13. Любовь, смелость, современность
Однажды вечером, когда мы ужинали с Сибель в «Фойе», она подарила мне туалетную воду марки «Сплин», которую купила в Париже и флакон которой представлен в моем музее. Я совершенно не люблю духи, но следующим утром, лишь из любопытства, побрызгал немного на шею, и Фюсун в моих объятиях почувствовала этот запах.
– Тебе Сибель-ханым их подарила?
– Нет. Я сам купил.
– Чтобы нравиться Сибель-ханым?
– Нет, дорогая моя, чтобы нравиться тебе.
– Вы занимаетесь любовью с Сибель-ханым?
– Нет.
– Пожалуйста, не ври. – Влажное от пота лицо Фюсун погрустнело. – Я отнесусь к этому нормально. Ты ведь занимаешься с ней любовью, да? – Она пристально посмотрела мне в глаза, как мать, которая убеждает ребенка сказать правду.
– Нет.
– Поверь, ложью ты обидишь меня гораздо сильнее. Пожалуйста, признайся. Хорошо, а почему тогда между вами ничего нет?
– Мы с Сибель познакомились прошлым летом в Суадие, – начал рассказывать я, крепче обняв Фюсун. – Летом наш зимний дом в городе стоял пустой, и мы приезжали в Нишанташи. А осенью она уехала в Париж. Зимой я несколько раз наведывался к ней.
– На самолете?
– Да. В декабре Сибель окончила университет и вернулась из Франции, чтобы выйти за меня замуж, – продолжал я. – На этот раз мы встречались у нас на даче, в Суадие. Но зимой в доме стало так холодно, что никакого удовольствия мы не испытывали.
– В общем, вы решили сделать перерыв, пока не появится теплый дом.
– В начале марта, два месяца назад, мы опять поехали в Суадие. В доме было все так же холодно. Мы разожгли камин, и за несколько минут дом наполнился едким дымом, а мы поссорились. После этого Сибель еще простудилась и заболела. У нее поднялась температура, она неделю провела в постели. И мы решили больше не ездить туда.
– Кто из вас не захотел там бывать? – спросила Фюсун. – Она или ты? – Вместо нежного выражения – «пожалуйста, скажи правду» – в ее глазах появилась мольба: «Пожалуйста, соври и не расстраивай меня», словно собственное любопытство причиняло ей боль.
– Думаю, что Сибель считает, что если до свадьбы мы будем реже заниматься любовью, то я стану больше ценить помолвку, свадьбу и даже ее саму, – сказал я.
– Но ты говоришь, что у вас и раньше все было.
– Ты не понимаешь. Дело же не в первой близости.
– Да, не в первой, – согласилась Фюсун.
– Сибель показала, как она меня любит и как мне доверяет. – Я вспомнил ее слова. – Но мысль о том, чтобы заниматься любовью до замужества, ей неприятна… Я ее понимаю. Она долго училась в Европе, но не такая смелая и современная, как ты…
Воцарилось долгое молчание. Так как я много лет размышлял над значением этой немоты, то теперь, надеюсь, понимаю ее причины: я попытался сделать Фюсун комплимент, но у сказанного оказался и другой смысл. Получалось, что близость с Сибель до свадьбы я объяснял тем, что она любит меня и доверяет мне, а такой же поступок Фюсун – лишь ее смелостью и современностью. А из этого следовал вывод, что слова о том, какая она «смелая и современная», в которых я буду раскаиваться потом многие годы, означали, что я не испытываю перед Фюсун особой ответственности за происшедшее, да и привязанности тоже. Раз уж она такая современная, сближение с мужчиной до свадьбы или отсутствие девственности в первую брачную ночь для нее не составляет проблемы… Совсем как у европейских женщин или у тех легендарных дам, что прогуливаются в одиночестве по улицам Стамбула… А ведь я просто хотел сказать ей приятное.
Размышляя над причиной молчания, хотя, конечно, ничего сразу тогда не осознав, я засмотрелся на медленно качавшиеся от ветра ветви деревьев в саду. Мы часто лежали, обнявшись, в кровати, разговаривали и смотрели в окно на деревья, на соседние дома и на ворон, летавших с крыши на крышу.
– На самом деле никакая я не смелая и не современная, – тихо сказала Фюсун, нарушив безмолвие.
Я объяснил себе ее слова тем, что слишком уж тяжела для нее тема и что ей просто неловко, поэтому и не придал им значения.
– Женщина может безумно любить мужчину много лет, но совершенно не быть близка с ним… – осторожно прибавила Фюсун.
– Конечно, – поспешно согласился я.
Опять наступило молчание.
– То есть сейчас между вами ничего нет? А почему ты не приводил Сибель-ханым сюда?
– Нам в голову это не приходило. – Я и сам удивился, почему мы с Сибель не догадались встречаться в квартире матери. – Раньше я здесь занимался, читал, общался с друзьями, слушал музыку. Почему-то вспомнил об этой квартире из-за тебя.
– Верю, что тебе и в самом деле такое раньше не приходило на ум, – заметила внимательная Фюсун, которую трудно было провести. – Но в остальном, что ты рассказываешь, чувствуется ложь. Это так? Я хочу, чтобы ты никогда мне не врал. Я даже не верю в то, что у вас сейчас ничего нет. Раз нет, поклянись в этом. Пожалуйста.
– Клянусь, что мы с Сибель сейчас не занимаемся любовью, – улыбнулся я, обнимая Фюсун.
– Ну а когда вы собирались возобновить отношения? Летом, как только твои родители уедут в Суадие? Когда они уезжают? Скажи мне правду, и я больше никогда не буду ни о чем тебя спрашивать.
– Они уедут в Суадие после нашей помолвки, – пробормотал я смущенно.
– Ты мне сейчас хоть раз соврал?
– Нет.
– Подумай хорошенько.
Я сделал вид, что задумался. В это время Фюсун достала у меня из кармана водительские права и с любопытством вертела их в руках.
– Этхем-бей, – прочитала она. – У меня тоже есть молочное имя. Ладно. Ты подумал?
– Да, подумал. Я тебе ни разу не врал.
– Именно сейчас или в эти дни?
– Никогда… – сказал я. – Мы пока на той стадии, когда ложь не требуется.
– То есть?
Я пояснил, что наши отношения не ради выгоды или общего дела и, пусть мы скрываем их ото всех, друг к другу у нас искренние, чистые чувства и нам не нужно менять их на ложь.
– Уверена, ты мне соврал, – призналась Фюсун.
– Быстро же иссякло твое уважение ко мне!
– Признаться, я бы хотела, чтобы ты мне врал… Ведь обычно врут ради того, что больше всего на свете боятся потерять.
– Конечно, я вру ради тебя… Но тебе я не вру. Если хочешь, начну… Давай завтра опять встретимся. Хорошо?
– Хорошо! – согласилась Фюсун.
Я обнял ее изо всех сил и вдохнул запах ее кожи на шее. Всякий раз, когда я вдыхал этот запах – смесь ароматов морского воздуха и водорослей, жженого сахара и ванильного печенья, – меня наполняло чувство надежды и счастья, но часы, проведенные с Фюсун, ничего не меняли в ходе моей жизни. Наверное, так было потому, что это счастье и радость я воспринимал словно само собой разумеющееся.
И все же именно в те дни я впервые почувствовал появление в своей душе тех трещин и ран, от которых многие мужчины на всю жизнь обрекают себя на безнадежное, глубокое, черное одиночество. Отныне я каждый вечер перед сном доставал из холодильника бутылку ракы, наливал себе стаканчик и, глядя из окна на улицу, пил один. Окна моей спальни в квартире на верхнем этаже напротив мечети Тешвикие выходили на дома таких же семей, как наша, и с самого детства я любил сидеть у себя в темной комнате, смотреть на огни и испытывать от этого абсолютный покой.
Теми ночами, окунаясь в свечение ночного Нишанташи, я то и дело возвращался к мысли, что, если мне хочется вести ту прекрасную и счастливую жизнь со всеми привычными ее радостями, которая у меня была, не нужно влюбляться в Фюсун. Я смутно понимал, что для этого должен не придавать большого значения ее проблемам и историям, ее миру. После уроков математики и любовных утех на разговоры у нас оставалось совсем немного времени, так что добиться задуманного не составило бы труда. Торопливо одевшись после очередного нежного любовного соития и выходя из квартиры, я иногда уверял себя, что Фюсун тоже проявляет усилие, чтобы не придавать большого значения отношениям со мной.
Мне кажется, чтобы понять происходившее со мной, надо учитывать, какое громадное удовольствие получали мы в те слишком счастливые, невероятно сладостные мгновения, осознать, какое счастье переживали мы оба. Конечно, движущей силой моей истории было стремление растянуть любовные минуты, а также зависимость от наслаждения. Всякий раз, когда я, пытаясь понять причину моей многолетней привязанности к Фюсун, вспоминал те бесподобные мгновения, уходившие шлейфом в вечность, вместо логических мыслей оживали прекрасные сцены проведенных вместе часов. Красавица Фюсун сидит у меня на коленях, и я ласкаю языком ее большую левую грудь… Или же капли пота стекают с моего лба и подбородка на красивый затылок Фюсун, и я любуюсь ее прекрасной спиной и ягодицами… Или то, как она, вскрикнув от сладостной истомы, на мгновение открывает глаза… Или выражение, которое появляется на ее лице в самый приятный момент нашего соития…
Позднее я понял, что эти сцены не были причиной удовольствия и счастья, которое я испытывал, а лишь возбуждали мое сознание. Размышляя над тем, почему моя любовь к Фюсун столь сильна, я пытался воссоздать в воображении не только наши ласки, но и все, что нас окружало. Помню, как за окном на дерево взгромоздились две вороны, одна из них внезапно села на железную решетку балкона и уставилась на нас. Когда я был маленьким, к нам на перила усаживалась точно такая же ворона, и мама говорила мне: «Ну-ка, давай спи! А то ворона прилетела проверить, спишь ты или нет!» – и я испуганно прятался под одеяло. Фюсун рассказывала, что и к ней в детстве тоже прилетала ворона.
Иногда сама обстановка холодной и пыльной комнаты, иногда старые простыни и непритязательный вид наших бледных тел на них, иногда звуки извне – шум машин, грохот бесконечных стамбульских строек, крики уличных торговцев – возвращали нас к реальности, показывая, что наше любовное действо происходит не в мире грез. Бывало, мы слышали гудки парохода, доносившиеся до нас из Долмабахче или Бешикташа, и пытались угадать, что это за корабль. Но при каждой новой встрече мы предавались ласкам все искреннее и свободнее, и я понимал, что мое счастье вызвано не только таинством фантазий и весьма притягательным физическим процессом, но и любованием складочками, прыщиками, волосками, многочисленными родинками и всякими пятнышками на теле Фюсун.
Конец ознакомительного фрагмента
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.