Глава 2
3 года спустя
Тяжёлые свинцовые тучи скрывали небо, грозясь в любую минуту пролиться дождём. Истерзанный грозами и ветрами город уже долгое время не видел солнечных лучей. Пасмурные дни сменялись тёмными непроглядными ночами, погружая всё вокруг в тревожное ожидание. Оливия выскочила из спортзала, нервно потирая сбитые костяшки. Воровато оглянувшись, она убедилась, что всё внимание охотников направлено на оказание первой помощи пострадавшему, а значит, следовать за ней никто не собирается.
Она быстро пересекла плац перед административным корпусом, вжимая голову в плечи, готовая в любую минуту замереть от гневного окрика. Лишь преодолев КПП, она смогла расслабленно выдохнуть. Злость медленно отступила, возвращая холодный рассудок, и Оливия протяжно застонала, подставляя лицо навстречу освежающим порывам ветра вперемешку с редкими каплями дождя.
Чёртов Дэйв Мэтьюс! О чём она только думала, когда пару лет назад сдалась под натиском ухаживаний и всё-таки согласилась пойти с ним на свидание? Их роман продлился недолго, оставив на душе неприятный осадок и опыт, который ни за что бы не захотелось повторить. Избалованный вниманием девушек, Мэтьюс всеми силами пытался подчинить себе Оливию, умело дёргая за ниточки и манипулируя слабостями. Но стоило это понять, как всё волшебство рассеялось туманной дымкой. Вот только Дэйв не захотел принимать её решение о расставании, донимая и досаждая при любом удобном случае.
Тогда она едва пришла в себя после смерти Ульриха. Снова смогла улыбаться в ответ и не переспрашивать каждое слово из-за того, что пребывала в постоянной апатии. Нет, скорбь никуда не ушла. Даже спустя три года она всё так же напоминала о себе щемящей болью в груди, прорывалась наружу тихими всхлипами в подушку по ночам. Просто теперь Оливия умело это скрывала, позволяя себе дать волю чувствам лишь за закрытой дверью. Она не хотела больше замечать эти жалостливые взгляды, не хотела, чтобы кто-то видел её слабой. Но были моменты, когда одного только едкого напоминания об Ульрихе хватало, чтобы волна слепой ярости снесла всё на своём пути. И Дэйв сегодня наконец получил по заслугам.
Запнувшись о камень, Оливия подняла голову, но не сразу поняла, где находится, и задумчиво осмотрелась. Взгляд остановился на кованых ржавых воротах, и она тихо охнула, стараясь справиться с волнением.
Кладбище гильдии три века принимало в свои земли павших в бою охотников, простираясь на несколько километров. Оливия была здесь лишь однажды. День похорон Ульриха она помнила довольно смутно. Память услужливо вычеркнула болезненные моменты прощания с самым важным человеком в её жизни. Бесшумно ступая меж серых выщербленных надгробий, она подошла к могиле, располагавшейся чуть дальше от остальных. Ботинки утопали в мягкой влажной траве, кое-где виднелись лужи, а потому Оливия не рискнула присесть рядом с камнем. Рука скользнула по бездушному мрамору, смахнув налипший листок. За три года она так и не нашла в себе сил прийти сюда вновь, старательно избегая это место и пропуская годовщины смерти. Ей казалось, стоит только допустить мысль о том, что его больше нет, и мир рухнет заново, как в тот день, когда, стоя у ворот, она услышала три уничтоживших её слова.
Улль погиб, Лив.
Слеза обожгла щёку, и Оливия зажмурилась, до боли закусывая губу. Она обещала самой себе, что больше не будет плакать, но эмоции всё равно искали выход.
– Прости, что не приходила к тебе…
Сильный порыв ветра унёс с собой дрожащий шёпот, заставив Оливию поёжиться. Она подняла глаза к небу, пытаясь удержать подступающие рыдания.
– Ты был всем для меня, – на губах появилась невесёлая усмешка. – Всегда защищал и поддерживал…
Быстрым движением стерев предательскую влажную дорожку со щеки, она громко шмыгнула носом.
– Знаю, ты бы хотел, чтобы я жила дальше. И я правда стараюсь отпустить… – Опершись на надгробие, Оливия всё же присела на корточки и провела пальцами по строгой клинописи букв. – Но мне тебя очень не хватает, Улль.
Шум листвы постепенно затих, окутывая некрополь торжественным безмолвием. Боясь нарушить окружающее её трепетное спокойствие, Оливия осторожно вздохнула и поняла, что слёзы больше не душат. Осознание настигло внезапно и оглушило своей горечью – она осталась одна в этом мире.
– Мне тоже его не хватает. – Оливия дёрнулась от неожиданности, услышав голос рядом с собой, и замерла, не решаясь обернуться.
– Как ты меня нашёл? – глухо ответила она, безуспешно стараясь скрыть свою боль за равнодушием.
– Ребята видели, как ты шла в сторону кладбища. – Коди неловко переступил с ноги на ногу и едва заметно поморщился. Недавняя травма давала о себе знать в плохую погоду, но он всё равно держался уверенно. – Думал, ты не бываешь здесь.
После смерти Ульриха Оливия закрылась в себе, ограничив общение почти со всеми друзьями. За то время пока Коди был в лазарете, она ни разу не навестила его, и теперь непривычная тишина между этими двумя повисла в воздухе немым упрёком.
– Так и есть. Сегодня пришла первый раз, – холодно отозвалась Оливия, спрятав за вздохом раздражение от того, что даже в таком месте её не могут оставить в покое. – А ты зачем явился?
– Джефферсон тебя искал. Злой как черт. Что ты опять натворила?
– Понятия не имею. Разве ему нужен повод? – Оливия вопросительно вскинула брови, глядя на задумчивого Коди.
– В любом случае тебе стоит поторопиться. – Он отошёл в сторону, освобождая тропинку. И зачем-то добавил: – Вечером мы собираемся в город. Поедешь с нами?
– Смотря чем закончится этот разговор. – Она неопределённо пожала плечами и, коснувшись надгробия кончиками пальцев на прощание, быстро зашагала к воротам.
Пасмурная погода спрятала в себе наступившие сумерки. Оливия спокойно прошла КПП и направилась в сторону штаба. Но чем ближе она подходила к зданию, тем меньше смелости в ней оставалось. Остановившись на углу, она медленно выдохнула, стараясь унять волнение. Она чувствовала, что предстоящая встреча с майором Джефферсоном вряд ли ей понравится, а потому не решалась подойти к двери. Но та внезапно распахнулась, и от неожиданности Оливия прижалась спиной к стене.
– Я говорю тебе, Маркус, последнее время диких становится всё больше и больше, – услышала она голос капитана Джаспера Кларка. – За последние несколько лет их активность возросла. Даже после войны такого не было.
– Что ты предлагаешь?
– Нужно увеличить количество охотников на рейдах. Иначе нам не обойтись без жертв.
Оливия затаила дыхание, прислушиваясь к каждому слову.
– Просто началась весна, Джаспер, – усмехнулся майор. – Неужели ты боишься, что пара-тройка свихнувшихся от гона оборотней покалечит твоих парней?
– Я не шучу, Маркус. Мы должны усилить отряды, выходящие за стену.
Переговариваясь, охотники практически поравнялись с Оливией, отчего она медленно двинулась вдоль здания, стараясь не попасть в их поле зрения.
– Я понял тебя, подумаю над этим, – кивнул Маркус небрежно отдавшему честь капитану и, обернувшись, рявкнул: – Бейли, быстро ко мне!
Она дёрнулась и замерла, не в силах поверить, что он её всё-таки заметил. Но майор, не обращая внимания на застывшую охотницу, направился к входу в штаб. Тихо чертыхнувшись, она торопливо двинулась следом.
Отворив дверь кабинета, командующий не спешил начать разговор. Подошёл к окну, заложил руки за спину, и на минуту в помещении воцарилась тишина.
– Что произошло сегодня днём на тренировке? – не оборачиваясь, уточнил Джефферсон.
– Раз я здесь, очевидно, что вы уже в курсе. – Оливия переступила с ноги на ногу, с надеждой глядя на манящий стул, но предложения присесть не последовало, и она так и осталась стоять, чтобы не напрягать раскалённую обстановку.
– Хочу услышать твою версию, – резкий разворот, и на неё в упор уставились карие глаза.
– Всё как обычно, участвовала в спарринге.
– У Мэтьюса вывихнута ключица и сломан нос, тебя оттаскивали двое человек, и ты не реагировала на приказы остановиться, – медленно перечислял он, загибая пальцы.
Оливия опустила глаза, не зная, какой ответ дать командиру. Она облажалась. Не сдержалась, когда Дэйв в очередной раз высмеял её. Выместила весь свой гнев и отчаяние, прекрасно зная, что он не дал бы сдачи при людях, выставляя её полной психичкой, а после позорно сбежала, даже не поинтересовавшись, как дела у пострадавшего. Но её это мало волновало, ведь обидчивый засранец заслужил каждый удар.
– Что с тобой происходит последнее время? – выдохнул Маркус, присаживаясь на подоконник. – Это второй случай за полгода, если так и дальше пойдёт, то…
– Пустите меня в рейд, – воскликнула Оливия, перебив его.
– Мы это уже обсуждали, – Маркус сурово сдвинул брови. – Штат укомплектован, выпускать дополнительный отряд необходимости нет.
– Ну да, – саркастично протянула Оливия. – Я слышала разговор! Вам нужно усиление за стеной. Но даже в такой ситуации места для меня снова не нашлось!
– Сбавь тон, Бейли! – гаркнул майор, оттолкнулся от окна и в два шага оказался напротив неё. – Тебе и так многое сходит с рук, начиная с неподобающего поведения со старшими по званию, заканчивая избиениями других охотников. Сказать, за какие меньшие проступки я выкидывал отсюда людей?
– Обойдусь, сэр, – вскинув подбородок, она выдержала его тяжёлый взгляд.
– Это последний раз, когда я прощаю твои выходки, Оливия. – Маркус прошёл к столу, опустился в кресло и открыл ноутбук, всем своим видом показывая, что разговор закончен.
– Почему вы не даёте мне шанс показать себя? Я всю жизнь обучалась, старалась быть лучше, сдавала грёбаные нормативы, и ради чего? Думала, вы хотели, чтобы я стала охотником, а не прозябала в архиве! Мои родители…
– …мертвы. И я не хочу, чтобы третье имя на семейной могиле стало твоим, – тихо произнёс он, потирая переносицу.
Оливия фыркнула и бросилась вон из кабинета, едва удержавшись, чтобы не хлопнуть дверью.
– Осторожно, милая, Ульриха нет. Тебя больше некому защищать, – пробормотал Маркус, с грустью глядя ей вслед.
Когда восемнадцать лет назад капитан Джефферсон оставил в гильдии двух испуганных детишек, он и подумать не мог, насколько сильно эти проказники засядут в сердце. Только Ульрих и Оливия могли видеть, как вечно суровый командир улыбается, тайком подсовывая конфеты в маленькие ладошки. Как с гордостью смотрит из окна кабинета, замечая успехи в обучении. Но никто не знал, как несколько часов подряд он, запершись в комнате, оплакивал смерть Ульриха, дав себе слово любой ценой защитить Оливию от подобной участи.
– Детка, хватит киснуть! – На стол перед Оливией опустилась запотевшая бутылка, и девушка невесело усмехнулась, покачав головой. – Подумаешь, не взяли в рейд. У тебя их ещё столько будет.
– Сомневаюсь, – выдохнула она, обернувшись к подруге. – Ты бы слышала, как орал Джефферсон. Чувствую, меня скоро понизят за ненадобностью до гражданских.
– Чушь! – фыркнула Анна и сделала большой глоток пива. – Уф, как вода в песок.
Анна Кортес была, наверное, единственным человеком, кого Оливия могла бы назвать близким другом. Несмотря на то что охотница была старше на пять лет и уже имела звание лейтенанта, она всегда относилась к Оливии как к равной. Анна обладала довольно лёгким и весёлым нравом, помогала справиться с унынием, но в то же время чутко чувствовала, когда нужно оставить собеседника в покое и не досаждать советами. Правда, в последнее время она всё чаще проводила выходные в компании своего парня, но сегодняшний вечер стал редким исключением, и подруги снова смогли выбраться в город, как в старые добрые времена.
Проследив за тем, как быстро пустеет стакан Анны, Оливия хотела было последовать её примеру, но двери бара распахнулись, впуская сквозняк и толпу охотников в шипованных кожаных куртках. В небольшом полуподвальном помещении сразу же стало оживлённее, а взгляд девушки упал на высокого рыжего парня с нашивкой командующего на рукаве.
Охотник оглядел зал с видом триумфатора. Как только он заметил Оливию, на лице растянулась насмешливая ухмылка, а девушка тут же отвернулась и, прикрыв от досады глаза, выругалась под нос:
– Гадство!
Анна понимающе хмыкнула, пряча улыбку.
– Ну сейчас начнётся, – пробормотала она, наблюдая, как парни из первого отряда стекаются к их столу.
– О, все лузеры в сборе, – надменно воскликнул Джилрой Локей, со скрипом отодвинул стул, перевернул его спинкой к сидящим и, тут же перекинув ногу, устроился поудобнее. – Ну что, сколько диких вы сегодня упустили, пацифисты?
Эти слова были обращены к Коди, за выражением лица которого неотрывно следил Джилрой, явно намереваясь вывести его из себя.
Едва ли прошло полгода с тех пор, как тот совершил досадную ошибку в одном из рейдов. Патруль следовал обычным маршрутом, когда Коди заметил свежие следы, ведущие к скалам. Он решил, что, подстрелив дикого в одиночку, сможет выслужиться и получить место в первом отряде. О том, что нарушает устав, не поставив в известность остальных, Коди не думал. Он фанатично выслеживал зверя, уходя всё дальше от нахоженной тропы, и уже предвкушал хвалебные речи командующих.
Когда за деревьями мелькнула серая шерсть, он припустил вперёд, перепрыгивая небольшие валуны, но в последний момент оступился. Ступня скользнула в расселину между двух камней, и тело немедленно пронзила дикая боль от сломанной кости.
Повышения он так и не получил. На время реабилитации Коди перевели в запас и назначили помощником заведующего складами, несмотря на гневные выпады подполковника Локея и требования уволить нерадивого охотника из рядов гильдии за подобную халатность. На все насмешки или сочувствие сослуживцев Коди отвечал сухо, либо отмахивался, желая просто забыть о произошедшем, однако по осунувшемуся лицу было заметно, как сильно его гложет эта ситуация.
– Что ты тут делаешь, Рой? – он раздраженно дёрнул плечом, словно хотел сбросить с себя надоедливый взгляд лидера первого отряда. – Сегодня бар за нами.
– Но мы уже пришли. – Охотник выпятил нижнюю губу, делая наигранно расстроенное выражение лица. – И как быть? Может, вы свалите по доброте душевной?
– У нас договор, Локей, – не выдержала Оливия, грозно сверкнув глазами в его сторону. – Среда и пятница для нашего отряда.
– И? – лукаво улыбнулся Рой, наслаждаясь её растерянностью. – Пожалуешься бабушке, Красная Шапочка?
Оливия поморщилась, отгоняя неприятное воспоминание из детства. Стоило ей один раз показаться на улице в красной кепке, которая была больше ее головы на пару размеров, как Джилрой сразу придумал ей новое прозвище – Красная Шапочка. Не такое обидное, как все остальные, которые он часто бросал в сторону Оливии, но и этого хватило, чтобы больше никогда не надевать ту кепку на людях.
– Разве Джефферсон не посадил тебя под замок, как особо буйную?
– Дал шанс разбить ещё одну надменную рыжую морду, – прошипела Оливия.
– Осилишь? – в золотисто-карих глазах плескалась едкая насмешка, так часто выводившая её из себя. – Думал, твой максимум – перебирать бумажки в офисе и рыдать, получая отказ на участие в рейде.
Оливия резко встала и упёрлась руками в стол, от чего Локей заметно пошатнулся, а несколько бутылок со звоном опрокинулись, оставляя мокрые разводы на лакированной поверхности. Никто и не думал заступаться за неё. Их постоянные перепалки давно стали привычным делом, так что остальные предпочитали не вмешиваться, украдкой наблюдая за происходящим.
– По крайней мере, папочка не выбивал за меня звания, минуя общий отбор, – ехидно выплюнула Оливия под тихий свист охотников первого отряда, хотя прекрасно знала, что Рой никогда не пользовался положением отца и добивался всего самостоятельно, но задеть его хотелось любым способом.
– Конечно, у тебя же его нет, – лениво протянул он, сделав вид, что эти слова его не волнуют. – Но всегда можно найти альтернативу. Например, лечь под Торреса.
Рой сдержал смешок, когда Коди закашлялся, подавившись пивом, и, отмахнувшись от его негодующего взгляда, продолжил:
– Может, он в благодарность замолвит за тебя словечко.
– Что ты несёшь? – возмутился тот.
– Не делай вид, что отказался бы от такого предложения. Или уже получил аванс?
– Захлопнись, придурок! – рыкнула Оливия, чувствуя, как внутри всё закипает от гнева. – Твои провокации выглядят жалко.
– Тогда почему ты каждый раз на них ведёшься? – Рой вскинул брови, спокойно наблюдая, как она пытается пролезть между столом и его ногами.
– Пропусти! – прошипела Оливия, глядя сверху вниз на расслабленно сидящего парня.
– Захочешь – пройдёшь. – И он только ближе подвинул стул.
– Конечно пройду, – растянула губы в зловещей улыбке Оливия и, схватив со стола стакан с виски, выплеснула содержимое в лицо Рою.
Вскочив, он громко выругался, пытаясь стереть виски со лба и щёк. В это время Оливия ловко проскользнула мимо. Проводив её взглядом, Рой поправил куртку и процедил сквозь стиснутые зубы:
– Ну, ты сама напросилась, стерва.
Он нагнал её в коридоре, ведущем к уборным. В узком тёмном проходе двое человек едва ли могли разминуться, не задев друг друга плечами, так что Оливия оказалась в ловушке.
– Куда собралась? – Рой схватил её за локоть, вынуждая остановиться.
– Подальше от тебя, – буркнула она и толкнула дверь с неоновой вывеской «Ж» в надежде поскорее отделаться от парня, но тот, усмехнувшись, проследовал за ней.
– Не так быстро, малышка. Сначала ты извинишься.
С глухим стуком он впечатал её спиной в стену так, что Оливия тихо охнула. Грубая ладонь сдавила горло, мешая вздохнуть, но охотница не успела возмутиться, когда Рой накрыл её губы своими.
От неожиданности перехватило дыхание, а затем в нос ударил резкий запах алкоголя вперемешку с табаком и сладкой мятой. Она упёрлась руками в его грудь и с силой сжала зубы, отчего парень громко зашипел и отстранился.
– Играешь с огнём, Бейли, – едко протянул он, слизывая каплю крови с нижней губы.
– Скорее пытаюсь поджечь маленький фитилёк! – ухватившись за ворот куртки, Оливия притянула его к себе.
Яростные поцелуи, больше похожие на укусы, выбивали воздух из лёгких. Пальцы без стеснения блуждали по телу, забирались под одежду, сжимая и царапая кожу. Всё это никак не походило на встречу влюблённых, которые долго искали уединения. Небольшое пространство на пару кабинок и умывальник превратилось в боевую арену, где каждый участник спарринга готов был доказать противнику собственное превосходство.
Возбуждение разносилось по венам сотнями колючих искр. Ладони Роя оказались на ягодицах Оливии. В то же мгновение она запрыгнула ему на руки и, крепко обхватив торс ногами, прогнулась, стараясь оказаться ещё ближе.
– И кто тебя этому научил? – хмыкнул Рой, не переставая терзать её губы. – Неужели Мэтьюс?
– Пошёл в задницу, придурок! – бросила Оливия и заёрзала, стараясь вырваться из твёрдой хватки, но Локей не дал ей этого сделать, сильнее прижимая к прохладной стене.
– Ну, если ты приглашаешь…
Не обращая внимания на возмущённое шипение девушки, он грубо впился в её шею. Прихватив зубами чувствительную кожу, Рой тут же прошёлся языком по месту укуса, с удовлетворением замечая, как задрожала Оливия. Ему нравилось доводить эту истеричку до грани.
Сладкое предвкушение затопило разум, заставив все прочие мысли испариться. Лив зарылась пальцами в рыжие волосы, безжалостно дёргая пряди и царапаясь, отчего Рой тряхнул головой и едва не уронил её. Ощутив наконец твёрдый пол под ногами, она рванула кожаную куртку с плеч Роя, и та податливо соскользнула на кафель. Руки Оливии прошлись по рельефу мышц, жадно оглаживая каждый мускул, и опустились к пряжке ремня. Резкими торопливыми движениями она старалась расстегнуть замок. Наблюдая за ней, Рой ехидно хмыкнул:
– Тебе так не терпится, Бейли? Давно не было секса? – Он развернул её спиной к себе и сильно сжал ладонями бёдра. – Или у парней твоего отряда критические дни?
– Заткнись! – рявкнула она, быстро справляясь с застёжкой на собственных брюках.
Одним глубоким толчком Рой вошёл в неё, и Оливия громко всхлипнула от пронзившей тело смеси боли и удовольствия.
– Не боишься, что весь бар сейчас сбежится на твои крики? – жарко прошептал Рой ей на ухо, и Оливия вздрогнула, чувствуя, как холодная волна прокатилась по позвоночнику.
Пьяный гомон остался где-то за пределами сознания, и всё, что она слышала сейчас, было его тяжёлое дыхание, от которого низ живота сводило приятной истомой.
– Ты что, не закрыл дверь, идиот?!
– Не смог удержаться, зная, как ты любишь попадать в неловкие ситуации, – тихо рассмеялся он.
Оливия хотела было возмутиться, но Рой крепко прижался к ней, начиная движение, и она на мгновение задохнулась от остроты ощущений. Выгнув спину, Оливия подмахивала бёдрами в такт и яростно кусала губы, стараясь не стонать слишком громко. Осознание того, что их в любой момент могут застукать, пускало адреналин по венам, и она жадно ловила каждое мгновение, чувствуя, что на талии и бёдрах обязательно останутся синяки от его пальцев, но сейчас – плевать.
Рой обхватил её горло ладонью, чуть сдавливая, притягивая ближе, и Оливия запрокинула голову, судорожно хватая ртом воздух. Прогнувшись ещё сильнее, она подалась назад, стараясь увеличить темп, но он вдруг замедлился.
– Я всё ещё не слышу извинений, – горячий язык прошёлся вверх по шее, заставив Оливию дёрнуться.
Стиснув зубы, она сдавленно зарычала и продолжила двигаться, не желая играть по его правилам.
– Признай, – рвано выдохнул Рой ей на ухо, подхватывая новый ритм. – Тебе… Нравится… Выводить… Меня.
Он явно дразнил её, намеренно делая паузы. Кожа горела под его губами, но всё внутри клокотало от ярости и неудовлетворённого желания. С силой ухватившись за бедро Роя, так что пальцы намертво впились в кожу, Оливия снова и снова толкалась ему навстречу, стараясь перехватить инициативу в борьбе за собственное наслаждение.
– Скажи это, Бейли, – прошептал Рой, опуская ладони на талию охотницы. Словно сжалившись, он наконец ускорился, энергично вбиваясь в её тело. С трудом удерживая равновесие, она упёрлась локтями в стену, чувствуя, как начинает дрожать от напряжения.
– Не-е… На-а… Ви-и… Жу-у… – прохрипела она, содрогаясь от оргазма на каждом толчке.
Рой уткнулся в затылок Оливии, тяжело дыша. От запаха её волос кружилась голова, но спустя пару секунд он уже отстранился и быстро привёл себя в порядок.
– Это взаимно, Бейли, – хмыкнул он, накидывая куртку. Мельком взглянув в зеркало, Локей вышел из уборной, даже не обернувшись.
Дрожащими руками Оливия поправила одежду. Опершись на раковину, она медленно сползла на пол и уткнулась лицом в колени. Мерзкое чувство жалости к себе сдавило горло. В который раз она задвинула гордость куда подальше, поддавшись нелепому порыву, словно какая-то наркоманка.
Рой подкалывал её всегда, сколько Оливия себя помнила. Кажется, вся гильдия была в курсе непростых отношений сынка подполковника Локея с сиротами, подобранными майором Джефферсоном. Они постоянно были на ножах, и даже смерть Ульриха не смогла этого изменить. Только никто не догадывался, во что перерос этот конфликт где-то полгода назад. Оливия старалась не вспоминать, как всё началось. И всё время упускала момент, когда во время очередной ссоры взаимные проклятия и угрозы превращались в жаркие поцелуи. Но самое ужасное – каждое их столкновение теперь оканчивалось одинаково. Оливия словно отключалась, сгорая в его руках. Но стоило прийти в себя, как ненависть и чувство стыда накрывали с головой. Она готова была молиться всем известным и забытым богам, лишь бы никто не узнал, как низко она пала. Эти стычки с Роем давно пора было прекратить, пока в ней ещё оставались крупицы самоуважения. Однако стоило ему открыть свой поганый рот в её сторону, Оливия вспыхивала, как спичка.
Из-за двери зазвучала бодрая музыка, а значит, в основном зале уже началась дискотека, проводившаяся в баре по нечётным дням. Анна любила танцевать и каждый раз тащила ее с собой на танцпол, но сейчас Оливия чувствовала себя слишком разбитой для веселья. Хотелось поскорее добраться до базы и принять душ, чтобы смыть с себя противное ощущение личного позора.
Поднявшись на ноги, она умылась ледяной водой, но это мало помогло. Ей казалось, что лицо всё ещё горит от стыда. Убедившись, что выглядит не слишком потрёпанно и подозрительно, Оливия выскользнула за дверь. Стараясь не привлекать к себе внимания, она чуть опустила голову и двинулась к выходу из бара, но на пути, как назло, возник столик первого отряда.
Рой как ни в чём не бывало веселился в компании товарищей и запотевших кружек пива. Оливия быстро обошла ненавистное сборище, но его голос, прозвучавший слишком громко, заставил её вздрогнуть.
– Да, пришлось вчера задержаться в городе, – рассказывал он, наслаждаясь вниманием окружающих. – Возникла одна непредвиденная проблема. Но задница у неё была что надо.
Хохот охотников вывел девушку из ступора. Закатив глаза, она пробормотала: «Вот же сволочь» и направилась в сторону танцпола, стараясь заглушить неприятное ноющее чувство.
Ловко лавируя между дёргающихся в такт музыке людей, Оливия почти добралась до заветных дверей на улицу, когда кто-то ухватил её за руку и по-собственнически притянул к себе.
– Потанцуем, крошка? – услышала она над ухом незнакомый голос, но характерное обилие приторного парфюма и пробивающийся сквозь него терпкий запах золы выдавали его обладателя с потрохами.
– Убери руки, ликант, – прорычала она.
Оливия смело вздёрнула подбородок и встретилась взглядом с высоким мужчиной, чьи длинные вьющиеся волосы были забраны в низкий хвост, а пёстрая шёлковая рубашка, расстёгнутая на пару пуговиц, обнажала покрытую чёрной растительностью грудь.
– О, так ты из гильдии? – На его лице лишь на секунду промелькнуло удивление, но он тут же взял себя в руки, расплываясь в хищной улыбке. – Таких девчонок я ещё не пробовал.
– И не попробуешь, – прошипела Оливия, морщась от тошнотворного аромата, заполнившего лёгкие. – Руки! – громко повторила она и вырвалась из хватки.
Заметив странную возню, Рой прервался на полуслове и перевёл взгляд в сторону танцпола. Рыжие брови взметнулись вверх и тут же сурово сдвинулись к переносице. Похоже, эта тупица Бейли снова нашла проблемы в лице навязчивого ухажёра. Охотник с насмешливым интересом наблюдал, как меняется лицо девушки с каждым словом высокого незнакомца. Рой считал про себя до десяти, зная, как короток разгон Оливии от милой девочки до злобной стервы. Но не успел счёт дойти до пяти, когда она с силой оттолкнула от себя парня и вышла из бара. Парень тихонько хмыкнул, чувствуя лёгкое разочарование от того, что шоу отменилось, и потянулся за кружкой, намереваясь вернуться к беседе. Однако шестое чувство заставило его вновь вскинуть голову. Отвергнутый тип несколько секунд смотрел в сторону двери, а после стремительно двинулся следом за девушкой.
Оказавшись на улице, Оливия остановилась на узкой площадке у входа, вдыхая прохладный свежий воздух, который после душного, пропахшего потом, алкоголем и духами помещения смог усмирить накатившую тошноту. Глубоко дыша, она облокотилась на перила лестницы и прикрыла глаза. Стоило бы предупредить Анну, что она уезжает на базу, но возвращаться обратно не было ни сил, ни желания. Дверь за спиной гулко хлопнула, на пару секунд заполнив улицу музыкой и пьяным шумом, но затем снова наступила тишина.
– Меня ждёшь? – Чужая ладонь по-хозяйски расположилась на её ягодице.
Оливия резко развернулась. Перехватив запястье, она выкрутила руку наглеца в сторону и тут же отпустила. Ликант тихо зарычал, потирая кожу, и оскалился, буравя её пожелтевшими глазами. Оливия сделала шаг назад, но упёрлась спиной в металлическую перекладину. В поисках оружия пальцы нервно скользнули под куртку, пока мозг загружал запоздалую информацию о том, что пистолет остался в бардачке мотоцикла. Но заканчивать вечер один на один с разъярённым оборотнем в её планы точно не входило.
– Что, страшно без серебра? – хмыкнул он, заметив её судорожные движения. – Или попытаешься убить меня взглядом?
– Ты на нашей земле. – Желая скрыть волнение в голосе, она сжала кулаки, готовая отбиваться.
– Вот именно, на вашей, – его пальцы скользнули вверх, больно ухватив Оливию за подбородок, – и нахожусь тут совершенно законно.
На это заявление ответить было нечего. Ведь заключённый с ликантами договор соблюдался всеми членами гильдии беспрекословно, включая и самый спорный пункт о том, что элита оборотней с помощью спецпропусков могла беспрепятственно передвигаться по городу для пополнения провизии стаи. Радовало лишь одно – каждый такой визит за стену был строго регламентирован и не мог совершаться более трёх раз в месяц.
Дверь бара снова хлопнула, на пару мгновений выпустив наружу навязчивый припев популярной песни.
– Чей пёс сбежал из вольера?
В этот момент Оливия готова была поклясться, что ещё никогда не была так рада услышать голос.
– Бейли, уходи, – не сводя глаз с ликанта, процедил Рой и медленно подошёл ближе. – Что, щеночек, заблудился?
– Какой у тебя дерзкий друг, – улыбнулся оборотень и резко выбросил руку в сторону, блокируя выход для Оливии. – Где же ваши манеры?
– Радуйся, что не получил пулю в голову на входе. – Рой по-прежнему говорил насмешливым тоном, но взгляд прожигал насквозь. – Девчонку отпусти.
Звук снятого предохранителя прозвучал слишком тихо для охотницы, но довольно отчетливо для слуха оборотня.
– У нас договор, – дрогнувшим голосом сказал тот, отходя от девушки.
– Не я его заключал, – пожал плечами Рой и прикрикнул на Оливию так, что она дёрнулась. – Проваливай!