Девять жизней

«Невесомость, восторженно-легкий полет… и петух…»

Невесомость, восторженно-легкий полет… и петух…
Ускользаю в реальность, пытаясь за сон зацепиться
разделенным сознаньем – напрасно. На ощупь и слух
я будильник ловлю – и душу голосистую птицу.

Временн́ая петля. Это значит, что день обречен
стать таким, как вчерашний —
одним среди тысячи прочих.
Вдруг протиснулось в форточку солнце и, сев на плечо,
надавало мне жаркой ладошкой бодрящих пощечин.

С головою ныряю под мягкий спасительный плед:
я нахальному гостю ещё уступить не готова.
Но щекочет мне пятки тепло, заползая в просвет
между старым-привычным и чем-то томительно-новым.

Предвкушение чуда… Начну разбираться потом,
был ли это недуг, или, может, моё исцеленье.
А на кухне разлегся бессовестно-рыжим котом
мой непрошенный гость, обнимая креманку с вареньем.

Будут сборы недолгими. Взглядом окину жильё:
по углам – застарелых обид ослабевшие стяжки.
Всё, что важно – со мной, остальное быльём поросло.
Я шагну в этот день налегке и с душой нараспашку