5
Еще до того как показалось зарево пожара и встречный ветер принес дым, я знал: мы опоздали.
Волшебство нельзя скрыть. И сейчас оно расходилось волнами – лодка качалась на них. Я смотрел на небо, на ясную звездную россыпь и видел, как нас сносит невидимое течение: с каждым мигом мы все дальше отклонялись от заданного пути. Отзвук чужой магии влек лодку, и я не мешал ей.
Я пытался понять, различить песню, оставшуюся в воздухе. Почти не удерживая весло и глядя в небо, я слушал, но отзвук был неуловим. В нем чувствовалась сила – холодная, как волшебство в моем стальном оружии, – и стремительная легкость, зовущая лодку ввысь. Было что-то еще, но я не мог соединить звуки, не мог повторить песню и не понимал ее.
Но другую нить силы я чувствовал ясно – она была знакомой, сумеречно-серой, и не пела, только еле слышно шелестела. Я знал этот шорох.
Он никогда не проникал в Рощу, но часто струился по улицам Атанга, пробирался во дворец и в казармы. И без труда можно было отличить тех, от кого он исходил, – каждый слышал о них, все их знали.
Никто в Роще не хотел говорить со мной про эту шелестящую пепельную магию, и только учитель сказал однажды: «Это не волшебство. Не называй это так».
– Мы опоздали, – сказал Джерри, глядя вперед, на багровое небо.
Я бросил весло, и лодка качнулась, потеряла путь, не знала, какой поток ей ловить. Я слышал, как скрипнули рычаги – Рилэн пытался удержать нас на плаву, – и поэтому крикнул:
– Вниз!
Он крикнул что-то в ответ, но послушался. Мы рухнули, как камень в воду, магия и ветер кругами понеслись прочь. Звезды вращались над нами, мелькали черные горы и озаренный пожаром горизонт, и на миг все заслонила тень. Она метнулась в вышине огромной птицей и скрылась, но я успел вновь ощутить шелестящий звон – он был сейчас горячим, как зола на углях, и мешал дышать.
Я рванул весло. Лодка вздрогнула, подбросила нас и зависла у самой земли. И пока она медленно опускалась, я закричал:
– Атанг! Мы из Атанга!
Киль коснулся земли, и лодка, все еще полная полетом, медленно накренилась, повалилась набок. Джерри рванулся наружу, но я успел схватить его за плечо.
– Не стреляй, – сказал я. – Это всадник, это не враги.
– Ты так уверен, – пробормотал Джерри.
Только сейчас я понял, что сжимаю оружие – не заметил, как выхватил его. Hе стоило встречать всадника с жезлом в руках, но холод стали придавал мне сил.
Джерри наклонился, нашарил что-то на дне, выругался и щелкнул зажигалкой. Огонь вспыхнул, погас до крохотной искры, а потом разгорелся вновь. Джерри подхватил лампу и выбрался из лодки.
Мы приземлились среди скал: дрожащий свет выхватывал острые грани, камни под ногами, одинокое дерево, его корни, крошащие землю.
– Могли разбиться, – сказал Рилэн.
Было тихо – лишь шорох ветра и треск огня за стеклом лампы. Но я знал, что всадник рядом, не было смысла прятаться или искать его в темноте. Я повернулся туда, где серый шелест слышался яснее, и повторил:
– Мы из Атанга. Нас прислал король.
Джерри поднял лампу, свет дрогнул, лег по-другому. Тени стали тоньше, распались, как порванная сеть, и навстречу нам шагнул человек.
Это был всадник, я не ошибся.
На его лице и одежде темнели пятна – то ли копоть, то ли грязь, – а огромные крылья топорщились, как нескладный плащ, деревянный каркас выпирал сквозь прорехи в ткани. Но шелест струился вокруг этих крыльев, обволакивал руки, держащие ружье. Невозможно ошибиться, это всадник.
Он был выше меня, но едва ли старше – больше я ничего не мог разобрать среди качающихся отблесков и теней.
– Королевская гвардия, – сказал он. Голос у него был такой же, как и лицо, – точно запятнанный гарью. – Вас прислали за мной?
– Если вот это устроил ты, – усмехнулся Джерри и указал на север.
Зарево там угасало – или его заслонили скалы.
– Нет! – горячо возразил всадник и шагнул вперед. – Я пытался остановить их!
Он все еще сжимал обеими руками ружье. Оно было похоже на игрушку, деревянное, стянутое полосами темного металла. Из такого оружия могли стрелять только всадники. В нем тек пепел, готовый в любой миг обратиться в пламя, – я слышал его голос.
«Не называй это волшебством», – сказал мне Зертилен. Но я не знал, как еще это назвать.
– Они прилетают каждую ночь, – продолжал всадник. – Издалека их лодка похожа на вашу. Но не вблизи, поэтому я не напал на вас.
– Кто они? – спросил я и тут же пожалел об этом.
Я должен был сначала спросить: «Кто ты?»
– Демоны, – ответил всадник.
Он подошел совсем близко, и Джерри посветил ему в лицо. Всадник зажмурился на миг, но тут же открыл глаза и продолжил:
– Во всех деревнях уверены – это ночные демоны. Им ничего не нужно, они хотят только разрушать. Я не знаю, откуда они прилетают, но сумел остановить их, дважды.
Его светлые глаза лихорадочно блестели, голос был неровным и быстрым – как у того, кто слишком часто курит синий дым или почти дошел до истощения и знает, что может не успеть договорить.
– Во всех деревнях уверены? – тихо повторил Рилэн. Он стоял, прислонившись к лодке, и в его словах было эхо песни полета. – Ты всех здесь знаешь? А нам про тебя никто не сказал.
– Вот именно, – подхватил Джерри. – Кто ты такой?
Я хотел вмешаться, но не успел, всадник ответил почти мгновенно:
– Меня зовут Тилиниэн Эрил Амари.
– Как? – переспросил Джерри. – Не запомнить же, повтори.
Я засмеялся.
– Тин, – сказал всадник. – Можно звать так.
Мы теряли время. Еще можно было отыскать врагов, догнать их.
– Полетишь с нами, – сказал я. – Залезай в лодку.
Всадник отступил, шелестящая сила вокруг него стала жарче, но тише – я чувствовал: он готов снова исчезнуть, превратиться в тень.
– Мне нельзя появляться там, где бывают всадники, – сказал он. Его слова торопились, догоняли и кромсали друг друга. – Я нарушил устав, я изгнанник.
Я не знал их устава. Он был тайной, как и не-волшебство, дававшее всадникам силу.
Но в чем бы ни провинился этот человек, он дважды остановил врагов.
– На границе всадников нет, – сказал я. – Ты нигде их тут не встретишь. Полетели.
– Вот именно, – кивнул Джерри. – Тут и солдат нормальных почти нет. – Он махнул рукой и добавил: – Я Джерри. Это Рилэн. – Рилэн отсалютовал и запрыгнул в лодку, склонился к рычагам управления. – Это…
– Я узнал, – прервал его всадник. – Это Эли, гвардеец из Рощи.
Я поморщился. Я королевский волшебник, а не гвардеец из Рощи – но спорить об этом было глупо.
– Залезай в лодку, – повторил я, и на этот раз всадник послушался.