Глава XXXV
Прошло несколько времени с тех пор, как Амина поселилась у вдовы.
Теперь она только что вернулась с прогулки по городу, где делала различные закупки, которые и принесла с собой под мантильей.
«Наконец-то я здесь одна, и никто не следит за мной! – мысленно воскликнула она. – Теперь я имею все, что нужно, и скоро я узнаю, что хочу знать!».
В этот момент маленький Педро, сын вдовы, вбежал в ее комнату и кинулся здороваться.
– Где твоя мать, Педро? – спросила Амина.
– Она ушла к своим друзьям на весь вечер, и мы с вами остались одни, – сказал мальчик. – Можно мне остаться с вами?
– Конечно, можно! Ну, а скажи мне, можешь ты сохранить что-нибудь в тайне?
– Да, могу! Скажите ваш секрет, и вы увидите, что никто ничего не узнает!..
– Мне нечего сказать, мой милый, но я хочу устроить с тобой такую игру: я хочу показать тебе разные вещи на твоей ладони!
– Ах, да, да… Покажите!
– Хорошо, я покажу тебе, но только если ты мне обещаешь никому не говорить об этом!
– Нет, нет, клянусь вам Пресвятой Богородицей, никому ничего не скажу!
– Ну, так смотри же!
Амина разожгла уголья на жестяном блюде, поставленном у нее на ногах, затем взяла гусиное перо, чернила и пару ножниц и написала на клочке бумаги несколько букв, напевая при этом какие-то непонятные слова, после того кинула на уголья кориандровые семена и ладан, отчего в комнате распространился сильный удушливый аромат.
Тогда она посадила Педро на низенькую скамеечку подле себя и, взяв правую руку мальчика, некоторое время держала ее в своей, после чего начертила на его ладони квадрат и какие-то буквы или знаки на каждой из сторон квадрата, а в центр его налила немного чернил, так что образовалось нечто вроде черного глазка величиною с полкроны.
– Ну, теперь все готово! – сказала она. – Смотри, Педро, на это черное пятно чернил и скажи, что ты в нем видишь?
– Мое собственное лицо! – сказал мальчик.
– Амина подкинула еще ладану на горячие угли, так что вся комната наполнилась дымом, причем она что-то бормотала:
– Турехун… турехун, турио-шун, сойди сюда! Сойдя сюда. Присутствуйте здесь, слуги этого имени. Отдерните завесу и поведайте правду.
Начертанные ею на бумаге буквы или слова она разрезала ножницами на части и, взяв одну из частей, бросила ее на уголья, продолжая держать в своей руке руку мальчика.
– Ну, а теперь что ты видишь, Педро?
– Я вижу человека, который метет! – сказал Педро с тревогой в голосе.
– Ты не бойся, дружок, ты сейчас увидишь другое! Ну, что, он перестал месть?
– Да, перестал!
Теперь Амина снова что-то забормотала и кинула в огонь другой кусок бумажки с написанными на нем буквами или словами.
– Ну, а теперь скажи, Педро: «Филипп Вандердеккен, явись!».
– Филипп Вандердеккен, явись! – повторил мальчик дрожащим голосом.
– Теперь скажи мне, что ты видишь, только скажи правду!
– Я вижу человека, лежащего на белом песке… Только мне не нравится эта игра!..
– Ты не пугайся, дитя, я сейчас дам тебе гостинца, много сластей, вот увидишь… Скажи, как одет этот человек?
– На нем коротенькая куртка, белые панталоны; он оглядывается кругом, а теперь достает что-то, что у него было спрятано на груди, и целует.
– Это он! Он! Он жив! Небо, благодарю тебя!.. Ну, смотри еще, Педро!
– Он встает… нет, право, мне не нравится эта игра… я боюсь… Право же, я боюсь… мне страшно! Пустите меня!
Мальчик заплакал и стер с руки чернила; чары исчезли, и Амина не могла узнать ничего больше.
