АКТ I
СЦЕНА I. Падуя. Городская площадь
Входят ЛЮЧЕНЦИО и его слуга ТРАНИО
ЛЮЧЕНЦИО
О, Транио, так Падую увидеть,
Наук обитель, я стремился, что
В цветущую Ломбардию я прибыл,
Италии великой славный сад,
Снабжён отца наказом и любовью,
А также добрым обществом твоим,
Слуга мой верный, кто во всём надёжен,
Чтоб здесь нам задержаться и начать
Курс обученья и затей научных.
Я свет увидел в Пизе, что славна
Достойными людьми, средь них отец мой,
Купец, чей с целым миром оборот,
Винченцио из Бентивольи родом.
И сын, что во Флоренции взращён,
Обязан оправдать его надежды:
Богатство добрым делом увенчать:
И, значит, Транио, при обученье
Ту область философии возьму
За правило, что учит нас, что счастья
Дано лишь добродетелью достичь.
Что думаешь? Ведь я оставил Пизу
И прибыл в Падую, как от ручья
Ушёл к реке, чтоб глубже погрузиться
Или полнее жажду утолить.
ТРАНИО
Mi perdonato, добрый мой хозяин,
Как Вы, я озабочен этим всем
И рад, что остаётся в Вас решимость
Мёд сладкой философии вкусить.
Вот только бы, пока чтим добродетель
С наукой нравственной такой, не стать
Чурбаном бы иль стоиком, хозяин:
Попав под Аристотеля контроль,
Овидия не бросить, как изгоя.
По логике ведите с другом спор,
Риторику в беседах применяйте.
Поэзией и музыкой взбодрясь,
Из математики иль метафизик
Вкушайте, сколь позволит аппетит.
Что не по нраву Вам, в том нет и пользы.
Короче, изучайте, что милей.
ЛЮЧЕНЦИО
Спасибо, Транио. Совет полезный.
Вот будь Бьонделло наш на берегу,
Мы были б снять жильё уже готовы,
Где можно принимать друзей, кого
Со временем нам Падуя подарит.
Постой! Что за компания идёт?
ТРАНИО
Хозяин, так приветствует нас город.
Входят БАПТИСТА, КАТАРИНА, БЬЯНКА, ГРЕМИО и
ГОРТЕНЗИО. ЛЮЧЕНЦИО и ТРАНИО стоят в стороне.
БАПТИСТА
Впредь, господа, отстаньте от меня!
Ведь, знаете, я твёрд в своём решенье:
Дочь младшую не выдам замуж я,
Пока я мужа не найду для старшей.
Будь в Катарину, кто из вас, влюблён,
Я, зная и любя вас, разрешил бы
Вам с радостью ухаживать за ней.
ГРЕМИО
В сторону:
Её в обоз бы лучше, грубиянку!
– А вот! Гортензио, хочешь жену?
КАТАРИНА
Прошу, отец, ужель желаешь сделать
Меня приманкой этим женихам?
ГОРТЕНЗИО
Что, женихам!? Считаете, что Вашим?
Ну, разве что, Вы станете добрей.
КАТАРИНА
Поверьте, сэр, Вам нечего бояться.
Брак, даже, не на полпути к душе,
Хоть будь и так, всё ж было б мне заботой
Чесать Вам темя о трёх-ногу стул,
Раскрашивать Вам рожу, как шуту.
ГОРТЕНЗИО
От этаких чертей избави, Боже!
ГРЕМИО О, Боже, и меня!
ТРАНИО
Хозяин, тише! Вот нам и забава:
Безумна девка иль дурного нрава.
ЛЮЧЕНЦИО
В той, что молчит, как в рот воды набрав,
Я вижу трезвый ум и мягкий нрав.
Но тише, Транио!
ТРАНИО
Вот так слова! Мать Божья! Присмотритесь.
БАПТИСТА
Чтоб я скорей исполнил, господа,
То, что сказал, велю уйти я Бьянке.
Но, Бьянка, девочка моя, не плачь,
Ведь я тебя любить не стану меньше.
КАТАРИНА
Капризная овца! Знала б зачем,
Она б в свой глаз усердней ткнула пальцем.
БЬЯНКА
Моей досаде радуйся, сестра.
Отец, я покоряюсь Вашей воле:
Я книгами и музыкой займусь,
Что мне, одной, компанию заменят.
ЛЮЧЕНЦИО
Слышь, Транио! Минерва говорит!
ГОРТЕНЗИО
Синьор Баптиста, надо ль быть столь строгим?
Мне жаль, что из-за наших добрых чувств
У Бьянки горе.
ГРЕМИО
Так зачем её Вам
Из-за исчадья ада отстранять:
За злой язык сестры нести ей кару?
БАПТИСТА
Спокойно, господа: я так решил.
Ступай же, Бьянка.
Уходит БЬЯНКА
Я знаю, очень радуют её
Поэзия и музыка, и значит,
Хочу нанять в свой дом учителей
Для юных дев. Гортензио, Вы, если,
Иль, Гремио, Вы знаете таких,
Пришлите их сюда. К учёным людям
Я буду очень добр и щедр, чтоб дать
Хорошее образованье детям.
Прощайте! Катарина, здесь побудь.
Мне нужно разговор закончить с Бьянкой.
Уходит
КАТАРИНА
Да, думаю, и я могу уйти, не так ли?
Сколь будут мне ещё указывать на время!
Как будто мне не знать, кого убрать,
кому остаться? Ха!
Уходит
ГРЕМИО
Да к чёртовой ты бабушке иди: твои таланты хороши
настолько, что нет здесь никого тебя держать!
Любовь таких – не тот великий приз, Гортензио, за что
нам стоит биться. Но можем вместе время скоротать мы
и без неё: пирог нам с двух сторон прожарить не выходит.
До встречи! Всё же, из любви к прекрасной Бьянке, если мне
удастся подходящего учителя найти её любимых дел, то я
пришлю его к её отцу.
ГОРТЕНЗИО
Я, Гремио, так тоже поступлю: прошу одно лишь слово.
Хотя характер нашей схватки не предполагал переговоров,
но теперь, по размышленью, знайте, это нас касается
обоих, снова получить мы можем доступ к нашей госпоже
и стать счастливыми соперниками за любовь прекрасной
Бьянки, потрудившись и добившись цели в одном деле.
ГРЕМИО
Позвольте, что же это?
ГОРТЕНЗИО
Сэр, очевидно – мужа раздобыть её сестре.
ГРЕМИО
Что, мужа!? Дьявола!
ГОРТЕНЗИО: Сказал я: мужа.
ГРЕМИО
Я говорю, что дьявола! Ты думаешь, Гортензио, хотя её
отец весьма богат, найдётся, хоть один, мужчина, кто
настолько глуп, чтобы жениться на исчадье ада?
ГОРТЕНЗИО
Тьфу, Гремио! Хотя ни у тебя, ни у меня терпенья нет
сносить её горланящие вопли, но, дружище, есть на свете
терпеливей парни, кто, если их найти, её со всеми взяли бы
пороками за неплохие деньги.
ГРЕМИО
Я спорить не могу, но мне бы это было, как взять приданое
её с условием, чтоб каждым утром у позорного столба
быть поротым.
ГОРТЕНЗИО
Да, верно, как ты и сказал, из яблок с гнилью выбор невелик.
Давай же, раз преграда в правилах нас сделала друзьями, то
и дальше будем мы дружны, пока мы помогаем старшей
дочери Баптисты мужа отыскать, и не освободим дочь
младшую к замужеству, тогда и заново соперничать
начнём. Милая Бьянка! Счастлив тот, кто женится на ней.
Пусть, кто резвее, получает приз. Что скажешь, Гремио?
ГРЕМИО
Согласен я! И в Падуе отдал бы лучшего коня тому, кто за
другой ухаживать бы начал и на ней женился, ложе разделил
с ней, от неё избавил этот дом! Идём же!
Уходят ГРЕМИО и ГОРТЕНЗИО
ТРАНИО
Прошу, скажите, сэр, возможно ли,
Чтоб Вас любовь так резко охватила?
ЛЮЧЕНЦИО
О, Транио! Пока такое сам
Не испытал, не думал, что возможно.
Пока стоял и тихо наблюдал,
Обрёл любовь, что родилась в покое.
И ныне честно признаю́сь тебе,
Что мне в том столь же дорогая тайна,
Как Анне от царицы Карфагена.
Я, Транио, горю, томлюсь, погибну,
Коль юной, скромной девы не добьюсь.
Дай, Транио, совет, ты это можешь,
Я знаю, ты не против, помоги!
ТРАНИО
Хозяин, упрекать сейчас не время,
Упрёком не изгнать из сердца страсть.
Раз в плен взяла любовь, одно осталось:
«Redime te captum quam queas minimo.»
ЛЮЧЕНЦИО
Спасибо, парень, продолжай так дальше.
Меня утешит здравый твой совет.
ТРАНИО
Хозяин, Вы, разглядывая деву,
Возможно, не заметили всю суть.
ЛЮЧЕНЦИО
О да, в её лице я видел прелесть,
Какой дочь Агенора пред собой
Юпитера склонила на колени,
Кто берег Крита целовал в моленье.
ТРАНИО
И только? Не заметили сестру,
Кто руганью взвила такую бурю,
Что уши смертных вынесли едва?
ЛЮЧЕНЦИО
Её коралловые губы видел,
Её дыханья чуял аромат —
Всё было в ней священно и приятно.
ТРАНИО
Пора его из транса выводить!
Очнитесь, сэр: коль любите Вы деву,
Сообразите, как её добыть.
Вот дело в чём: с её сестрой строптивой,
Пока папаша с рук не сбудет ту,
Хозяин, быть в девицах Вашей милой:
Чтоб ей не досаждали женихи,
Её он хорошенько запер в доме.
ЛЮЧЕНЦИО
Ах, Транио, как к ней жесток отец!
Но, слышал ты, ему теперь заботой
Учителей искусных ей нанять?
ТРАНИО
Ну, как же, слышал: план уже придумал.
ЛЮЧЕНЦИО
И также я.
ТРАНИО
Хозяин, поручусь,
Что к одному пришли и наши мысли.
ЛЮЧЕНЦИО
Сначала ты скажи.
ТРАНИО
Наймётесь Вы
Учителем, давать уроки деве.
Вот план Ваш.
ЛЮЧЕНЦИО
Да. Но можно ль воплотить?
ТРАНИО
Нельзя. Кому ж Винченцио быть сыном,
Здесь, в Падуе, исполнить Вашу роль:
Вести Ваш дом, читать за Вас все книги,
Встречать родных и угощать друзей?
ЛЮЧЕНЦИО
Постой! Порадуйся! Я всё придумал.
Покуда здесь не знает нас никто,
Никак не отличить по нашим лицам
Слугу от господина: значит, что
Вместо меня ты будешь господином:
Дом содержать и слуг, и жить, как я.
Я ж буду неким неаполитанцем,
Флоренским иль пизанским бедняком.
Так, решено! Снимай свою одежду,
Возьми цветную шляпу и мой плащ.
Тебе слугой Бьонделло тоже будет,
Лишь придержать язык ему велю.
ТРАНИО
Да, это Вам необходимо сделать.
Что ж, сэр, пока такое в радость Вам,
Обязан Вам, и я, повиноваться.
Так на прощанье Ваш отец велел,
Сказал он мне: «Служи исправно сыну» —
Хоть, думаю, в том был иной намёк.
Доволен я, что быть мне за Люченцио,
Поскольку сильно я люблю Люченцио.
ЛЮЧЕНЦИО
Будь за меня, ведь и Люченцио любит.
Позволь рабом для милой стать, чей взгляд
Пленил моё, вдруг раненое, сердце,
А вот и плут!
Входит БЬОНДЕЛЛО
О, Боже, где ты был?
БЬОНДЕЛЛО
Где был я? Нет, как так? А где Вы сами?
Хозяин, мой приятель Транио украл одежду Вашу? Или Вы
украли у него? Иль то и это? Объясните, что случилось?
ЛЮЧЕНЦИО
Иди сюда. Сейчас шутить не время,
Так соответственно себя веди.
Приятель твой надел мою одежду,
Мой принял вид, чтоб жизнь мою спасти,
А я в его одежде, чтоб мне скрыться.
Сойдя на берег, парня я убил
В размолвке и боюсь меня узнают.
Велю тебе, служи ему, как мне,
Пока, спасая жизнь, уйду отсюда.
Ты понял?
БЬОНДЕЛЛО
Сэр!? Не понял ни фига!
ЛЮЧЕНЦИО
А ни фига – про Транио! Ни слова:
Наш Транио в Люченцио обращён.
БЬОНДЕЛЛО
Тем лучше для него: мне бы так было!
ТРАНИО
Желать бы смог, как я, чьи мысли чи́сты,
Хозяину дочь юную Баптисты.
Ради хозяина, тебе совет:
Не выдай никому его секрет.
Я Транио – тебе там, где одни мы,
В других местах – Люченцио, вестимо.
ЛЮЧЕНЦИО
Пойдём же, Транио: ещё одно осталось дело, должен ты
одним из этих женихов стать. Если спросишь ты, зачем,
то у меня достаточно весомые причины.
Уходят
Актёры наверху говорят
ПЕРВЫЙ СЛУГА
Милорд, клюёте носом Вы, не смотрите Вы пьесу.
ХИТРЫЙ
Клянусь Святой вам Анной, я смотрю. Хорошее,
бесспорно, дело. В пьесе будет что-нибудь ещё?
ПАЖ Милорд, да это лишь начало.
ХИТРЫЙ
Отрывок был, мадам жена, сработан превосходно.
Вот так бы до конца!
Они сидят и наблюдают