моем голосе, сквозила неприкрытая ирония.
– Нормально. Хотелось бы получше, но, пока и так сойдет, – тихо ответил Вася.
– Что врачи говорят?
– Пока ничего не говорят. Обход в девять.
– Ну и хорошо! Ну, давай колись, что вы там с братцем «замутили»?
– Леха, а ты точно хочешь это знать? – спросил Вася, глядя в потолок.
– Конечно, хочу, – строго ответил я. – Если бы ты не лежал на больничной койке, я бы тебе точно, в морду бы дал! Друзья называются! Тайны какие-то придумали. Или, это такой секрет, что мне уже нельзя его доверить?
– Просто, ты говорил, что собираешься уезжать из города. Семью, вон свою, к родственникам в Сибирь вывез. Сам к ним собираешься ехать. На кой ляд тебе проблемы?
– Ну, ты точно – сволочь, Вася, – начал, закипать я. – С чего это ты сейчас решаешь, что мне надо, а что не надо. Я, вроде, уже взрослый мальчик, и давно сам решаю, что мне делать в этой жизни!
– Ну, конечно, ты взрослый, я не спорю,– тихо и как-то отстраненно, произнес Василий. – Ты, думаешь, что мы с Вовкой не понимаем, что ты все эти годы «тянул» нас за собой? Давал нам работу, деньги! Конечно, понимаем! И, то, что ты развил «тему» с интернатом, а когда он начал приносить прибыль, ты благородно ушел в сторону и оставил все нам, с братом. Мы, все это понимаем. И, кстати, очень тебе признательны за это. Вот, именно, поэтому и решили тебе ничего не говорить. Можем и мы, хоть раз в жизни, что-то решить за тебя?
– Вася, да, что за хрень ты городишь? – удивленно спросил я. Обычно, Вася, в отличие от своего брата, был немногословен, а тут прямо, такие речи проникновенные, что расплакаться можно. – Ты, можешь толком объяснить, что произошло? А, то Вовка и Сквозняк, сговорились, и несут какую-то чушь.
– Ну и что они тебе рассказали? – с усмешкой спросил Василий.
– Я, ж тебе говорю – чушь какую-то, про то, что ты якобы получил две пули, во время отработки упражнения по штурму зданий. И вся эта пляска происходила, под руководством эмиссара российских спецслужб, прибывшего в Крым, для организации отрядов, по противоборству силового захвата власти исламистами.
– Собственно говоря, мне добавить нечего, – лаконично произнес Вася.
Нет, ну вы видели, и этот придурок туда же. Да, что у них, там произошло, что они такую чушь несут?
– А, я понял! – меня осенила гениальная догадка: – Вы же не успели договориться! Ты же был в отключке. Ветров и Вовка сговорились, вот и несут, одну и ту же чушь, а ты не знаешь, что говорить, вот и тянешь время!
– Я, очень удивлен, что они тебе, это рассказали, – тихо, произнес Василий: – Пока, я еще был в сознание, мы договорились говорить, что это был несчастный случай, из-за неосторожного обращения с оружием.
– Ну, ладно, давай я тебя проверю: как во время штурма, вы были разбиты?
– Всего нас шестеро, и разбились мы на две тройки: в первой тройке – я, Енот и Ветер, а, во второй – Кречет, Сева и Синька.
– А как фамилия россиянина, который выдает себя за офицера спецслужб?
– Кружевников.
Вот и приплыли. Они, что и вправду, отрабатывали упражнения по штурму зданий? Так и все остальное, тоже получается правда? И про вооруженный захват власти в Крыму, тоже, правда? Нет, этого не может быть! Это же бред какой-то! Хотя почему бред? Только потому, что я не хочу в это верить?
– Так, что Вася, и вправду резня в Крыму, намечается? – тихо спросил я.
– Именно, – так же тихо ответил он. – Точно тебе говорю, через недели две, крайний срок месяц, татары начнут боевые действия.
– Ну, а доказательства какие-нибудь есть? – задал, я тот же вопрос, ответ на который, от младшего Серова, вчера так и не услышал.
– Есть, – твердо ответил Василий: – Доказательства есть. Своими глазами видел.
– Если не секрет, что за доказательства?
– Сева, нам показывал фотографии, сделанные со спутника, на них четко видно, лагеря для подготовки боевиков. Лагеря находятся в Белогорском, Бахчисарайском Симферопольском районах, в Старом Крыму и Джанкое. Там, было видно, тысячи людей. Понимаешь? Спутник, их сфотографировал во время намаза, тысячи людей в военной форме. Понимаешь? Еще, нам показывали брошюрки и печатную продукцию, которую выпускают для татарской молодежи. Это кошмар какой-то – суть, всей их пропаганды, сводиться только к одному – выгони русских из Крыма, и полуостров туту же превратиться в Швейцарию, у каждого татарина появится трехэтажный особняк с фонтанами и павлинами!
– И это все доказательства? – недоуменно, спросил я.
– А тебе, что мало? – вопросом на вопрос, ответил старший Серов.
– Честно – мало. Я тебе больше скажу: все, о чем ты сейчас говорил, для меня вообще не доказательство!
– Это еще интересно, почему же? – закусив от волнения нижнюю губу, спросил Василий.
– Да, потому что любую печатную продукцию: фото, буклеты, листовки можно подделать. Или, это не мы с тобой, в «фотошопе» фотографии «старили» и лицензию для прокурорской проверки сделали такую, что проверяющие ничего не заподозрили?
– Хорошо, какие тебе нужны доказательства, чтобы ты поверил?
– Ну, к примеру, почему бы, зная о местонахождении лагерей для подготовки боевиков, вы туда не съездили, и не посмотрели на них, своими собственными глазами? Могли бы и пару «языков» захватить, чтобы допросить!
– В смысле взять «языков»? – не понял Вася. – Как это взять «языков»?
– Легко! Приехали в место базирования боевиков, выявили пути их постоянного перемещения и захватили несколько человек в плен. Что непонятного?
–Так, ведь война еще не началась. Как можно, в мирное время брать «языков» и тем более допрашивать их? На нас же потом, милицию и эсбэушников натравят. Да и охраняются, эти вражеские базы, наверное, очень хорошо!
– То сеть ты готов, опираясь только на не подтвержденные данные, поставить под угрозу свою жизнь и жизнь всех своих близких? – укоризненно произнес я.
– Вот именно, чтобы спасти всех своих близких, мы и ввязались в это дело!
– Это все лирика и сопли, – жестко, прервал я, Васю: – У вас был хоть какой-то план? Этот ваш, Сева, он же, вроде как спецназовец, соответственно, человек опытный. Он должен действовать согласно приказам и инструкциям.
– Так он так и действовал! Кружевников, регулярно получал инструкции и разведданные из центра. Опять же – оружие! Оружия, он где, по-твоему, столько взял?
– Ну и что у вас там были за стволы?
– АК-74М, новенькие, черный пластик, с креплениями под всякие разные «приблуды». На всех автоматах установлены коллиматорные прицелы и лазерные целеуказатели! Кевларовые «бронники» и каски новейшего образца, я такие только по телевизору видел, и то, не у нас в Украине, а на Российских выставках современного вооружения. Всем выдали пистолеты «Вектор», он же «Гюрза». А, гранаты? Не РГДешки и «феньки», а РГН и РГО. Вот, где он, их, по-твоему, мог достать? Ты, понимаешь, что за всем эти чувствуется государство, причем не рiдна ненька Украина, а именно – Россия.
– Да, понял я уже, как вы все в этого Севу влюблены! – зло огрызнулся я. Что-то меня начал этот разговор злить. Что еще за Кружевников? Откуда этот хрен появился? Что ему надо?
Василий ничего не ответил, так как в дверь осторожно постучали, потом дверь приоткрылась и в палату, осторожно зашел один из тех пацанов, которые, дежурили в коридоре. Паренек, подошел к столу и поставил на него, большое хрустальное блюдо, в котором лежали вымытые фрукты. Я, кивком головы, показал ему, чтобы он исчез, как можно быстрее.
– Вася, ты можешь мне, конкретно сказать, что вы должны были делать? Для чего вас готовили?
– Российская разведка должна была сообщить, когда в Керчи появятся полевые командиры татарских отрядов. Наша задача уничтожить их.
– Василий, ты хоть сам понимаешь, что говоришь? – нервно, произнес я. – Ты служил в Национальной гвардии Украины, фактически это внутренние войска, согласен наша часть была приравнена к спецназу, но боевого опыта у тебя нет. Твой брат, Вовка служил в пограничных войсках, тоже боевого опыта у него нет. А остальные: Енот и Синька, служили в десантуре. Но, сколько сейчас служат в украинской армии? Год! Чему, можно научить бойца за год? Картошку чистить, да плац подметать! Ветров, тот, вообще – семнадцатилетний подросток, который даже в армии не служил. Это же бред! Ты, хоть это сам понимаешь?
– Ничего, это не бред, – как-то неуверенно, произнес Василий.
– Нет, Вася, именно бред! Самый настоящий бред! – видя, что старший Серов начал сомневаться, я методично, принялся пробивать его защиту, призывая в помощники, логику: – Ну, какие из вас штурмовики? Вы даже боевого опыта не имеете! Ну, ты сам подумай, в первую же тренировку, с применением боевых патронов, умудрились сами же себя и подстрелить! Ты, пойми, в штурме зданий нужен совершенно другой опыт! Видел как ОМОН или СОБР тренируются? Так, они ничего другого не делают, только тренируются, причем годами тренируются, чтобы потом, взять каких-нибудь злодеев. И двадцатилетних сопляков, среди спецназовцев нет. А у вас, что? Ничего! Единственный среди вас человек с реальным боевым опытом и подготовкой, как-то умудрился тебя же и подстрелить. Ну, прикинул? Согласись, что это больше похоже на фарс и бред!
– Ну, а оружие? Современное стрелковое оружие, гранаты, бронежилеты и каски, откуда?
– С этим согласен – непонятка, какая-то! Мне бы с этим, вашим разведчиков Севой, поговорить. Иначе, ничего путного я не скажу.
– Леха, ну ты же сам говорил, что татары когда-нибудь решат поднять головы и захватить Крым себе, – привел свой, последний аргумент Василий.
– И какое, это отношение имеет к нашим баранам? Я прекрасно помню, что я говорил. Я тебе, даже больше скажу: я на пятьдесят процентов уверен, что действительно татары, в ближайшее время, могут решиться на силовой захват власти в Крыму. Есть у меня кое-какие доказательства в пользу этой версии, – вчерашнее сидение в интернете натолкнуло меня, именно на такие мысли, – Но, я хоть убей, не могу понять, вашей роли во всем этом! Не вяжется все вместе: с одной стороны – груда новейшего оружия, а с другой стороны – банда никчемных вояк, которые представляют опасность, в первую очередь, для самих же себя. Театр абсурда, какой-то!
– То есть ты хочешь сказать, что нас готовили не для штурма? А, для чего тогда? – совсем уж притихшим голосом, спросил Серов.
– Не знаю, – честно ответил я. – Пока, лично не пообщаюсь с вашим разведчиком Севой, никаких догадок, даже строить не буду.
– Ты, хочешь, чтобы я устроил тебе встречу с Кружевниковым?
– Еще как хочу! Жажду просто, с глубоким томлением в сердце! – шутливо ответил я.
– Он может, не согласится!
– А ты не говори ему ничего про меня, – я начал, объяснять свою задумку. – Сообщи, своему Севе, что очень сильно желаешь с ним пообщаться, и пусть он приезжает к тебе в больницу. И пока он сюда не приедет, ни Вовка, ни Ветров, из города никуда не поедут. Если, все правильно преподнести, то никуда ваш шпион не денется – приедет, как миленький!
– Ну, придет он и что? Что, ты хочешь ему сказать? – судя по интонации голоса, Василий начал нервничать. Видимо, он не хотел, чтобы я встречался с Кружевниковым.
– Ничего я ему говорить не буду. Все, что надо скажешь ты!
– Это, как? – Василий, даже привстал с постели, от удивления.
– Да, вот так! Позвони своему Севе и пригласи его в больницу, а когда он приедет, то ты ему представишь меня и скажешь, что я теперь буду вместо тебя. Этого будет достаточно! По тому, как он прореагирует на мою персону, мы поймем, что ему надо!
– Ты думаешь? – неуверенно спросил Серов.
– Да. Я уверен, что по его первой реакции, я легко «просчитаю» его дальнейшие действия, – честно говоря, я сейчас врал.
Мне нужен был этот таинственный Сева, собственной персоной. Я, поначалу, хотел поехать на базу к этим недоделанным штурмовикам, но потом, немного подумав, решил отказаться от этой затеи. Слишком рискованно, ехать в самое логово зверя. Хрен его знает, что этим любителям оружия, может в голову прийти, из-за их игр в конспирацию. Вдруг, они решат, что для сохранения тайны, меня, надо по горлу – чик, и в колодец. Лучше, пусть, Кружевников, сам в город приедет, мне так спокойней будет.
– Ну, хорошо, – явно успокоившись, согласился Василий. – Я созвонюсь с ним. Когда тебе удобно, чтобы он приехал?
– Мне, все равно. До пятницы, я совершенно свободен, – повторил я, выражение из знаменитого советского мультфильма. – Главное, чтобы он приехал как можно быстрее. А, как он хоть внешне выглядит?
– Ну, ростом, чуть выше тебя, где-то метр восемьдесят пять. Крепкого телосложения. Широкие плечи. Светлые волосы, стрижка «площадка», с выбритым затылком и висками. Помнишь, как у Сергея Лемоха, из группы «Кар-Мэн». А самая главная примета – татуировка, в форме штрих-кода на затылке. Синие глаза. Знаешь, такой – вылитый ариец, приметный парень!
– Ну и хорошо, что приметный, легче будет узнать, – кивнув головой в знак согласия, сказал я. Как интересно его с такой внешностью взяли в разведку? Мне всегда казалось, что резиденты и шпионы должны быть неприметны, как серые мыши. – Ты, мне главное, сообщи за два часа, до его приезда, чтобы я успел приехать в больницу.
– А, если он не захочет встречаться в больнице?
– Так ведь, он к тебе приедет, а где ты еще можешь быть, кроме как в больнице?
– Действительно, что-то я туплю!
– Ладно, поехал я, дел еще много. А ты немного отдохни, скоро врач придет.
Я вышел из палаты и, махнув рукой подросткам на прощание, пошел по больничному коридору.
Итак, что мне дал разговор с Василием? Братья Серовы ввязались во что-то непонятное. С одной стороны я все больше убеждаюсь, что в ближайшее время, может произойти какая-нибудь неприятность с участием крымский татар. А с другой стороны, какой-то татуированный амбал, представляясь российским разведчиком, собирается с помощью группы неподготовленных бойцов, выступить против превосходящих сил противника. И, что мне теперь делать? Надо раздробить проблему на более мелкие и решить все по частям. Итак, что у нас первое? А, первым делом, надо решить есть ли и правда, угроза силового захвата власти в Крыму. Ну, а поскольку, целиком Крым мне потянуть, надо попытаться разобраться с обстановкой вокруг Керчи. Достав телефон, я начал просматривать справочник контактов, выискивая того, кто мог бы мне помочь. Просмотрев весь справочник, я так и не выбрал того, кто мне нужен. Но, нельзя, же сидеть и ничего не делать. С чего бы начать? Если в ближайшее время должны произойти вооруженные столкновения и об этом кто-то знает из местных, то в магазинах, торгующих оружием и амуницией, должны увеличится продажи.
К ближайшему магазину, который торговал охотничьим снаряжением и товарами для активного отдыха, я приехал через пятнадцать минут. Магазин назывался «Азимут» и принадлежал он Алексею Векшину, бывшему милиционеру, который из-за травмы позвоночника был выведен на пенсию. Дядя Векшина, тоже был милиционером, служил в чине подполковника и занимал должность заместителя начальника первого отдела милиции. С Лехой Векшиным, я давно водил знакомство, чаще всего мы с ним пересекались на почве организации, всяких разных турниров: пейнбольных, страйкбольных и прочих видов военных игр. Наша интернатовская команда, была одной из лучших по пейнтболу в Крыму, поэтому каждый раз когда, Векшин организовывал турнир, он приглашал нас.
Я застал Векшина, как раз в тот момент, когда он открывал дверь своего магазина.
– Здорово Векша! – хлопнув Векшина по спине, я поприветствовал его.
– И тебе не кашлять. Чего в такую рань приперся?
– Кто рано встает, тот … мало спит, – я выдал, слегка переиначенную мудрость. – Так, шел мимо, думаю, зайду в гости, может купли чего-нибудь.
– Как у тебя дела? Разобрался с сыном мэра? – спросил Векша, заходя в торговый зал и включая свет.
– Пока не разобрался. Но думаю, в ближайшее время пойду, схожу к ним на поклон. Сдамся, – как всегда соврал я.
– Ну и правильно: худой мир, лучше доброй войны! А то, тут сделка века пропадает, не знаю к кому обратиться за помощью!
– Так, чего ты ко мне раньше не обратился? Знаешь же, как я люблю сделки века, а особенно проценты с этих сделок.
– Ты как начал с мэрией бодаться, так сразу попал в опалу. Как я мог к тебе обратиться? Что я, по-твоему, совсем дурак? Не дай бог узнают, заклюют, как тебя!
– А чего ты сейчас обращаешься, если боишься мэрии?
– Так ты же сам сказал, что пойдешь с ними на мировую.
– А, ну да, точно. Так, что у тебя там за сделка века?
– Прикинь, у меня хотят купить тысячу комплектов камуфляжа. Прикинул? Тысячу!
– Ну, а я тебе, зачем?
– Помнишь, ты мне «камуфляжки» сшитые у нас на зоне привозил? Вот эти костюмы я и хочу продать.
– Ну, так и продавай. Я же тебе, еще полгода назад, слил свой контакт в Керченский исправительной колонии. Они только рады будут такому крупному заказу. В чем проблема?
– Проблема в том, что без денег они не хотят давать мне «камуфляжки».
– А ты, что думал, будет по-другому? Тысяча камуфляжных костюмов, даже самых дешевых, «стекляшек» городской расцветки, это же почти сто тысяч гривен. Ты, хоть сам понимаешь, что никто не будет давать такую партию товара в отсрочку. А, что клиент совсем не хочет давать предоплату? Кто, кстати, такой «жирный» у нас в городе, что хочет купить тысячу «камков»? И самое главное, зачем столько костюмов?
– Да, как тебе сказать? Покупатели, явно не местные, «хачики» какие-то, то ли арабы, то ли кавказцы. Ну и аванса, они мне деньгами не дали. Машину подогнали, «Ниссан Икс-Трейл», двухлетка, состояние просто идеальное.
– Ничего себе аванс? Это за сколько же ты продал эти камуфляжи?
– По двести пятьдесят за комплект? – гордо ответил Векшин.
– Ну, ты хопуга! Уважаю!
– А, то! Ну, что поможешь?
– А, ты Петровичу звонил?
– Звонил, но в исправительной колонии сейчас нет начальства и поэтому он такие вопросы сам решить не может.
– Ладно, я поговорю с ним. Тысяча «камуфляжек», говоришь? На хрена, им столько?
– Я не знаю, да мне и по фиг! Так ты поможешь?
– Если смогу, помогу. «Камки» должны быть все одной расцветки?
– Хотелось бы, что бы все были расцветки – «городской камуфляж». И самое главное, чтобы костюмы были самые дешевые, не дороже, ста гривен, за комплект.
– Если сделку провернем, сколько мне? Я беру десять процентов от сделки.
– Ну, десять, так десять. Только, ты знаешь, мне бы так договорится, чтобы я деньги им отдавал постепенно. Ну, вроде как кредит. За пару месяцев, я им все отдам.
– Не понял, как это в кредит? – я открыл рот, от такой наглости. – Как, по-твоему, я объясню, руководству колонии, что ты не отдашь им деньги в течение трех дней после получения товара?
– Ну, Леха! Ты, же умный, придумай что-нибудь! Я выручу от сделки сто пятьдесят тысяч гривен, а это примерно двадцать тысяч долларов. Ну, а «Ниссан» как раз столько и стоит.
–Ну, так продай его и все!
– Не хочу, он мне понравился. Я давно о таком мечтал.
– Ладно, попробую, что-нибудь придумать, – немного подумав, произнес я. – Но, тогда с тебя десять процентов, от суммы всей сделки, то есть три тысячи долларов.
– Согласен, – радостно улыбнулся Векшин. – Только я тебе деньги отдам немного позже. Хорошо? А, то у меня с наличкой совсем напряг.
– Мой процент, ты мне отдашь сразу, как только я тебе привезу камуфляжные костюмы! – отрезал я.
– Блин! Леха, ну, правда, нет денег, – всплеснул руками Векшин.
– Хорошо, если нет денег, возьму товаром, из того, что есть в торговом зале.
– Без проблем! – радостно выкрикнул Леха. – Так даже лучше. Ты мне заранее скажи, что тебе надо, я соберу, упакую, и все лично проверю!
– Хорошо, как только переговорю с Петровичем, так сразу тебе сообщу, – и тут, я только вспомнил, зачем приехал в охотничий магазин: – Тезка, а чего это у тебя денег нет? Что совсем торговля не прет?
–Да, как тебе сказать? – явно смутившись, произнес Векшин. – Влез я тут, поневоле в одну неудачную сделку. И самое главное, что и послать я их не могу и, заработка, с этого, почти нет. Короче, заказали мне переделать две СВДешки. Ствол и механизмы остаются родные, а приклад и ложе ставлю, сделанное по индивидуальному заказу. А по документам это будет уже не СВД, а карабин «Тигр». Но, аванс мне не дали, так еще и четыре «Сайги» заказали, две нарезных под патрон 7.62х54, и две гладкоствольных под двенадцатый калибр. Вот и прикинь: купил шесть стволов за свои деньги, а два еще и переделать надо.
– Ну и кто это у нас в городе, такой наглый, что не боится, грозное семейство Векшиных? – спросил я, заранее зная ответ. – Мэр?
– Ну, да. Точнее его единственный сын – Марат. Он оказывается у нас страстный охотник.
– На, кого он собрался охотиться с СВДешкой? На наших охот.угодьях, гладкоствол в самый раз. Зайцы, куропатки, утки и лисы – вот тебе и вся отстрелочная карточка.
– Ну, значит, будет на Украину ездить на кабана и лося. И понимаешь, что самое обидное, что он, видите ли, приедет не раньше чем через две недели. А без него, никто не хочет платить за оружие, а то вдруг, оно барину не подойдет. Да, и патронов почти на тысячу долларов купил. Для СВД заказали, 7,62х54R повышенной кучности с двухэлементным сердечником, российского производства. Для гладкоствола заказали патроны, аж из Америки, с разной начинкой, есть даже зажигательные.
– И, что много денег зависло?
– Прилично! Почти пятнадцать тысяч долларов.
– Да-а! Не хило! Ладно, не переживай, приедет твой покупатель, никуда он не денется. Ладно, я побежал, как только Петрович даст ответ, я тебе сразу сообщу.
– Спасибо! Удачи! – крикнул мне вслед Векшин.
Визит к Векшину, заставил меня нервно поежиться. Еще бы! Тысяча комплектов армейского камуфляжа. Причем самого дешевого!
Наша, Керченская исправительная колония, сокращенно КИК №621, выпускает некоторые виды товаров, среди них камуфляжные костюмы двух расцветок: городской камуфляж, серо-белый цвета и лесной камуфляж, серо-зеленого цвета. Костюмы, очень дрянного качества, их еще называют – «стекляшка», за очень тонкую ткань из которой, они сшиты. Зато стоимость такого костюма примерно двадцать долларов, а если брать оптом, так можно и за десять – двенадцать баксов сторговаться. Вот и подумайте, кому нужны плохие «камуфляжки», в таком количестве? Ответ очевиден: тому, кому надо одеть, большое количество мужчин, в однообразную одежду, причем, не сильно заботясь о качестве этой одежды. А это значит, что в окрестностях Керчи есть незаконное воинское подразделение, примерно, численностью, в тысячу бойцов. Как вам такая перспектива? Лично мне, стало страшно!
Найдя в списке телефона номер Петровича, я позвонил ему:
– Николай Петрович, это Алексей Коршунов. Узнали?
– Конечно, узнал. А, я как раз о вас сегодня вспоминал.
– Надеюсь, вспоминали в позитивном смысле? А, то, что-то в последнее время столько негатива, что даже жить не хочется!
– Как я тебя понимаю! – с чувством произнес Петрович. – А, ты чего Леха, хотел то? По делу или как?
Узнаю Петровича, в нем деловая хватка заложена в кровь. Петрович, служил в КИК № 621, в звании капитана. Заведовал складом готовой продукции. Я, честно говоря, все больше и больше убеждаюсь, что самые матерые, прожженные кладовщики и завскладами получаются из людей с отчеством Петрович. Может, это конечно, только на моем пути, встречались хорошие кладовщики с отчеством Петрович, но факт остается фактом – если я узнавал, что мне придется сотрудничать с завскладом, у которого отчество Петрович, я знал, что все пройдет ровно и гладко, потому что деньги нужны всем. Алчность – правит миром! Бабло – побеждает зло!
– Есть одна «тема», надо бы перетереть!
– Приезжай ко мне на работу, поговорим.
– Скоро буду, выходи на улицу.
Подъезжая, к комплексу зданий, бывшего ЛТП, где сейчас располагалась Керченская исправительная колония № 621, я заметил Петровича издалека. Петровича, трудно было не заметить – высокий мужчина, лет пятидесяти, с большим пузом. Огромный живот капитана не умещался в его форменной одежде, поэтому его китель, всегда был расстегнут. А, сам Петрович, как всегда, стоял под навесом, возле КПП и вытирал большущим платком, свою потную, лысую голову.
– Николай Петрович, как в машину сядете, или на улице поговорим? – спросил я у завскладом, через открытое окно.
– Давай, лучше на улице, – вытирая платком лысину, ответил Петрович.
– Ну, на улице, так на улице, – сказал я, припарковывая машину на стоянке.
Выйдя из машины, я пошел следом за Петровичем, который уже сидел на деревянной скамейке, в небольшой беседке – курилке. Петрович, достал из нагрудного кармана кителя, серебряный портсигар и, вытащив из него сигарету, закурил. Портсигар, был ручной работы, сделанный местными «сидельцами». Николай Петрович, очень гордился своим портсигаром и при каждом удобном случае рассказывал, на какие уловки он пошел, чтобы вначале пронести «на зону» серебро в царский монетах, а потом вынести уже готовый портсигар.
– Как дела? – для вежливости, спросил я.
– Хреново! – лаконично ответил Петрович.
Такому ответу, я ни капли, не удивился – сколько знаю Петровича, он всегда жалуется на жизнь. Хотя стоит заметить, что сейчас он выглядел, и вправду, очень взволнованным. Наверное, на работе что-то случилось, а как еще можно объяснить его присутствие на работе, в воскресенье?
– Что-то экстраординарное произошло или так, просто жизненная суета замучила? – поинтересовался я.
Иногда, для налаживания контакта, надо дать собеседнику излить душу, и тогда он становиться, на какое-то время, немного зависимым от тебя. И вот, в этот момент, можно и попросить, чего-нибудь от собеседника, например – дополнительную скидку! Хороший делец, всегда немного психолог.
– Да, как тебе сказать… – Петрович, начал, было «изливать душу», но вовремя спохватился и перешел на деловой тон: – Не обращай внимания, так мелочи жизни. Та чего ты хотел? Что за «тема»?
– Векшину, нужны «камки». Тысяча штук. Расцветка – «городской камуфляж». Он говорит, что вы не хотите их продавать, вот «подписал» меня, чтобы я помог.
– А! Я, то думал, что-то стоящее, – тяжело вздохнув, разочарованно произнес Петрович. – Он мне звонил, я ему сказал, что в данный момент костюмов нет.
– Что совсем нет? – удивленно, спросил я.
Продукция, выпускаемая колонией, не пользовалась особой популярностью. Причин на то, было множество: низкое качество – на дешевый сегмент и дорогая цены, на нормальный товар. Аналогичную продукцию, сшитую в частных швейных цехаха. Можно было купить дешевле и без бюрократической волокиты. Поэтому, обычно, не клиенты гонялись за Петровичем, а завскладом, пытался найти и привлечь, хоть каких-то клиентов.
– Понимаешь, кое-что на складе, конечно есть. Может комплектов пятьсот, я наберу, но точно не больше.
– А, что срочно пошить еще пятьсот комплектов, это сильно долго? Или ткани нет?
– Ткань есть. Шить некому.
– Чего? – удивился я, в очередной раз. – В колонии, где на работу зэки стоят в очередь, некому работать! Это как?
– А вот так! – зло выпалил Петрович. – Зэков полно, а работать некому. Понимаешь?
– Нет, не понимаю, – честно, ответил я. – Это как? Воры, бузу объявили, или в «отрицаловку» поперли?
– В том то и дело, что воров, на нашей зоне больше нет. Всех блатных и авторитетов от нас перевели. Зато последним этапом, пригнали не понять кого. Звери, а не люди. Сколько работаю, а такого никогда не видел.
– Не понял?! – предчувствую, что сейчас Петрович, расскажем мне очередную загадку. – Это как блатных убрали. Что теперь Керченская колония, стала «красной»?
– В том, то и дело, что нет! Леха, ты знаешь, сколько лет, я проработал в различных ИТУ? Двадцать семь лет? Представляешь, двадцать семь лет своей жизни, за редким исключением, в виде отпусков, выходных и больничных, я провел по ту сторону запретки. Я знаю тюремный мир, как линии на ладони, своей руки. Все эти: понятия, нычки, масти – для меня это все, как для тебя, твои, торгашеские схемы – обыденно и привычно. Но, что происходит сейчас у нас в колонии, для меня не понятно. Я вижу только один выход из ситуации, но он настолько ужасен, что я даже думать об этом не хочу.
– Петрович, а хочешь, я угадаю, о чем ты думаешь?
– Нет, Леха не угадаешь, – грустно ответил Петрович.
– Угадаю, – с усмешкой, ответил я. – Давай так: если я угадаю, что тебя беспокоит, ты, продашь «камуфляжки» Векшину, а если не угадаю, я тебе, бутылку армянского коньяка подарю. Идет?
– Идет, – согласился Петрович, закуривая еще одну сигарету.
– Итак, в последнее время, ну скажем, в течение последних двух – трех недель, из вашей колонии были переведены все авторитетные заключенные, не только блатные, но и просто физически сильные люди. То есть все те, кто мог бы, составить конкуренцию вновь прибывшим. А, вместо переведенных от вас, вам в колонию пригнали «чёрных», то есть так называемых, лиц кавказской национальности, татар и даже арабов. Правильно? А еще руководство колонии, никаких действий, чтобы пресечь эти передвижения, не предпринимает. И, ты Петрович, боишься смуты и массового побега заключенных. Причем, ты считаешь, что это не просто, попустительство и раззвиздяйство киевского начальства, а хорошо спланированная акция. Ну, что я прав?
– Ты, знаешь Леха, вот когда ты все это сказал, так у меня, прямо все и сложилось один к одному, – враз, охрипшим голосом, произнес Петрович. – И, что теперь делать?
– Бежать. Бежать, пока не поздно. Забирай всю свою семью и, уезжай подальше из Крыма. А, лучше всего из страны. Если есть родственники в России, то лучше всего податься к ним.
– Ты уверен? – строго спросил Петрович.
– Еще как. Я, в последние пару дней, столько всего узнал, что могу тебе сказать с вероятностью в девяносто процентов – в Крыму ожидаются массовые беспорядки на межнациональной почве.
– И сколько есть времени?
– А вот этого, я тебе не скажу. Может неделя, а может месяц.
– Я понял, – задумчиво произнес Петрович, но потом, отогнав тяжелые мысли, вспомнил, что проиграл пари. – Так, а что делать с «камуфляжками» для Векшина?
– Берешь костюмы, и упаковываешь их, в тюки по двадцать – тридцать штук. Несколько тюков, будут нормальных, а остальные уложи так, чтобы готовые костюмы перемешались, с кусками камуфлированной ткани. Понял? Обманка – сверху и снизу, нормальные костюмы, а в середине, просто куски ткани.
– Это же подстава и кидалово! – возмутился Петрович. – А вдруг потом, «предъяву кинут»!
– Векшина я предупрежу. А тех, кому он эти костюмы продаст не грех и кинуть! Самое главное: Петрович, надо продажу «комков» официально пропустить, чтобы отсрочка платежа была. Сможешь?
– Смогу, – немного подумав, ответил Петрович. – Больше ничего не надо?
– Да, вроде нет. Ничего не надо.
– Жаль, а то мне деньги срочно нужны. Надо, какой-нибудь микроавтобус, срочно купить, чтобы было на чем семью вывезти.
– ГАЗель пассажирская, подойдет? Братья Серовы на ней ездят.
– То, что надо! Машина у них хорошая, видно, что за ней следят. Дорого продают?
– Ну, тысяч пять, может четыре споловиной. Она в идеальном состоянии, салон ты сам видел. Мотор, ходовая, кузов – все в норме.
– У меня есть только три. Может все-таки, что-нибудь возьмешь, в счет уплаты за машину?
– А, что у тебя есть?
– Есть? Ну, не знаю, – начал размышлять Петрович. – Знаешь, что? Приезжай, завтра утром, часиков в восемь, как раз будут готовы костюмы для Векшина, а я вместе с этими тюками, кое-что вывезу. Тебе понравиться, может сразу Векшину и толкнешь.
– И, что это?
– Сюрприз. Увидишь – офонареешь!
– Чтобы, что-то продать, надо хоть примерно знать сущность продукта. Или ты думаешь, что торговля – это так легко? Продажи – это целое искусство, а хороший продавец, он как дирижер, должен знать все не только о товаре, но и о покупателе, о всех его родственниках и друзьях. И только после этого можно приступать к совершению сделки. Так, что давай колись, что за сюрприз!
– Патроны. Калибр 7.62/54.
– Чего?! Какие еще патроны? – удивленно, спросил я. – Это же статья, если поймают, хрен отмажешься! Боеприпасы, всегда на строгом учете.
– В том то и дело, что эти патроны поступили без всякого учета.
– Это как?
– А, вот так. Три дня назад, приехали два грузовых «Урала» с войсковыми номерами, из них выгрузили много ящиков, явно армейского происхождения. В оружейку все не влезло, поэтому часть ящиков сложили у меня на складе. В ящиках оказались винтовочные патроны 7.62/54. Я поинтересовался, и оказалось, что весь груз к нам поступил без единого документа. Ни накладных, ни сопроводительных бумаг, вообще ничего. На этих же «Уралах» вывези весь наш арсенал и боеприпасы. Фактически, сейчас, в колонии всего десять автоматов, на которые приходиться, тысяча патронов. Автоматы остались только у тех, кто во время приезда армейцев стоял на вышках и в карауле.
– А, что вам мешает покопаться в привезенных ящиках, может в них найдутся нужные вам патроны?
– В оружейку, доступа нет. А, в тех ящиках, что лежат у меня на складе, только винтовочные патроны, разной номенклатуры и ручные гранаты.
– И как вам все это объяснили?
– Сказали, что происходи полная замена арсенала. Собирались заменить наши АК-74, на новые автоматы «Вепрь».
– Так, «Вепри» работают на том же калибре, что и АК-74. Какой смысл, забирать боеприпасы.
– Не знаю, – тихо ответил Петрович, – но если в колонии поднимется бунт, то остановить его будет нечем.
– А, что руководство говорит по этому поводу? Ведь, если зэки решаться на бунт, то администрация окажется в числе первых жертв.
– Сейчас в колонии нет руководства. Обязанности начальника колонии исполняет – капитан Ершов, молодой совсем, двадцать семь лет. Опыта никакого, совсем «зеленый». Мало того, что всех старших офицеров, срочно вызвали в Киев, на курсы переподготовки, так еще и половину работников отправили в отпуска.
– Петрович, так, ты тоже, оформляй отпуск, забирай семью и вали отсюда.
– Я понимаю, что надо уезжать, но срываться на новое место, вот так срочно не хочется. Вот если бы продать квартиру, чтобы были деньги. А так, просто уезжать в неизвестность, как-то боязно! Даже, если я поеду к брату в Харьков, все равно, оказаться на новом месте без денег и работы, страшно. Может, что-то посоветуешь?
– Легко, бросай все и уезжай. Медлить нельзя! Счет идет на дни. Бери, все, что есть на складе, загрузи в наемную машину и вывези к брату в Харьков. Этого тебе будет достаточно, чтобы начать новую жизнь. Чем больше вывезешь, тем больше сможешь продать.
– А как я смогу, что-то вывезти.
– Все, что сможешь вывезти, оформи как продажу по безналу, для меня. Счета я подпишу. Если у кого-то и будут проблемы, то только у меня.
– А ведь, это идея! Леха, ты что и, правда, подпишешь закупочные накладные?
– Конечно, подпишу. Чем больше будет груза в машине, тем легче, будет тебе, провезти через КПП, ящики с патронами и гранатами. Понимаешь? Услуга, за услугу?
– Так, а как же «ГАЗель» братьев Серовых? Договоримся за треху «зелени»?
– Договоримся! – решительно ответил я. – Когда будешь вывозить товар?
– Завтра, вечером. Ближе к ночи.
– Понял. Утром, к восьми утра, я пригоню «ГАЗель» и на ней сразу вывезем «камки» для Векшина. Идет?
– Идет! До завтра!
Петрович, вышел из беседки и пошел дверям проходного шлюза. А я сел в машину и поехал к Векшину, в магазин. В магазине были посетители, поэтому, я, немного побродил по торговому залу, выбирая, нужное мне снаряжение.
Магазин «Азимут», славился своим выбором и ассортиментом. Векшин понимал толк в снаряжении, поэтому у него всегда был хороший выбор. Конечно, основную часть товаров составляли китайские копии оригинальных товаров, но были и эксклюзивные вещи, производства Германии, Швейцарии и США. На стеклянных полках были разложены многофункциональные ножи, кинжалы, мачете и прочие колюще-режущие игрушки. На вешалках, висели различные образцы армейского, охотничьего и просто, туристического камуфляжа. Ремни, подтяжки, разгрузочные системы, подсумки, фляги, ботинки, головные уборы, наколенники и прочая амуниция, которая радовала глаз, любого мужчины.
Я остановился, возле стеклянного шкафа, где были выставлены бинокли, прицелы и портативные радиостанции. Выбрав, понравившуюся мне модель «Кенвуда», я по-хозяйски достал коробку, из нижнего ящика шкафа и, найдя инструкцию по использованию радиостанции, принялся её изучать.
– Ну, что как дела? Договорился с Петровичем? – спросил Векшин, выпроводив посетителей из магазина. Чтобы нам не мешали, он закрыл магазин, повесив на входную дверь табличку – «переучет».
– Есть две новости. С какой новости начать? – спросил я Векшина, вертя в руках радиостанцию
– Начни с хорошей!
– А, кто сказал, что есть хорошая? – пошутил я.
– ???
– Да, шучу я. Все нормально….почти, нормально! Новость первая – камуфляжные костюмы, в количестве пятисот штук, завтра будут у тебя.
– Но, мне нужно не пятьсот, а тысяча.
– Завтра утром, я привезу тебе тридцать тюков с «камками». На вид, в тюках, будет тысяча камуфляжных костюмов, окраски – «город».
– Не понял? Это как? Ты же только, что сказал, что у Петровича, только пятьсот «камков», а в тюках будет тысяча штук.
– Знаешь, что такое «кукла»? Это когда берут цветную бумагу, складывают, все это, в аккуратную стопку и, положив сверху и, снизу по настоящей банкноте выдают все это за денежную пачку. Мы сделаем, все, то же самое, но вместо денег будут «камуфляжки».
– А если они проверят? Это же «кидок», они мне потом предъяву кинут!
– Переведешь все «стрелки» на меня, я сам с ними разберусь. Тем более, что у тебя на руках будут товарные накладные, по которым, это я тебе продал товар.
– А это была хорошая или плохая новость?
– Это была плохая, – ответил я. – Хорошая новость – деньги ты должен будешь мне.
– И что в ней хорошего?
– Хорошего в ней то, что если, ты мне дашь на неделю пострелять из карабинов, приготовленных для сына мэра, и отдашь товара, скажем на десять тысяч долларов, то мы с тобой в расчете.
– С чего это на десятку, я тебе должен товара отдать? Ты, же говорил, что тебе достаточно десяти процентов, от суммы сделки, а это три тысячи долларов.
– Векша, где твоя гибкость мышления? Ты должен был отдать двенадцать тысяч долларов за купленные, в колонии камуфляжи, плюс три тысячи долларов, мне за посредничество. Итого, ты отдал бы пятнадцать тысяч. А так, ты отдашь мне товара на десять тысяч, причем отдашь по своим продажным ценам. Правильно? Наценка у тебя процентов в пятьдесят. Верно? Значит, фактически, ты потратишь всего семь тысяч долларов. Прикинул разницу: пятнадцать тысяч и семь тысяч. Мало того, рассчитаемся прямо сейчас, и ты никому, ничего не должен. Ну, как тебе?
– Да, но камуфляжных костюмов, будет не тысяча, а всего пятьсот, а это, в два раза меньше.
– Ну и что? Зато, я беру на себя, решение твоих проблем. Если они, конечно, возникнут.
– А, зачем тебе стволы?
– Просто так. Хочется пострелять немного. С армейки, в руках СВД, не держал, – сказал я, – молодость хочу вспомнить. А, ты, что против?
– Нет, я не против. Просто учитывая, твою неприязнь к сыну мэра, не хотелось бы давать тебе в руки оружие, предназначенное для него. А, вдруг ты с оружием, что-нибудь сделаешь? Испортишь или сломаешь?
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.