Корректор Анастасия Константиновна Колесникова

Корректор Екатерина Анохина

Дизайнер обложки Валерия Родионова

ISBN 978-5-4496-0146-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Это история не совсем обычного человека, скорее даже зверя, безжалостно пожирающего души виновных и безнаказанных…

Ещё в юности я был глуп, но мудрость приходит с возрастом, не так ли? Мне было всего двенадцать, но уже тогда я чувствовал в себе отличие от своего брата-близнеца…

– Лиам! – я позвал его, пока наш одноклассник избивал меня ногами.

– Твой братец не поможет тебе, глупый Джонни! Ты такой же тупой, как и твоё имя! – смеялся Харви, параллельно нанося удары по моему телу.

Жгучая боль распространялась по участкам кожи, а во рту появился знакомый привкус металла. Я ненавидел этот мир из-за его жестокости. Мы же ещё дети, но уже можем убить и даже не моргнуть глазом.

Харви из тех людей, которые избивают слабых, подавляют их своим эго. Он обожает вылавливать ботанов вроде меня. Одному мальчику он сломал ногу, и тот до сих пор хромает из-за хирурга, который умудрился неправильно собрать кости. Странно, но я никогда не пробовал дать Харви сдачи, наверное, я боялся последствий…

– Хватит с тебя, ублюдок, – последний раз стукнув меня ногой, он плюнул мне в лицо, а после направился обратно в школу.

Я лежал на заднем дворе учебного заведения и смотрел в небо. Тучи закрыли прекрасную синеву своей серой массой. Скоро начнётся дождь, он смоет с меня грязь и кровь, окрасившую моё лицо. Не было нужды подниматься с земли, я боялся пошевелиться. Вдруг у меня снова сломано ребро либо рука? Где мой брат, когда он так нужен?!

Почему-то Харви никогда не бил Лиама, все его удары принадлежали лишь мне, хотя нас было сложно отличить друг от друга, мы словно две капли воды. Мой брат всегда казался старше меня, он говорил умные вещи, и за это наши одноклассники мило общались с ним, будто Лиам Тёрнер – лучший парень в школе. Меня же они всегда толкали при первой возможности, да и оскорбления так и летели в мою сторону.

Капля дождя упала мне на щеку, я прикоснулся к ней пальцами и вытер её. Пора вставать, не хочу быть в грязи ещё больше прежнего.

Чем я думал? Ведь мои вещи грязные! Меня никто не будет ругать за испорченную одежду, но не хотелось расстраивать родителей. Мать и отец любят нас одинаково, я это чувствую. Они покупают нам одинаковую одежду, игрушки и то, что мы хотим. Я старался быть ближе к Лиаму, чтобы показать ему свою любовь, ведь он так редко играет со мной, иногда кажется, будто брата стесняет мое присутствие.

Отряхнув брюки и пиджак, я направился домой. В таком виде я не посмею явиться в школу, иначе учитель выругает меня и пригласит родителей, дабы унизить меня ещё больше. Я боялся снова увидеть стыд в глазах Лиама, он всегда смотрит на меня странным взглядом, будто я – его игрушечная копия, которая сломалась и никогда не сможет быть лучше.

На дорогу я потратил около десяти минут. Мне нравится ходить пешком, это уж лучше, чем ехать в школьном автобусе, набитом учениками. Так я могу рассмотреть окружающую местность, почувствовать запах деревьев либо аромат цветов, а в автобусе всегда воняет грязными носками.

Я достал ключи из рюкзака и открыл дверь. Родителей ещё не было дома, они придут не скоро, я успею постирать вещи и привести себя в порядок. Кинув рюкзак на пол, я поплелся в ванную. Она в фиолетовых тонах – любимый цвет мамы. На раковине всегда много бутылочек и баночек с различными женскими штучками. Иногда отец нечаянно задевает их, и после они летят прямиком на пол, но мама никогда не кричит на него, она лишь смеётся и ставит их обратно на место. Нашу семью можно назвать идеальной, да вот только я не подхожу им. Почему-то я чувствую себя лишним, хотя не обделён вниманием. Это чувство ненужности растёт каждый день, я хочу подружиться с кем-то, но никто не хочет того же со мной.

Взглянув в зеркало, я увидел тёмные грязные волосы и лицо в засохшей крови. Улыбнувшись, я открыл кран. Набирая в руки воду, я умывался, стараясь стереть остатки грязи. Кожу жгло, я чувствовал боль, которая проникала прямиком в мою душу. Она оставалась там взаперти, ожидая нужного момента для выплеска. Этот момент я оттягивал, как мог…

Сняв одежду, я намочил её и начал стирать вручную. Не хочу, чтобы мама делала эту работу за меня. Я ценю её труд, ведь ей приходится нелегко. Она знает, что я помогаю без просьбы. Посуда всегда чистая, а цветы политы. Мне не сложно это делать, я даже рад. Мама для меня друг, который не бросит меня и всегда поддержит. Она тоже чувствует мою особенность, иногда даже водит к психологу. Этот мужчина не помогает мне, только разговаривает. От его вопросов у меня всегда болит голова, и я чувствую некую неловкость.

Управившись, я повесил мокрое белье на веревку, а после ушёл на кухню. Желудок сводило, меня немного подташнивало. Хотя я мог получить сотрясение, ведь Харви пару раз попал ногой по голове. Когда-нибудь я попробую дать ему сдачи, но мне страшно. Если бы Лиам подсказал мне, что делать!..

Достав коробку холодной пиццы, я взял кусок и принялся жевать. Пища не доставляла мне никакого удовольствия, я всегда относился к ней как к способу не умереть от голода. Я мог есть холодное, недосоленное или слишком острое, так как мне было всё равно. Лиам же обожал еду, он старался есть только то, что ему нравится. Например, хоть эту пиццу, только горячую и свежую.

В квартиру кто-то зашёл, и я моментально вскочил со стула. Вдруг это родители, они расстроятся, увидев меня сейчас здесь. Кто-то снял ботинки и положил ключи на тумбочку в коридоре. Я тихо вышел из кухни и увидел Лиама. Он взглянул на меня и закатил глаза.

– Джонни, ты снова не дал ему сдачи? Тебе нравятся побои? Как мы вообще можем быть близнецами? – он отрицательно покачал головой, и, пройдя мимо меня, направился в нашу комнату.

Я не мог произнести ни слова, лишь опустил голову вниз. Мне стало обидно, мой брат снова не поддержал меня, он не успокоил и не пожалел, всего лишь фраза: «Как мы вообще можем быть близнецами?». Но разве я виноват, что родился другим, не похожим на него?

Глава 2

Вот мне четырнадцать, и моя мать ведёт меня к очередному психологу. Он скажет пару умных слов, задаст кучу ненужных вопросов и сделает вывод, который никому не нужен. Зачем она так старается? К чему эта показуха? Я не болен, я просто другой! Мне не нужна эта промывка мозга, не нужны чёртовы беседы!

– Джонни, пожалуйста, веди себя хорошо, – сказала мать, закрывая дверь кабинета.

Я прошёл к дивану и присел на него. Комната ничем не отличалась от тех, которые я видел до этого. Те же спокойные тона обоев, мягкий диван и умный вид мужчины, который звал себя психологом. Он сидел напротив меня и что-то читал в своей записной книжке.

– Может, уже начнём? – спросил я, прервав тишину.

– Джонни, так ведь? – спросил он, подняв свой взгляд на меня.

– Могу быть Джонни, могу быть Дереком, как вам угодно, – хмыкнул я.

– Но ведь тебя зовут Джонни, – в недоумении посмотрел на меня психолог.

– Меня так назвали родители, что это даёт? Практически ничего, только запись в документах, да и только, – фыркнул я, увереннее расположившись на диване.

– Значит, тебе не нравится твоё имя? – психолог что-то черкнул в блокноте, после чего поднял свой взгляд на меня.

– Нравится, – я хитро улыбнулся, этот мужчина глупее остальных, которые были до него.

– Хорошо… – он задумался, наверняка, не зная, что спросить. – Ты часто думаешь о смерти?

– Практически всегда и никогда.

– Она играет важную роль в твоей жизни? – психолог ждал ответа, улавливая мою каждую эмоцию.

– Смерть для каждого играет свою роль. Она создана, чтобы держать равновесие в мире, – мне стало забавно, ведь он интересовался темой, которая запрещена в нашей семье.

– Ты прав, но разве подростки думают о смерти?

– Не все, лишь некоторые. Для кого-то это загадка, для кого-то – способ покинуть жестокий мир…

– А что для тебя значит смерть? – психолог придвинулся ближе, он пытался найти мою проблему, возможно, думал, что его догадки близки к истине.

– Начало конца.

– Хороший ответ, мистер Тёрнер, – мужчина улыбнулся, будто услышал то, что хотел.

– Я предпочитаю Джонни.

– Тебе не нравится твоя фамилия? – удивился он.

– В этом вы правы, она просто не моя.

– Это из-за твоего брата?

– Лиама? – засмеялся я. Психолог напрягся, он не ожидал такой реакции. – Неплохой парень, но иногда я желаю ему смерти.

– Прости, что? – его профессиональная маска треснула, он показал свою слабость, и я больше не стал скрывать свои мысли.

– Я желаю смерти своему брату, но лишь иногда, – улыбнулся я.

– Ты готов убить его?

– Нет, доктор, ещё рано, слишком рано…

***

Я шёл домой вместе с Лиамом. Он хотел что-то спросить, как-то начать разговор, но, видимо, боялся. Раньше брат стеснялся меня, ему было противно общаться со мной, а сейчас – страшно…

– Джонни…

– Я тебя слушаю, – ответил я, продолжая идти и рассматривая природу.

– Тебе стало легче? – осторожно спросил Лиам.

– Да, я рассказал о своих желаниях.

– О каких желаниях? – поинтересовался брат.

– Убить тебя, но лишь иногда, – засмеялся я. Лиам побледнел, ему стало страшно, он больше не тот мальчик, который обижал и отвергал меня.

– Ты шутишь? Ты же мой брат…

– Лиам, ты ещё слишком юн, чтобы познакомиться со смертью.

Оставшуюся дорогу мы шли молча. Я наслаждался видом. Прекрасные серые тучи затянули небо, они предвещали дождь. Ветер расшатывал деревья из стороны в сторону настолько сильно, что листья еле держались, дабы вот-вот не сорваться и не отправиться в свой последний полёт. Мои волосы развевались, а глаза приятно щипало. Маленькие крупицы пыли летали вокруг, заставляя жмуриться. Лиам закрывал лицо руками, он стал слишком нежным, боится и муху обидеть. С возрастом брат стал чересчур правильным. Он не обижал меня и окружающих, старался вежливо общаться и показывать себя пай-мальчиком. Я стал его противоположностью, мне досталась роль плохиша.

Харви больше не было в моей жизни, он перевелся в другую школу… Из-за меня… Я сломал ему обе ноги и руки. Мне это доставило удовольствие. Хруст его костей приятен моим ушам, я бы слушал эту песню снова и снова. Именно из-за этого случая я начал ходить к психологам всё чаще, а в школу – реже. Меня боялись практически все, они желали упрятать меня в психбольницу, но это место кишит больными, а я здоров!

Дома меня ждала мать, она подошла ко мне и начала расспрашивать о сеансе. Я лишь засмеялся и ушёл в нашу с Лиамом комнату. Около месяца назад я перекрасил её в чёрный. Этот цвет настраивает меня на новые мысли, заполняющие мой разум, выводя меня на правильный путь.

Я достал из тайника нож, который сделал сам. Острее лезвия я ещё не видел, он может перерезать всё, что угодно. Я прячу его от чужих взглядов, никто не видел и не увидит мой шедевр. Нож настолько идеален, что я боюсь его потерять где-нибудь и не найти…

– Джонни! – меня позвала мать, она никогда не заходила в нашу комнату без разрешения.

– Сейчас!

Я спрятал кусочек счастья обратно и вышел за дверь. Мать смотрела на меня со слезами.

– Ты снова угрожал Лиаму? – тихо спросила она.

– Нет, это была правда, а не угроза. Научи его не ябедничать.

– Джонни, нельзя так говорить, нельзя! – она крикнула, а я закрыл уши. Звук такой чистый и громкий. Я ненавидел шум…

– Закрой рот! – крикнул я в ответ, мои эмоции бушевали, мне хотелось заткнуть её навсегда.

Мать стояла с открытым ртом, она боялась сказать и слово. На её глазах выступили слёзы, которые так раздражали меня. Я быстро зашёл в комнату, положил нож в рюкзак и вышел из неё.

– Ты куда? – спросил Лиам.

– Туда, где я буду счастлив эту половину дня! – ответил я и ушёл из дома.

Дождь лил как из ведра. Я почти сразу же промок до нитки, но мне было всё равно. Эмоции внутри меня кипели, мне нужно было выпустить пар. Почему я не могу заглушить боль? Моя чёрная душа страдает, но мне нет спасения. Такие, как я, не попадают в рай, они горят в аду.

В переулке я увидел проститутку, она как раз была за своей грязной работой. Мне стало интересно, и я незаметно подкрался к ней. Женщина выполняла свою обязанность, качественно обслуживая пьяного клиента. Запах алкоголя заполнил весь переулок, мне стало противно. Эти люди живут без принципов, они ничтожны. Женщина не ценит данную ей жизнь, а мужчина пользуется своим статусом и тяжело заработанными деньгами.

Я дождался, пока парень получит оплаченную услугу и уйдёт с глаз долой. Женщина начала считать деньги, она с ухмылкой смотрела на них, словно ничего драгоценнее на свете нет. Я вышел из тени и медленно подошёл к ней.

– Парниша, ты ещё мал, – засмеялась женщина, продолжая вертеть в руках деньги.

– Мне не нужен секс, я хочу прикоснуться к твоей шее, – я протянул ей все свои деньги, на что она закатила глаза, но взяла их.

– За деньги исполню любые твои прихоти, маленький извращенец, – улыбнулась она и оголила свою шею.

Я дотронулся до неё, она настолько горячая, что я чувствую, как пульсирует вена. Аккуратно достав нож одной рукой, я взглянул в глаза своей жертве. Она увидела что-то неладное и испугалась, но было уже поздно. Кровь потекла по её шее и окрасила одежду в красный. Женщина схватилась за горло и упала на землю. Я посмотрел на неё ещё раз, она заслужила смерть. Её жизнь разрушала этот мир, делая его развратным и мерзким, а теперь… Мне стало легче, больше нет той боли, того самобичевания. Вот в чём смысл моей жизнь, я должен очистить мир от грязи…

Читать фрагменты других книг