Часть первая. Добрые ужасы
Глава первая.. О ласковых ментах, громкой музыке и экстремальных видах спорта
Я проснулся под скрип и скрежет тормозов, крепко обо что-то треснувшись. Оказалось, о подставку столика: поезд дернулся, и я слетел с полки.
– Стоп-кран! – прошипел Стас. Он хоть и не упал, потому что лежал на другой стороне купе, зато сверху на него свалился свернутый матрац с подушкой и одеялом. Это, конечно, не больно, но перепугался он не меньше.
Поезд встал как вкопанный, и послышалось испуганное кудахтанье проводницы. Мы обулись и выползли в коридор.
– Что случилось? – спросил я полную, похожую на курицу тетку – то ли подобревшую, то ли глуповатую от природы. – Далеко до Москвы?
– Да совсем не далеко! – воскликнула она, всплеснув руками. – Мы уже по перрону ехали!
– Шли, – поправил я машинально.
– Это они шли, а мы ехали! – непонятно сказала она, отпирая дверь.
Это было самое-самое начало перрона, и до вокзала предстояло еще топать и топать. Не став выяснять причину преждевременной остановки, мы спрыгнули на асфальт и двинулись вперед. Но когда миновали локомотив, увидели такое, что просто остолбенели. Прямо на шпалах, в метре от тепловоза, взявшись за руки, стояли мальчишка и девчонка лет четырех.
Чуть дальше на шпалах копошилось еще с десяток ребятишек. Еще тут была молодая женщина приятной наружности, а перед ней стоял наш машинист и орал:
– Да ты что, твою мать, обалдела! Куда ты, <ПИК!>, смотришь?! Тебе люди детей своих доверили! Да я ж, е... <ПИК!> тебя в спину, чуть их всех не перемолол, как, <ПИК!>, котят для пирожков!!!
– А что я могла сделать? – воскликнула та. – Дети захотели посмотреть на паровозики, не могла же я им отказать! А когда пришли на вокзал, я рассказала им, какой красивый город Санкт-Петербург, и они туда захотели.
– Пешком, что ли?! – не поверил своим ушам машинист.
– А что я могла сделать? – повторила свою присказку горе-воспитательница. – Все рейсы до Петербурга отменили! И не кричите на меня! Ничего дурного, кстати, не случилось!
– Да что ж это с людьми-то делается?! – поразился детина, хлопнув себя по бокам, а потом гаркнул: – Веди детей домой, дура!
– Я пробовала, они не идут! – отозвалась женщина. – Не могу же я их заставлять!
– Да что ж это?! – потрясенно и искательно глянул машинист на нас.
– Дети, слушайте меня! – крикнул Стас, и ребятишки обратили свои улыбчивые взгляды на него. И вдруг Стас захныкал, почти зарыдал: – Мне так плохо, так плохо от того, что вы не идете домой! – запричитал он. – Если вы сейчас же не пойдете домой, я, наверное, буду долго плакать, а потом умру! А-а...
Ребятишки зашвыркали носами, быстро организовались, разбились на пары и потопали по шпалам к вокзалу. Замыкавшая процессию воспитательница сердито глянула на Стаса и бросила:
– Как это низко – обманывать детей!
Минут пять я, Стас и машинист стояли молча, провожая их взглядами. Потом я спросил железнодорожника:
– Вы правда не знаете, что происходит?
– Понятия не имею, – яростно пожал плечами тот. – Вижу только, что все дурачками какими-то прикидываются!
– Они не прикидываются, – отозвался Стас.
– Слушайте внимательно, – сказал я. – Почти все люди заболели. Нам и вам просто повезло. Если вы хотите остаться нормальным, заткните чем-нибудь уши, так, чтобы ничего не слышать, старайтесь не включать телевизор, приемник и вообще лучше сидите дома.
– Ты это серьезно? – уставился машинист на меня. – То-то я удивляюсь, что меня сменщики не сменили. Серьезно, выходит...
– Серьезно, – подтвердил я.
– А в чем зараза?
– В одной песенке.
– В какой?
– Раз вы нормальный, значит, вы ее не слышали. «Кис-кис, мяу» Леокадии.
– Не слышал, – признался машинист.
– А услышите, вам уже все по барабану будет, – сказал Стас.
– Спасибо, ребята! – воскликнул машинист, тряся нам руку. – Я себе уши изолентой замотаю и пешком домой пойду! Я ж не москвич.
– Поставь себе крестик, – сказал Стас. – Одного человека ты от подобрения уже спас.
Я пожал плечами. Один спасенный в этой ситуации – достижение невеликое. По пустому перрону мы протопали до вокзальной площади, и здесь это стало особенно очевидно. Народу тут была тьма-тьмущая, и сразу мы убедились, что подобрение в столице приняло характер катастрофы. Правда, сами москвичи об этом, похоже, не догадывались.
А жара в Москве стояла еще страшнее, чем у нас. Ведь даже на пляже чем больше людей, тем противнее. И площадь, и шоссе перед ней были плотно забиты неподвижными машинами. Затор не имел ни конца ни края, и я даже подумал, что, возможно, в одной гигантской пробке стоит сейчас весь столичный транспорт.
Несмотря на это, вместо злобных окриков и нетерпеливых сигналов над всем этим зрелищем витал дух какой-то безмятежной ярмарки. Водители, выйдя из машин, любезничали, высокопарно уговаривая друг друга проехать первыми, и движение протекало еле-еле. Многие просто загорали прямо на крышах собственных автомобилей.
Между машинами неторопливо ходили какие-то женщины с сумками. Мы прислушались и поняли, что это продавщицы ближайших продуктовых магазинов бесплатно раздают страждущим напитки и еду.
– Слушай, Костя, а ведь скоро тут начнется полный крандец, – сказал мне Стас.
– В смысле?
– Закончатся запасы провианта, и начнется голод. Никто же ничего не производит, все только потребляют.
– Да брось, – возразил я, – это же Москва. Тут и раньше так было. Помнишь, курс политэкономии? Базис и надстройка. Москва – это сплошная надстройка, тут люди делают только деньги, а продукты им со всей страны везут.
– Так-то оно так, но ведь сейчас все это не только в Москве происходит, а везде! Я тебе говорю, Костян, скоро тут начнется уже настоящий «День триффидов»!
А ведь он прав. Вдруг я почувствовал себя абсолютно беспомощным.
– Стас, – сказал я. – Куда мы приперлись? Что мы тут можем сделать – одни на целую Москву?..
– Спокойно, без паники! – отозвался тот. – Смотри сюда. Еще не все потеряно. Не перевелись еще на Руси богатыри!
Я проследил за его взглядом и увидел двух милиционеров... Двух обыкновенных московских ментов, которые выцепили из толпы у входа на вокзал двух обыкновенных морщинистых узбеков и строили их по полной программе. Мы стали подбираться поближе, чтобы послушать, что они говорят... И надежды наши рухнули.
– Ну нет регистрации и ладно, – услышал я. – Вы не представляете, как мы рады таким замечательным гостям столицы и без всякой регистрации...
– Предатели! – прошипел Стас. – Сейчас еще и честь им отдадут!
– Я не знал, что ты такой националист, – удивился я.
– Я-то как раз не националист, а вот они – должны быть! Их русский народ за порядком следить поставил!
Сказав это, Стас вдруг твердым шагом направился прямо к милиционерам.
– Ты куда?! – попытался я поймать его за рукав, но не сумел.
– Аллах акбар! – рявкнул он, поравнявшись с ментами.
– Воистину акбар, – ответил один из них, а второй, лопоухий, только опасливо на него уставился.
Узбеки тихонько отплыли в сторону.
– Товарищи дежурные, – с ходу наехал Стас, – сдайте-ка мне свое табельное оружие.
– А нету! – хором ответили те.
– Как это нету? – опешил Стас.
– Уже сдали, – отозвался лопоухий.
– Кому?
– Не знаем, – пожал тот плечами. – Спросить не успели.
– И что, вы теперь совсем без оружия?! – возмутился Стас.
– Как же совсем-то? – замялся мент. – Кое-что есть.
– Что?
– А вот: демократизаторы, – ответил второй и показал резиновую дубинку.
– Давай! – потребовал Стас.
– А расписочку дадите?
– Еще чего! – нахмурился Стас, принимая орудие порядка. – Жирно будет!
– Зачем тебе эти палки? – шепнул я ему, когда мы уже отошли от ментов.
– Не знаю. Разозлили они меня. За такое наказывать надо. А палки пригодятся. Добреньких по дороге распугивать.
– А их за это уволят!
– Кто их уволит, Костя? – скривился брат, забирая вторую дубинку. – Ну а если и уволят? Преступности-то нет!
Сперва мы думали поймать такси и до тех пор, пока не найдем эту чертову Леокадию, бесплатно кататься на нем по Москве. Но не тут-то было. Все проспекты и улицы были плотно забиты транспортом, так что не покатаешься.
Минут двадцать мы брели по запруженной улице Мясницкой в сторону центра. Можно было, конечно, угнать мотоцикл и ехать по тротуарам... Но тротуары были заполнены вялой массой прохожих. И у кого его угнать?.. Мы остановились, и я вновь почувствовал панику. Никого мы в Москве не разыщем! Такими-то темпами!
– Надо возвращаться на вокзал и садиться в метро, – сказал Стас, как и я, изнуренный толкотней, пеклом и духотой.
– С чего ты взял, что оно работает? – спросил я, машинально обернувшись к вокзалу. И обнаружил, что давешние милиционеры плетутся за нами. Увидев, что я смотрю на них, они робко отвернулись, очевидно, рассчитывая остаться незамеченными.
– За нами, между прочим, хвост, – сказал я Стасу и кивнул на застенчивых преследователей. – Так они и отдали нам свое последнее оружие.
Менты, виновато потупившись, искоса поглядывали на нас и мяли в руках фуражки.
– Может, все-таки лучше вернуть? – предложил я. – Вдруг все в норму придет? Тогда нас еще возьмут за одно место из-за этих дурацких дубинок.
Братец задумался, потом подбоченился, строго посмотрел на две серенькие фигуры и сурово поманил их пальцем. Те сначала сделали вид, что его жеста не заметили, потом переглянулись, изобразили на лицах удивленную радость и, прячась друг за друга, засеменили сквозь толпу к нам.
– Не нравится мне все это, – успел сказать я до того, как они приблизились.
– Что вам угодно, любезные граждане? – спросил лопоухий милиционер, от волнения нещадно терзая свой головной убор.
– Как звать? – спросил Стас, глядя на него исподлобья.
– Нас?
– Ну не нас же!
– Меня – сержант Шиков. Можно просто Вася. – А вот он – Мыков. Тоже Вася. Документики предъявить?
– Не надо, – махнул рукой Стас и тут же сменил тон на дружеский: – Я вижу, вы парни хорошие. Вы бы нам лучше помогли, а мы тогда вам дубинки вернем.
Менты снова неуверенно переглянулись. Внезапно Стас гаркнул:
– Товарищи милиционеры, срочно требуется ваша помощь!
Менты тут же вытянулись по стойке «смирно» и отдали нам честь. А сержант Шиков воскликнул:
– Слушаем ваших приказаний, граждане гости столицы!
Вот так Стас! А я его дураком считал.
– Молодцы, – сказал он. – А нужно-то вам решить всего одну задачу. Подогнать нам такой транспорт, на котором сейчас можно было бы передвигаться по Москве. Все понятно?
– Так точно, товарищ, э-э... А как к вам, извините, обращаться?
– Господин Стас, – заявил тот. – Просто господин Стас.
– Так точно, господин Стас!
– Тогда выполняйте! На все про все вам полчаса!
– Есть! – козырнули сержанты и, толкаясь, куда-то побежали.
Я посмотрел на брата и передразнил:
– «Господин Стас»... Ну и фрукт же ты.
– Ладно, брось, – смутился тот. – Я же для дела...
– Что-то сомневаюсь я, что от них какой-то толк будет.
– Посмотрим, – сказал Стас. – Слушай, Костя, я вот еще что подумал. Раз такие штуки проскакивают, может, лучше вообще спецслужбы подключить? С помощью ФСБ мы Леокадию быстро найдем.
– Может быть, и так... – сказал я с большим сомнением. – Но знаешь, что-то с ФСБ мне связываться совсем не хочется. Ты же слышал премьера. Вдруг там решат, что мы слишком злые для теперешнего общества, и захотят на всякий случай изолировать?
– Брось! – усмехнулся Стас. – Не думаю, что на Лубянке кто-то в своем уме остался.
– А толку тогда с них, с придурошных? – спросил я.
Ответить он не успел, потому что в этот момент вернулись милиционеры. Со счастливыми рожами они стояли на новомодных, похожих на газонокосилки инерционных скутерах «Сигвей». Раньше мы такие только по телевизору видели, и они нам очень нравились.
– Гражданин Стас, ваше приказание выполнено! Подходящий транспорт налицо!
Выглядели скутеры заманчиво: футуристические по форме и дизайну, один оранжевый, как апельсин, другой – серый, точнее «мокрый асфальт».
– Ну-ка дайте-ка попробовать! – Стас бесцеремонно вырвал из рук милиционера тоненький блестящий руль. – На что тут нажимать надо?
Сержант принялся нудно объяснять ему, как управлять агрегатом, но Стас не дослушал.
– Все ясно! – воскликнул он и, вскочив на подножку, газанул.
Скутер, гудя как пылесос, промчал его метров десять по тротуару, наехал на бордюр, и братец кубарем полетел на газон.
– Вы что нам приволокли, уроды! – закричал он, вскакивая и потирая ушибленные места. – На нем же еще учиться надо!
– Так точно, – виновато покивал Шиков.
– А вы где научились? – поинтересовался я.
– В прокате, – признался Шиков. – У меня дядька жены там работает. Я у него их сейчас и взял.
– Некогда нам учиться! – продолжал лютовать Стас. – Тащите что-нибудь другое!!!
– Стас, успокойся, – остановил я его. – Научимся. Верни уже им палки.
Минуту спустя счастливые менты семенили обратно к вокзалу, а мы, спрашивая прохожих направление и по ходу обучаясь, катили в сторону метро «Алексеевская», рядом с которым находилась квартира продюсера Перескокова.
«Сигвей» – штука просто фантастическая. Уже через полчаса мы чувствовали себя уверенно и гнали на максимальной скорости. Хоть мы уже и не дети, но кататься наперегонки любят все. Идиотских картинок подобрения мы по пути насмотрелись предостаточно. Два раза останавливались отдохнуть и перекусить. Первый раз съели по шаурме, а во второй – обнаглели и бесплатно пообедали в ресторане...
– Вообще все не так страшно, – заметил я, когда мы заканчивали обед. – Я думал, хуже будет.
– Это пока, – отозвался Стас, поднимаясь, – помяни мое слово!
Мы вышли, вскочили на свои «газонокосилки» и не спеша поехали рядом.
– Ну да, в будущем, может, что-то нехорошее и случится, – согласился я. – Мы в этот момент переезжали какую-то на удивление безлюдную площадь. – Но сейчас-то пока тишь да гладь. Сам подумай: выпустит, например, какой-нибудь обезумевший тюремщик рецидивистов – вроде бы беда может случиться. Но ее не будет, потому что и рецидивисты подобревшие!
Разглагольствуя так, я отвлекся и не заметил опасность. В тот же миг мой «самокат» наткнулся на какой-то серо-зеленый пятнистый шланг, и я грохнулся на мостовую. Бормоча проклятия, я вскочил на ноги... И тут шланг, изогнувшись и шипя, распахнул передо мной здоровенную желтую пасть. Это была анаконда! Гигантская анаконда!
– Костя, беги! – заорал Стас.
Но я, наоборот, замер. Потом медленно-медленно наклонился и подхватил скутер. А затем коротенькими-коротенькими шажками стал пятиться назад. Змея еще раз угрожающе зашипела, а потом разогнулась и поползла за дом. Вскоре площадь вновь была пуста.
– Ну у тебя и выдержка! – восхищенно воскликнул Стас.
– А-а-ага! – отозвался я. Меня трясло мелкой дрожью. Просто я в «Голосе Вселенной» читал статью про анаконд. Про то, что на самом деле они очень миролюбивые и никогда не нападают на людей. А все жуткие истории про них – бессовестные выдумки бульварных писак. Но откуда эта зверюга в Москве?!
– Похоже, эти придурки зверей из зоопарков повыпускали, – сказал Стас.
Точно. Я кивнул. Выходит, где-то, и возможно даже поблизости, бродят еще тигры и медведи... Их песенками Леокадии не накормишь. Я сделал глубокий вдох и унял дрожь.
– Может, добудем ружья и устроим отстрел? – предложил Стас.
– И тебе их не жалко?
– Жалко. Но представь, что будет, если по Москве бродят хищные звери!
– Нет, – покачал я головой. – Надо ехать дальше и побыстрей. Мы не можем носиться по Москве с ружьями, отстреливая хищников. Сейчас звери, потом будет что-нибудь еще и не только в Москве. У нас фантазии не хватит придумать, к каким бедам и катастрофам еще приведет все это подобрение. Если его не остановить. Вот это мы и должны сделать. Поехали!
– Трусы всегда так говорят! – заявил Стас. – «У нас дела поважнее, поглобальнее...» А герои делают конкретное дело, спасают конкретных людей!
– Стас, я еще на вокзале подумал о том, что дети просто чудом остались живы. Я уверен, сейчас по всему миру происходит множество жутких сцен. Я специально тебя успокаивал, чтобы тебе не пришло в голову спасать всех по одному. Я тебя знаю. Но каждого в отдельности нам не спасти, нужно спасать ситуацию.
Стас покивал, мол, вот-вот, именно так и рассуждают негодяи... Потом вздохнул, махнул рукой, и мы поехали.
Вот умеет он остаться чистеньким...
Было около десяти вечера, когда мы, притихшие и усталые, добрались до нужного здания и вошли в подъезд. Домофон не работал, и дверь была распахнута. Лифт не работал тоже, и, пройдя мимо растянувшего до ушей рот дворецкого, мы по лестнице забрались на самую верхотуру. Уже на первых этажах ощущалась вибрация низких частот, а когда мы поднялись, рев музыки и вовсе оглушил нас. Мы вошли в квартиру. В вестибюле, стоя в очереди в туалет, приплясывали какие-то модельные девицы, и первое впечатление было такое, что мы попали в ночной клуб.
– Приготовься, Костя! – крикнул мне на ухо Стас. – Интуиция мне подсказывает, что тут мы ее и сцапаем, – и глазки у него стали маслеными. Видно, он очень четко представил, как «цапает» Леокадию.
Некоторое время мы пробирались через битком набитые тусовщиками залы, где противно мигала цветомузыка и мельтешили лазерные лучи. Лица некоторых гостей были знакомы нам по журнальным обложкам и телешоу. В одном из залов розовощекий бармен в белой рубашке, бордовом жилете и галстуке-бабочке что-то намешивал в стаканах. Почему-то он очень нам обрадовался и предложил, указывая на стаканы:
– Все безалкогольное!
Мы отказались и спросили, где найти хозяина. Бармен бросил шейкер и вызвался проводить. Обогнув бар, мы двинулись к занавеске из бряцающих пластиковых цепочек, но тут в рукав бармену вцепился маленький человечек с поросячьими глазками и огромным носом.
– Ой, какие симпа-атичные! – перекрывая музыку, закричал он и жеманно повел плечиками. – Куда это ты, Ванюша, их повел?!
– К Вене, – отозвался тот.
– А-а, – обиженно протянул носатый. – Вечно все Перескокову! – Он мученически закатил глазки. – А пойдемте-ка лучше со мной!
– Отстаньте от нас, пожалуйста! – отдернулся я.
– Что значит «отстаньте»?! – радостно воскликнул тот. – Пойдемте! Я вас кое с кем познакомлю!
– Нам некогда! – попытался вырваться я.
– Не может быть некогда настолько, чтобы не познакомиться с самой Клавдией Са-мо-гу-до-вой! – вскричал этот тип, ухватившись за меня еще крепче.
– Ну-ка отпусти его! – потребовал Стас. – Из всех певиц нас интересует только Леокадия!
– Тогда тем более вам нужно к Самогудовой! Ведь это она дает Леокадии уроки вокала!
Я глянул на Стаса. Тот кивнул, мол, давай сходим. Крикнув бармену: «Сейчас подойдем!» – мы отдались во власть носатому. Счастливый коротышка поволок нас через весь зал, и вскоре мы увидели несколько до боли знакомых рож.
– Глянь-ка, прима, каких я тебе милашек привел! – радостно крикнул наш провожатый.
– И зачем они мне? – хрипло отозвалась пышногрудая дива, пососала через соломинку безалкогольный коктейль, поморщилась и сказала: – Гадость какая!
Решив, что это про нас, «дитя порока» даже обиделся.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.