Глава 6
Чувствовала я себя странно. Будто немного выпила, но при этом мышление работало остро и четко как никогда. Только вот контролировать речь становилось все труднее – язык так норовил сболтнуть лишнее.
– Говорите смелее, как есть, – подбодрил меня де Бельгард. Я вздохнула и понизила голос. Хоть на это остатков моего благоразумия хватило. Стоит троице услышать, что именно я о них думаю – мне конец.
– Беленький – агрессивный идиот. Такие быстро заканчивают в темной подворотне с ножом в печени от обиженного брата или мужа какой-то из обесчещенных им пассий, – четко выдала я характеристику. – Брюнет довольно умён и честен, но подчинён идиоту, поэтому судьба его незавидна. А этот – себе на уме. Подобные ему даже нож в спину сами не всадят, но отойдут в сторону и полюбуются, как это сделает кто-то еще.
– Вы же в курсе, что говорите о моем кузене и его друзьях, которые еще и неслабые маги? – с лукавой улыбкой уточнил де Бельгард, а у меня в груди похолодело.
Совсем я расслабилась. Не думаю, кому говорю и что. И вообще, что-то со мной творится непонятное. Никогда в жизни не была так откровенна с посторонними. Может, маг на меня как-то влияет?
– Простите меня, ваше магичество, – я поспешно присела в реверансе, невзначай выдергивая свой локоть из цепкого захвата. В голове тут же слегка прояснилось, а ужас удвоился: что же я натворила? – Сама я девушка простая, не местная, леплю что ни попадя.
– Да нет, вы как раз говорите очень занимательные вещи, – склонив голову набок, маг продолжал меня изучать с вниманием ученого-исследователя, а я чувствовала, как по спине ледяным ручейком стекает пот. – Я даже рад, что немного подтолкнул вас к откровенности. Нечасто женщина обладает таким поразительным аналитическим складом ума.
Подтолкнул… так вот оно что! А я-то дура, расслабилась, разоткровенничалась. А на меня тут воздействие идет на полную мощность! Что там Камень Истины! Верховный маг – это опасность пострашнее. Поджарит не руку, но сразу мозг.
Я отшагнула назад, инстинктивно увеличивая между нами расстояние. Де Бельгард снова сократил его, придвинувшись вплотную. Позади меня по-прежнему находилась стена, отступать мне больше было некуда – я и так уперлась в нее лопатками и затылком до боли.
– Вы крепкий орешек, мадемуазель Лили. Мне пришлось применить четвертую ступень, хотя обычно достаточно девятой. Так что вряд ли кто-то, кроме меня, сможет повторить этот опыт – можете быть спокойны.
Спокойна? Да я в истерике! Этот… этот маг копался в моей голове, как в своем сундуке, вытаскивая на поверхность эмоции и мысли, заставляя откровенничать с совершенно посторонним, к тому же смертельно опасным человеком! Да за то, что я наговорила только что, меня не только колесуют и четвертуют – специальную мучительную казнь придумают и в мою честь назовут!
– Не переживайте так. Мысли я не читаю, не умею, – хмыкнул маг, оценив мое окаменевшее от бешенства лицо. – А доверять маленьким лгуньям просто так, без доказательств, не имею обыкновения. Зато теперь… могу вам сказать откровенно: вы меня заинтриговали. Кто вы такая, мадемуазель Лили? И что забыли среди цветочниц? С вашим уровнем сопротивляемости магии вам место в жандармерии. Или в гильдии наемников.
– Они берут женщин на работу? – ляпнула я не иначе от неожиданности. Де Бельгард усмехнулся, потревожив дыханием тонкие волоски на моей щеке, выбившиеся из-под практически дезертировавшего чепца.
– В жандармерию не берут, а в гильдию – еще как. Если хотите, я замолвлю за вас словечко, – шепнул он мне в самое ухо, и по моей шее побежали непрошеные мурашки. Кыш, предательницы! Я поспешно замотала головой, невзначай зацепив нос мага чепцом. Хоть на что-то он сгодился. Де Бельгард сморщился и отодвинулся от сероватой старой ткани – а заодно и меня – подальше.
– Не надо, спасибо. Мне и цветочницей хорошо, – добавила я для ясности. Не думаю, что Клеменс после сегодняшнего пассажа выпустит меня на улицу в ближайшее время, но в гильдии наемников точно делать нечего. Могу представить, какие задания могут давать там женщинам. Совратить, соблазнить, украсть. Спасибо, я лучше цветочки буду в букетики сворачивать.
– Как хотите, – к моему облегчению, маг выпрямился, отстранился от меня и повернулся к ученикам. – Портал открывать не буду, сами понимаете, так что ножками. Вперед!
Повинуясь его команде, троица понуро побрела на выход. Де Бельгард у самой двери задержался, смерил меня еще раз непонятным взглядом, кивнул каким-то своим мыслям и вышел.
Я немного постояла, приводя в порядок дыхание. Что-то у меня с сердцем и легкими не в порядке: там колет, здесь зажало… Неужели простая близость к мужчине на меня так повлияла?
К красивому, властному, наглому и беспринципному мужчине.
Да, пожалуй, мурашки были правы, когда разбежались. Нужно и мне последовать их примеру: уйти отсюда поскорее и никогда, ни при каких обстоятельствах больше с Верховным магом не пересекаться.
Подышав и поправив чепец, я осторожно выглянула в коридор. Никого. Перебежками добралась до лестницы и, осторожно перевесившись через балюстраду, глянула вниз. Все жандармы занимались своими делами: болтали, спорили и разбирались с задержанными. В основном кулаками.
Приняв непринуждённый вид, я спустилась вниз и, не сбавляя шага, направилась к двери. Никто ко мне не повернулся, только пара особо бдительных проводила безразличным взглядом, каким одаривают ползущего по потолку таракана: вреда никакого – главное, чтобы в суп не свалился.
Благополучно переступив порог и отойдя на квартал от жандармерии, я присела на корточки у сточной канавы, благо та была пуста и суха. Ноги меня не держали.
Только что меня миновало сразу несколько смертей. В переулке, в зале жандармерии и после – если бы состоялся суд, меня бы никто не помиловал. Мне страшно, безумно, дико повезло, что у Верховного мага обнаружилось извращенное чувство юмора и он меня использовал как воспитательное пособие для своих оболтусов. Вздумайся ему воспитывать не их, а общество – болталась бы я уже на виселице, чтоб другим неповадно было на магов руки распускать.
Или головой на колу сидела бы?
Не думать об этом, а то стошнит. Подавив горький ком, вставший в горле, и загнав его поглубже, я встала и побрела по переулкам практически наугад.
Дом Клеменс я нашла с трудом. Город при свете дня выглядел совершенно по-другому, нежели ночью, в дождь, а сейчас, в сумерках, и вовсе предстал в каком-то третьем варианте, и отыскать в лабиринте улиц нужную, учитывая, что подходить и спрашивать направление у мужчин я остерегалась, а женщины от меня шарахались сами, оказалось довольно сложно. Так что к моменту, когда я постучалась в знакомую калитку, практически стемнело.
– Лили, деточка, ты в порядке? Живая! – выдохнула Клеменс, стискивая меня в неожиданных и тёплых объятиях. Я обвила ее руками в ответ, чувствуя, как пережитый ужас постепенно покидает тело. Конечно, маги и их забавы никуда не делись, но хотя бы в пределах уютного домика на окраине столицы можно было сделать вид, что все в порядке.
– Вроде живая, – неловко пошутила я, осторожно высвобождаясь и поправляя на плечах Клеменс шерстяную шаль.
– Девочки домой идти не хотели, еле выпроводила. Софи такие страсти рассказала, мы не знали, что и думать. Из-за нее правда маги подрались? – сверкая от любопытства глазами, оживившись в предвкушении свежих пикантных сплетен, хозяйка даже помолодела. Спохватившись, что мы так и стоим на пороге, она за руку потащила меня в дом и сразу на кухню, к очагу.
Только оказавшись у огня и заметив, как от одежды повалил клубами пар, я поняла, до какой степени продрогла. Клеменс всплеснула руками и, потребовав, чтобы я немедленно раздевалась, убежала за сменной одеждой.
Кого стесняться-то? Окна в кухне под потолком, дверь закрыта. Недолго думая, я быстро избавилась от мокрых тряпок. Даже шнуровка поддалась без проблем, чувствуя мое настроение. Попробовала бы заартачиться, я бы просто надрезала ее и все. Не до сантиментов в моем состоянии.
Хозяйка вернулась, сгрузила аккуратно сложенную безразмерную рубашку и стопку одеял на стул рядом со мной, поставила на огонь котелок с водой, для чая, и вытащила с полки накрытое тканой салфеткой блюдо, на котором оставались еще два сиротливых пирожка с капустой.
– Девочки тебе оставили, – кивнула она, пока я, клацая зубами, переодевалась и заворачивалась в слои шерстяной ткани. Благодарно кивнув, я устроилась за столом и вгрызлась в пирожок. Со всеми происшествиями я пропустила не только обед, но и ужин, и молодой организм настоятельно требовал своего.
В замысловатый травяной сбор, который Клеменс охарактеризовала как «противопростудный», она щедрой рукой долила чуть ли не полчашки мёда. Для пущего эффекта. Глотнув приторной обжигающей жидкости, я залюбовалась игрой пламени в очаге. Все что угодно, только бы не смотреть в глаза хозяйке.
Она меня приютила, а я, получается, ей одни проблемы приношу. Как бы и до нее маги не добрались. Чисто из вредности.
– Ну, рассказывай, – подбодрила меня она. – Как так получилось, что ты полезла спасать Софи от магов? Я ведь не дура, понимаю, что из-за этой глупышки никто драться бы не стал, она бы всех осчастливила по очереди с большим удовольствием. А вот ты у нас со странностями.
– Да, я сама себе удивляюсь иногда, – призналась я, все еще глядя в огонь. – И вы правы, я полезла за нее заступаться. Нас арестовали и только чудом выпустили. Верховный маг оказался вменяемый мужик, с чувством юмора. Странноватым, правда, но хоть каким-то – уже хорошо.
Клеменс побледнела, сравнявшись цветом со своей рубашкой.
– Верховный маг? Вы наткнулись на самого де Бельгарда? – едва слышно пробормотала она. Я помотала головой.
– Его ученики наткнулись на Софи. А он нас вытащил из жандармерии.
Откинувшись на спинку стула, хозяйка замахала себе в лицо подолом передника.
– Уморишь ты меня, – пропыхтела она, отойдя немного от новостей. Я виновато потупилась в чашку и отпила еще отвара, пока тот не остыл. Меня все еще знобило, и тепло, прокатывающееся по горлу, было совершенно не лишним.
– Скажите, а маги владеют внушением? – мне все еще не верилось, что человека можно вот так запросто заставить выложить все свои мысли. Под выпивкой или наркотиком каким – еще понимаю, но я ничего не пила и не ела с завтрака, тем более в компании Верховного. – Я там, кажется, наговорила… всякого.
– Да что они только не могут, – отмахнулась Клеменс. – И думы все потаенные вытаскивают, и ложь чуют, и дождик могут вызвать с градом, и убить молнией. Только все от силы зависит. Верховный – он самый одаренный, другого такого ни в одном королевстве нету. Ты не смотри, что молодой он, такую должность при короле за знакомства не дают.
Она говорила с такой гордостью, будто достоинства де Бельгарда – ее личная заслуга, плод давней садовой селекции. Ну, патриотизм, наверное, в какой-то степени – у нас маги самые магические, завидуйте все.
Поджав ноги и уткнувшись подбородком в колени, я прихлебывала горячий отвар и думала.
Маг рассуждал о «каких-то там цветочницах», противопоставляя их даже простым горожанкам, будто мы не цветами торговали, а телом. Презренное племя, никому не нужное. Странно вообще-то. Девочки из кожи вон лезут, целыми днями на ногах, в любую погоду, неужели они не заслуживают немного уважения? Тем более, кажется, торговля – дело вполне пристойное. Не для благородных, конечно: им презренный металл считать зазорно, они только тратить должны уметь и распоряжаться. Но уж точно купцы по положению стоят выше простых ремесленников.
– Я не понимаю, почему девочки вообще торгуют на улице. Неужели мы не можем все скинуться и открыть лавку? Хоть бы и здесь? Помещение подходящее, распахнуть пошире ворота… – натолкнувшись на серьезный, испытующий взгляд Клеменс, я резко закрыла рот, но было уже поздно.
– Откуда ты, что не знаешь элементарных вещей? – строго поинтересовалась она. Я пожала под одеялами плечами – ответить мне было нечего. – Совсем, наверное, глухая деревня была. Или отдаленное поместье.
Да, учитывая, что я по легенде горничная – удаленная от столицы резиденция вполне подходила, объясняя пробелы в моей приспособленности к жизни. Барышню одеть, барышню раздеть, прореху зашить – это все понятно, а выживать в городских лабиринтах меня не учили.
– Чтобы открыть лавку, ее нужно сначала зарегистрировать в реестре торговых пунктов, – загибая пальцы, деловито начала перечислять бюрократические шаги Клеменс. Кажется, я наступила, того не зная, на больную мозоль. Этот вопрос женщиной явно был изучен вдоль и поперёк. – Для того, чтобы заявление приняли, у тебя должна быть рекомендация от твоей гильдии. А у нас ее нет.
– От гильдии торговцев? – звучало знакомо. Что-то я о подобных организациях слышала. – Ну так нужно попросить и все. Пусть дадут ту рекомендацию. Или дорого очень?
Клеменс, не скрываясь, фыркнула, потом не выдержала и расхохоталась.
– Ты такая наивная, милая. Кто же нас возьмёт в гильдию?
– Так мы в ней не состоим? А как тогда торгуем? – удивилась я. Хозяйка пожала плечами.
– Да так же, как девицы в веселых домах – телом. Все знают, чем они зарабатывают, а поди докажи. Так и с цветочницами. А в гильдию нас не берут, потому что товар несерьезный и заработать с него так, чтобы приносить главе существенный доход, мы не можем. Один взнос за вступление – пять ливров. Мы не потянем, даже если все вместе скинемся.
– Так можно в другие гильдии вступить. Ремесленников, например. Или земледельцев, – предлагала я варианты, и на каждый хозяйка с сожалением качала головой. Пытались, пробовали, стучались в закрытые двери. С нынешней системы продаж цветов доход и правда невелик – пока довозят до города, пока рассортируют, пока завернут бутоньерки, да и раскупают далеко не все, а девочкам еще их долю выделить – самой Клеменс вряд ли достаётся много барыша.
– А за открытие гильдии какой взнос? – я подобралась на стуле, даже ноги спустила на пол, не замечая леденящего ступни холода камней.
– В каком смысле? – удивилась хозяйка. Ей такой вариант, похоже, и в голову не приходил.
– Если мы откроем гильдию цветочниц. Отдельную, свою. Во что это нам обойдется? – терпеливо повторила я. Тему такую, конечно, на ночь глядя в полупростуженном состоянии обсуждать не стоит, но уж очень я загорелась идеей. В частности, очень хотелось утереть нос неким магам, которые цветочниц и за людей-то не считают.
– Не знаю, – растерянно пробормотала хозяйка. – Новые гильдии давно не открывались. Надо уточнить.
– Вы уточните, – ласковой крокодилицей улыбнулась я. – Очень уж любопытно.
Мысленно я уже потирала руки. Если гильдии давно не открывали, то и взнос, скорее всего, не менялся. Надеюсь, он не совсем уж неподъемный. Даже в таком случае, если объединить усилия всех цветочниц, – а по Ровенсу, не говоря уже обо всей остальной стране, их разбросано немало, и если они все скинутся по одному су, насобираем несколько ливров минимум – то создать собственную гильдию становится не такой уж утопичной задачей.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.