15. Настоящее
Я жду, когда он придет. Он, мужчина. Никогда не угрожает, всегда молчалив и хладнокровен. Укутываюсь в плед и прислоняюсь к стене. Возможно, доброта окажется его слабостью.
Закрываю глаза и вспоминаю папу. О том, как солнце проникало в окно нашей крошечной кухни и падало на его плечи и руки, когда я завтракала. Помню запах папиного кофе, вижу истертую железную ложку, которой ела хлопья, слышу негромкое тиканье старых часов, что висели на стене у задней двери.
– Ты умница, Амели, – говорит папа.
Стараюсь рассмотреть его лицо, но там только тень.
Звук ключа, поворачивающегося в замке, возвращает меня в реальность. Тюремщик пришел. Спросит ли про ложку, заметит ли, что она пропала с подноса, который он принес вчера? Сажусь, роняя плед на матрас.
– Который сейчас час? – спрашиваю я, стараясь говорить негромко и дружелюбно.
Тюремщик молчит, и я чувствую движение воздуха, слышу звук – бах – это поднос опускают на пол, и скрежет – забирают вчерашний.
– Почему вы не разговариваете со мной? Вам Карл запретил?
Наступает тишина; я сижу, затаив дыхание. Он отреагировал на имя «Карл».
Я поднимаюсь, слегка покачиваюсь, двигаясь неуверенно в темноте, и чувствую, как он делает шаг назад. Спустя мгновение в замке поворачивается ключ. Тюремщик ушел.
Наклонившись, ощупываю половицы в поисках подноса. Нахожу миску, а рядом с ней – ложку. Он не заметил, что старая пропала. Улыбаюсь; похититель не догадывается, что играет по моим правилам. Наконец-то я могу хоть что-то контролировать.