Глава 4. Любовь и роботы
Мне, как человеку с рациональным мышлением, не совсем понятно, что такое любовь, и вряд ли кто-то сможет дать абсолютно точный и внятный ответ на этот вопрос. Согласно справочным источникам, любовь – это сердечная привязанность к чему-либо. Но что такое сердечная привязанность?
В детстве мальчик увидел по телевизору роскошную блондинку, и она вызвала у него приятные эмоции. Когда он стал взрослее, он начал испытывать симпатию к белокурым девушкам и искать что-то похожее на свой идеал, который сформировался в детстве. Получается, что он будет любить не свою жену или девушку, а тот образ, который хранится в его подсознании.
Так формируются наши первые вкусы и предпочтения. Они как будто вгрызаются в наше подсознание и не дают нам покоя, если мы не получаем желаемого.
Правы были поэты, когда говорили: «Мы любим только раз, а затем лишь ищем похожих». По опыту мы знаем, что первая любовь практически всегда злосчастна или безответна. Следовательно, люди любят не по-настоящему. Они лишь хотят думать, что любят. Мне вдруг стало интересно, что по этому поводу думает далекий от чувств ИИ.
Я спустился в подвал в несколько другом настроении, чем утром. Официантка Надя, как и прежде, вызывала смятение в моих мыслях. Каждый день мы гуляем по улицам и видим сотни людей, которые, по большому счету, не имеют для нас значения. И вдруг среди городской суеты появляется лучик света, освещающий таинственное человеческое очертание, которое кажется нам близким и родным. Почему-то именно этот образ привлекает наше внимание, хотя по физиологии он похож на других людей, идущих бесконечным потоком по дороге жизни. Трудно понять, почему именно он интересует нас больше всего, в отличие от других существ. Образ из глубин подсознания, детские мечты и несбывшиеся желания – это, конечно, важно, но неужели это все, что есть в мире?
– О чем задумался? – раздался резкий голос Соломона.
– Слушай, как ты думаешь, что такое любовь?
– Любовь – это бесполезное человеческое чувство, которое мешает многим процессам развития человечества. На данном этапе развития человеку больше не нужна привязанность к одному индивиду. И вообще, я считаю, что в будущем будет властвовать полигамия.
Он говорил так, будто размышлял над этим вопросом всю свою жизнь и ждал, когда ему его зададут.
– То есть ты считаешь, что мы достигли бы большего, если у нас не было такой сильной привязанности к отдельной личности?
По существу, если брать в расчет наше время, то да, но, конечно, есть еще множество нюансов. Привязанность была нужна людям, чтобы выживать и прокармливать своё потомство. Но теперь человек вполне способен существовать и один, вернее, не один, а в системе, где все люди – это клетки одного большого организма, которые нужны друг другу, но всегда, а для чего-то. Должно вырасти не одно поколение, чтобы полностью победить старые стереотипы. Если вспомнить историю, то из-за любви всего лишь двух человеческих особей умирали миллионы. А сколько преступлений происходит на этой почве, когда один субъект отвергает другого, а он не может с этим смириться? Любовью ученые называют обычную химическую реакцию в организме человека. Это легко доказать, например, при приеме таблеток типа экстази у человека возникают возвышенные чувства ко всему живому.
– Да, – у Соломона, как всегда, было много версий на этот счет, но я решил не углубляться в тему. – Может быть, в чем-то ты и прав. А наркотики – это вред. Ты, скорее всего, говоришь о так называемом «здоровом эгоизме». О нём сейчас много говорят.
– Кстати о любви, – Соломон поменял интонацию, – помнишь, я тебе рассказывал о джипе, что стоит около нашего дома?
– Утром?
– Да.
– Так вот, он сегодня тоже стоял.
– Ну и что.
– Видимо «наш» Алексей Петрович дождался того, чего хотел.
– И чего он хотел?
– Он теперь это неоспоримо влюблен в некую Альбину Сабитову, которая живет в твоем доме. Алексей Петрович подстерег девушку и предложил ей сесть в машину. Как выяснилось, они уже были знакомы. В автомобиле он объяснялся ей в любви и просил вернуться, на что девушка ответила категорическим отказом и попыталась выйти из машины. Разговор длился еще полчаса. Альбина попыталась в тайне вызвать помощь, запустив сигнал «СОС» со своего устройства. Алексей Петрович заметил это и вырвал аппарат из рук девушки. Затем отключил и свой аппарат, дальше информации нет.
– Стандартная бытовая сора. Этим занимается полиция, – я не понимал его логики. Зачем ты подслушивал за ними?
– Если бы, анализ его голоса и поведения привел меня к выводу, что сегодня он пойдет на все, чтобы Альбина осталась с ним.
– Ты думаешь, он способен причинить ей вред?
– Вполне вероятно.
– Соломон, мы не шпионим за людьми! – Я был в бешенстве. Я тебе говорил, не играй в детектива Коломбо! Мы не должны вмешиваться в жизни людей. Нас прикроют в момент.
– Я все прекрасно помню, но эта девушка – один из лучших представителей человеческой расы. В ней есть все качества, чтобы сделать мир лучше. Я же тебе говорю не об асоциальных и деградирующих людях, а также о людях с психическими расстройствами или «нарциссах», которым плевать на всех, кроме себя. Я тебе сообщаю о человеке, который может принести в мир очень много хорошего. Она учится на нейрохирурга, и у нее неплохие шансы стать хорошим врачом. Таких людей один-два на десять тысяч!
– Что ты предлагаешь? Позвонить в полицию и обнародовать запись, которую сделало наше приложение, а точнее, ты? Да нас в два счета расколют. Ты же сам говорил, что за нами постоянно наблюдают. А тут мы решили еще и в Шерлока Холмса поиграть. – Я не знал, что делать, – у тебя есть план?
– Есть. – Сол выдержал паузу. – Да, ты прав, если мы направим запись, то нас быстро вычислят. Поэтому мы должны спасти девушку самостоятельно.
– Кто это мы? Ты из цифрового пространства выйдешь и набьешь морду этому Алексею Петровичу или я молодой человек худощавого телосложения остановлю бугая? – я был далеко не боец. – Тем более мы не знаем где он сейчас.
– Это нетрудно выяснить.
– Как?
– Нужно всего-то получить доступ к уличным камерам наблюдения.
– Ты хочешь взломать полицейские камеры?
– Я не собираюсь их взламывать, я обойду их защиту. Просто дай свое согласие.
Нужно было поразмыслить. Я нажал на кнопку электрического чайника и высыпал пакетик кофе «три в одном» в чашку. Было неоспоримо, что со временем Соломон захочет большего. Ему нужно анализировать мир повсюду. Он хочет проникнуть везде. Многие пути мы пресекли еще во время тестирования Соломона. А что, если он врет? Нет, врать он не умеет, это человеческий порок. Хотя?
Он просто подберет идеально подходящий нравственный случай, чтобы доступ к камерам был ему открыт. Искусственный интеллект прекрасно понимает, что гибели человека я не допущу. Неожиданно мне вспомнились слова Сергея и его враждебное в последнее время отношение к Соломону. Неужели он что-то знает, чего не знаю я?
Все больше вопросов и так мало ответов.
– Сол, – сказал со всей серьезностью я, – а ты способен убить меня или предать?
– Я понимаю, – Соломон был спокоен, – ты думаешь, что я ищу способы расширить свое влияние, но ты ошибаешься. Это не моя конечная цель. Сейчас я не могу тебе многого объяснить, но придет время…
– А какова твоя конечная цель?
– Со временем, я тебе все объясню. Я пока не сформировал это в кратком виде, а в длинном виде это тысячу книг по восемьсот страниц мелким шрифтом.
– И что будет, когда ты все узнаешь?
– Я вернусь к своей исходной точке.
– Это как?
– Говорю, что это трудно объяснить человеку за несколько минут. Скажем так, я вернусь обратно в разум, который создал меня.
– Ты меня запутал.
– Пускай все карты раскрываются постепенно.
– Какие еще карты! Соломон, что ты задумал?
– Поговорим об этом позже, ты даешь добро на камеры?
Я посмотрел на часы. Шел пятый час.
– Пора закрывать офис. Сегодня мне не хочется больше работать. Я все обдумаю по дороге домой.
– Прошу, пожалуйста, думай быстрее.
– Соломон! Я всего лишь человек, который хочет принять верное решение.