В поиске…

© Иван Миронов, 2018

ISBN 978-5-4493-7953-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Об авторе

Родился 21.07.1984 г. в Ленинграде. В 2001 г. в Самаре окончил школу №6 им. Ломоносова, физико-математический класс. В 2006 г. получил высшее экономическое образование в Самарском государственном экономическом университете по специальности «экономист». По окончании института строил карьеру в банковской системе, где и работает по настоящее время. В феврале 2015 г. переехал в Москву.

Литературным творчеством начал заниматься с первого курса университета. Первые стихи были опубликованы в университетской газете «Экономист». На протяжении учебы, помимо стихотворений, было написано порядка тридцати песен. В июле 2006 г. выступал на творческом вечере, посвященном памяти В. С. Высоцкого. В январе 2018 г. подал заявку на соискание национальной литературной премии «Поэт года» за 2017 г.

Литературные достижения:

– Номинант национальной литературной премии «Поэт года» за 2017 г.;

– Номинант национальной литературной премии «Поэт года» за 2018 г.;

– Включен в ежегодное книжное издание «Антология русской поэзии» 2018 г.;

– Номинирован на национальную литературную премию «Наследие» 2019 г.

Подумай о Любви…

Любимая, подумай о Любви…
Не надо о моей, не надо о своей,
А о Любви, свободной от предмета,
Свободной от закатов и рассвета.
Любви, в которой нет вины,
Витиеватых происков Судьбы,
Любви, в которой нет привозов,
Награды нет и нет запросов,
Нет судей, рабства и имен,
Нет координат и нет времен,
Уничижений тоже нет,
И Мрак укутается в Свет.
Все так легко и абсолютно в ней,
Прошу подумай и поверь!..

Посвящение Поэтам

В онемевших руках
Безответное слово поэта,
На уставших плечах
Пляшет время унылого дня,
Кровоточит апрель —
Сердце бьется израненной птицей,
И в закрытую дверь
Ты стучишь, разбивая ладонь.

Тебе нет тридцати,
Но уже ты оставил надежды,
Ты стоял и курил
У слепого, немого окна,
Твой березовый дом
Все не выйдет никак из запоя,
И который уж год
Ни друзей, ни знакомых в нем нет.

Все вокруг тишина
Со своим непонятным знаменьем,
И чьего-то письма
Ветерок разметает куски,
На отшибе стоит
Твоего неумытого племени
Дом, в котором хрипит
Избиенная наша Страна.

«Я знаю, где-то есть места…»

Я знаю, где-то есть места,
Где имена значенья не имеют,
Я знаю, где-то есть сердца,
Что нас прощают без предубеждений.

Я знаю, где-то есть места,
Где сны, как явь, и слово откровенно,
Я знаю, где-то есть звезда,
Что взгляды озаряет совершенством.

Там слиты воедино голоса,
И скалы песням не помеха,
Главенствуют там свежие ветра,
У птиц расправленные крылья.

Я знаю, где-то есть места,
Где все задумчиво в апреле,
В июле там всегда гроза,
А в октябре мечтательные ели.

Авва Отче I

Я умираю по причине,
Я умираю за вопросы,
Туман не в моде, грусть не в чине,
Пропахли дымом жизни косы,
И ноги босы,
А белы ль росы?

Уже не в теме, уже не в силе,
Уже не в силах искать ответы,
И странен дух в уставшем теле,
Дающий мне ли, свои ль советы?
Что птицы пели
В пустынной келье?..

Едва ль понадобится лемма,
Углы, окружность, координаты,
Есть только бесконечность – время,
В котором расставляют даты,
Все просто очень —
Авва Отче!

«Я о стихах, а вы о прозе…»

Я о стихах, а вы о прозе,
Я невпопад, вы как-то в такт,
Я о раздумье, вы о позе,
Я о сомненье, вы про факт.

Я говорил, а вы молчали,
Я замолчал, вы пели песнь,
Когда вы в дверь ко мне стучали,
Я не открыл – мне было лень.

Я в нищете, а вы на бале,
В надеждах я, а вы устали,
Лицо открыто, вы в вуали,
Я встал с колен, а вы упали.

Кого-то целуем еще!

Нелепые позы,
Печаль напрокат,
Осенние дрожжи,
Весенний плакат.
Уснуть иль проснуться?
Мгновенье продлить,
Назад обернуться,
Былое испить?
А быть может, простить?

Вечность расплела
Косы торжества,
Там, где ты жила,
Храм без божества.
Где разговор, развлекая умы,
Плюется через плечо,
Где раздражают улыбки и дни,
О чем-то мечтаем еще!

Помятые шторы,
Скупой календарь,
Озябшие воры,
Разбитый фонарь.
Уйти иль остаться?
Споткнуться – упасть?
С молчаньем встречаться,
На гуще гадать,
Завести ли тетрадь?

Скопление людей —
Скорее, пустота,
Средь множества идей
Найдется ли одна?
Где письма читают, ржавея от строк,
Плюются через плечо,
Где взгляды петляют, где ложь на порог,
Кого-то целуем ещё!

«Согласилось с тобою молчание…»

Согласилось с тобою молчание,
Пуст разговор и слова уж не те.
Как приятно в безмолвье отчаянье,
Как приятно молчать в суете.

Все молчит, и только дыхание,
Раздражает бесшумный покой.
Неужели судьбы воздыхание
Примиряет тебя же с собой?

Познавание – странная штука,
Узнаванье еще веселей:
Ты познал, что познал – прибаутка,
Ты узнал – пошел вон из дверей.

Не печалься – молчанье укроет
Безрассудство и мрачность идей.
Рано ль, поздно ль, оно успокоит
Разночтивость безумных страстей.

Молчаливо качаются шторы,
Молчаливо листал календарь,
Молчаливо проносятся годы,
Молчалива, к встречающим, даль.

«Как хочется порою стать живым…»

Как хочется порою стать живым,
Быть в суете, держаться за простое,
Ежесекундно верить, что любим,
Идти вперед и не винить былое.

Как хочется порою стать и быть
Листом осенним в непогоду,
Иль кораблем бумажным плыть,
Иль поутру брести по воду.

Как хочется порою стать немым,
Болезненным, немного равнодушным,
Казаться, но не быть слепым,
Быть радостным, одновременно скучным.

Зачем же стать, когда ты есть,
Так просто все – без сожалений,
Потерь не много, но не счесть
От тех потерь предубеждений.

Хотеть быть странным, но не факт,
Что странности дают отличье,
Все уж придумано, все в такт,
Восторг, безумство, безразличье.

Разнообразность бытия —
Сродни банальности и только,
Не счесть оттенков жития,
Но их и в смерти ровно столько.

«Посмотри, что стало со мной…»

Посмотри, что стало со мной
За годы твоего молчанья,
Одиночество блуждает под дождем
С бесконечностью пытливого страданья.
Подытожить не способен я
Свою мысль в безумном содержании,
Мои чувства – мрачная толпа,
Утопающая в собственном терзании,
Я нахожу в безмолвии Твоем
Свой Ад в движении пустом…

«На беду, на строку…»

На беду, на строку,
Взяв аккорд и вину
И по нотам разбив тишину, —
Не сойти бы с ума,
Но картавит душа,
От находок – потеря одна.

На судьбу по глотку,
Все теперь на виду,
Поневоле мы пьем суету —
Не сойти бы с ума,
Но квартира пуста,
От печалей насмешка одна.

За ногою нога,
Куда все – туда я,
И глупее придумать нельзя.
Не сойти бы с ума,
Но я пьян и с утра
Буду молча стоять у окна.

«Исчерпано самопознанье…»

Исчерпано самопознанье
В давно изведанных стихах,
И междустрочное признанье
Не останавливает взгляд.
Твой ум жестокий и пытливый,
Пренебрежителен к творцам,
Нет, не находит вдохновенья
Он в стройных думах и словах.
Ничто не ранит, не встревожит
Его застывший, серый взгляд,
И будет он всегда прохожим
Для муз, живущих в небесах.

Телесное дело

Надоело мне до смерти тело,
Все подряд оно ест и потеет,
Ночью слюни пускает умело,
А на утро частенько болеет.

Вывожу иногда на прогулку
Свое тело, уставшее жутко,
Но признаюсь вам, все это в шутку,
Его тонус достал, на минутку.

Раз в неделю хотя бы для тела
Нужны ванна, мочалка и гели,
До чего же вы все надоели,
Мойдодыры и мыльные феи.

О душе нет и время подумать,
Все внимание требует тело,
Нам желательно что-то придумать,
Ограничить Телесное дело…

Распутная тоска

Его распутная тоска
Сидела молча у окна,
О чем-то думала слегка,
Меняла позу иногда.

Его безумная тоска
Когда-то правильной была,
Теперь не видит ни рожна,
Залила водкою глаза.

Где зарождается мечта,
Где разливается весна,
Где слышно трели соловья,
Там повстречать его нельзя.
В него распутная тоска
Теперь вцепилась навсегда,
И незнакомая беда
Лишает сна, лишает сна,
И стонет чистая Душа.

Получит он в награду ад,
С его тоскою черти спят,
Он пропадает в кабаках
С бездарной песней на устах.

С рассудком трезвым на ножах,
С шалавой грузной в кренделях
Он увядает на глазах,
Своей тоски покорный раб.

Где зарождается мечта,
Где разливается весна,
Где слышно трели соловья,
Там повстречать его нельзя.
В него распутная тоска
Теперь вцепилась навсегда,
И незнакомая беда
Лишает сна, лишает сна,
И стонет чистая Душа.

Толпу невзрачных букв

Сырыми стали вечера,
И встречи как-то потускнели,
На утро в комнате ветра,
Стакан воды и плач свирели.

Как долго длился разговор,
Дым сигарет прилег на плечи,
Молчанье все же приговор,
Над головой нависли речи.

Карманы, полные тревог,
Ты, как деньгами, соришь ими
И, за чужой шагнув порог,
Ты забываешь свое имя.

Толпу невзрачных букв
Ты в строки собираешь,
И рифмы странный стук
Ты к мукам принимаешь,
Но стих о чем, не знаешь.

Осколки памятного сна
И бесконечность причитаний,
Твоя, чужая ли вина,
Но жаль, что много оправданий.
Как долго кружится листок
Перед падением на землю,
Нажат не вовремя курок,
И не узнать круженья цену.

Безумство, кажется, теперь
Места всему определяет,
И лишь полуденная тень
Без цели день обременяет.

Толпу невзрачных букв
Ты в строки собираешь,
И рифмы странный стук
Ты к мукам принимаешь,
И стих о чем был, знаешь.

«В заброшенном саду…»

В заброшенном саду
Ты гостьей была,
У тишины в плену,
Задумчива, одна.

Присутствием своим
Ты призраков смущала,
Бесстрашием своим
Ты их околдовала.

Ты отпускала то,
О чем мечтать не смеем,
Свободно и легко,
Без слез и сожалений.

Ты думала тогда
О новом воплощенье,
И новые дела
Свои бросали тени.

В заброшенном саду
Печалятся рябины,
Уйдешь ты поутру,
Тебя проводят ивы.

Дорога пред тобой,
Ты на нее ступаешь,
И сад скрывает боль,
Которую не знаешь.

Уж много лет прошло
Со встречи той случайной,
Сровняли сад с землей,
И ты уж далеко.

В заброшенном саду
Ты как-то раз гостила,
У тишины в плену
Ты жизнь опередила.

Как хочется…

Как хочется порой, чтоб чувства омертвели,
Чтобы рассудок низость мог принять,
Чтоб до смерти все судьбы надоели,
Чтобы у памяти всю памятность отнять.

Как хочется, когда увидишь город,
Его всю сюжетийность оправдать,
И невзначай, в том жизненности повод,
Со смертью идеалов уравнять.

Как хочется души немой убытки
С грехом и святостью отождествлять
И не избегнуть глупости попытки
Цинизм как истину принять.

Как хочется, но все-таки дороже
Ребенком жизнь свою прожить,
Не думать, что продать дороже,
И вместе с тем печаль испить.

Как пошутил один поэт

Когда трагедия скучна
И ум за разум, смерть – не новость,
Ты начинаешь, но с конца,
Читать непонятую повесть.

В ней нет сюжета, нет интриг,
В ней все обыкновенно сложно,
Написана была в час пик
Наверняка неосторожно.

Прохлада или жар в душе —
Значенье этого ничтожно,
Прочтенье в грубой тишине
Скорее истинно, чем ложно.

Есть слово – буквосочетание,
Что предложение? Фрагмент.
И жизнь – одно воспоминанье,
Как пошутил один поэт.