Жена по договору

1 Ася

День моей свадьбы. Наконец-то!

Я так долго ждала этот момент, что с самого утра волнуюсь, как никогда. Уснуть накануне так и не вышло – все думала, представляла, как все пройдет, как уже сегодня вечером я войду в нашу супружескую спальню, и…

– Ася! – раздается строгий оклик мамы. – Ты что-то слишком бледная.

– Нет, все хорошо. Волнуюсь немного.

Она смягчается и улыбается.

– Все будет хорошо. Амиран станет хорошим мужем. Ну, ты чего?

Смаргиваю слезы и глубоко вдыхаю. Мама думает, что я расстроена из-за смены жениха. Думает, что я хотела выйти за Карима, двоюродного брата Амирана.

Если бы только мамочка знала, как давно я люблю Мира…

Он идеальный мужчина. Самый лучший! И когда отец сообщил, что теперь я невеста Казаева, я едва не лишилась чувств.

На подготовку ушел не один месяц – отец требовал, чтобы все сроки и традиции были соблюдены неукоснительно. И вот, наконец, сегодня я стану женой любимого мужчины!

– Все хорошо, мамуль. Я просто буду скучать по вам.

Мама осторожно обнимает меня, чтобы ни в коем случае не помять платье. Поправляет фату, пряди, уложенные в красивые локоны. Она не говорит, но я знаю – она тоже будет скучать.

– Вот ты где! – в спальню врывается младшая сестра. Алсу. – Там столько машин приехало!

– Ой, я же не успела проверить угощения! – спохватывается мама и тут же убегает, оставляя нас одних.

Алсу младше меня на пару лет. И это она изначально должна была выйти замуж за Амирана. Наш отец хотел таким образом скрепить бизнес, а заодно и подобрать нам хороших мужей. До последнего момента сестра ходила и хвасталась тем, что ее будущий муж куда толковее и перспективнее, чем мой жених. Карим до сих пор увлекается боями без правил, не сидит в офисе, да и вообще на все имеет свою точку зрения.

Было ли мне больно понимать, что любимый мужчина станет мужем сестры? Безумно. Но что я могла? Пойти против воли родителей?

Ни за что.

И когда Карим вопреки воле своего отца выбрал себе другую девушку в невесты, Алсу сильно изменилась. Потому что Амиран с нашим отцом договорились иначе.

– Что, радуешься? – цедит она язвительно. – Думаешь, обскакала меня?

Ей обидно. Я понимаю. Поэтому каждый раз спускаю злые слова.

– Сестра, ты же знаешь, это не я решила…

– Ой, вот только не надо! – морщится она. – Будешь утверждать, что не рада? Я же видела, каким взглядом ты всегда смотрела на моего Амирана! Словно собака преданная.

Это неприятно. Я надеялась, что у меня выходило хорошо свои прятать чувства.

– Алсу, теперь это неважно. Отец решил…

– Ты еще пожалеешь! – заявляет та, нагло ухмыляясь. – Как только твой муж оставит тебя одну в постели, пожалеешь, что не отказалась.

В груди холодеет от ее слов. Понимаю, она просто срывает свою злость на мне, ей просто обидно. Но все равно каждое слово достигает цели. Ведь я столько времени влюблена в Казаева, что…

– А он оставит, – продолжает издеваться сестра. – Знаешь, почему? Ну же, Ася, спроси меня почему!

– Почему?

– Потому что у него есть любимая женщина. А ты – просто нормальная жена, чтобы скрепить бизнес между нашими семьями. И все. Он просто помог Кариму помириться с отцом. Ему плевать какую сестру брать на роль фиктивной жены.

– Ты врешь… – срывается с моих губ. Конечно, Амиран – взрослый мужчина. Логично, что у него были женщины. Но я-то уверена, что после свадьбы у него буду только я. Как и у нашего отца была всегда только наша мама!

Алсу расплывается в довольной ухмылке.

– Я видела их вдвоем. Слышала разговор.

– Ты следила за ним?

– Случайно встретились. Твой жених меня не заметил. Так что радуйся, пока еще можешь. Но знай – Амиран никогда тебя не полюбит!

Я не успеваю ответить – дверь открывается, и заходит мама.

– Асенька, пора, – торжественно произносит она. – Что у тебя опять с лицом?

– Я…

Алсу ядовито ухмыляется и сбегает, а я остаюсь, беспомощно хватая ртом воздух. Неужели это все правда? Неужели я буду… кем?

– Давай поправим фату, спустишься так, а потом… – мама продолжает приговаривать, а я почти ничего не слышу. Мой воздушный замок дал первую трещину, и я не знаю, как с этим справляться. Я же так ждала этого, так готовилась. Я готова отдать мужу все – и сердце, и душу, и тело!

Внизу нас уже ждут. По традиции жених должен приехать в дом к невесте, заплатить выкуп, а затем уже все дружно отправляются в ЗАГС.

Сквозь вуаль фаты вижу Казаева, и сердце замирает. Такой он красивый. Статный. Мужественный.

Мы встречаемся взглядами, и он едва заметно кивает мне. Нет. Алсу просто специально это наговорила.

Улыбаюсь в ответ и выдыхаю.

Родители обмениваются традиционными фразами, жених делает комплименты, сговариваются, и, наконец, выходим из дома.

Едем мы в одной машине с Амираном и моими родителями. Мой жених настолько безупречен, что я с трудом вспоминаю, что невесте негоже так открыто пялиться.

Дорога пролетает слишком быстро. Или, может, я просто в такой волнении, что мало что замечаю. Только когда оказывается в комнате ожидания, начинаю осознавать реальность происходящего. Что вот здесь и сейчас я стану женой Амирана. На всю жизнь. Навсегда. Мы будем связаны, станем семьей!

Неожиданно у Казаев звонит телефон, и он, извинившись, выходит за дверь. Алсу ловит мой взгляд и многозначительно ухмыляется. А затем беззвучно произносит – “я же тебя предупреждала”…

Родители заняты каким-то обсуждением, и, улучив момент, иду вслед за женихом. Я уверена, что сестра ошибается. Не может такой, как Амиран, лгать. Но стоит мне зайти за угол, как замираю на месте- чуть поодаль стоит мой жених, а рядом эффектная блондинка, которая прижимается к нему, а затем по-собственнически целует Казаева в губы…

2 Ася

В ушах начинает шуметь, а дышать становится очень сложно. Я все жду, что Амиран оттолкнет девушку, пресечет такое недостойное поведение. Но ничего подобного не происходит. Он лишь мягко удерживает ее, а затем делает шаг назад и что-то тихо говорит.

Блондинка грустно улыбается и кивает, будто соглашается с ним.

– Видишь? – шипит рядом Алсу. – Они давно вместе. И будут вместе и дальше. Она родит ему любимых детей. С ней он будет проводить ночи, когда ты будешь ждать его дома с ужином.

В горле мгновенно пересыхает. Я даже не могу ничего возразить сестре. Да и что тут скажешь? Сквозь пелену слез силуэт любимого мужчины размывается, и все, что я успеваю увидеть до того, как нас находит мама, как Амиран под руку уводит девушку дальше по коридору, а затем они скрываются в арке.

– Ася! Ты почему здесь? – строго спрашивает мама. – Отец уже начинает нервничать! Ты что!

Она суетится, поправляет макияж, неодобрительно цокает и отдает наказ Алсу, чтобы та предупредила мужчин. А меня ведет в дамскую комнату.

– Дочка, ну, что с тобой? – ласково спрашивает она, когда мы остаемся вдвоем.

– Все хорошо, – натянуто улыбаюсь. – Просто мандраж, наверное.

– Солнышко, поверь, я знаю, что это. Я ведь тоже боялась выходить замуж. Но твой отец – лучший из мужчин.

– Ты сразу полюбила его? – срывается с губ вопрос.

– Нет, – качает головой мама. – Нам понадобилось время, чтобы узнать друг друга. Но мы справились. И прожили счастливую жизнь. Потому что твой отец – достойный мужчина. Как и Амиран.

Стоит мне услышать его имя, как внутри становится больно, будто мое бедное сердце рвут в лоскуты, а перед глазами всплывает лицо этой светловолосой девушки. Но у меня нет пути назад. Даже захоти я сбежать – нельзя. Я не имею права опозорить родителей.

– Прости, ты права. Я сейчас соберусь.

– Ты моя умница, – говорит мама. – Моя умная золотая девочка.

В ее глазах слезы. Но это слезы счастья и радости за своего ребенка, и рассказать ей правду – значит, разбить сердце. А я не могу так поступить.

Когда возвращаемся в комнату ожидания, Казаев уже там. Как всегда идеален. Никаких следов помады. И только моя память свидетель того, что произошло. Ну, и еще ехидная усмешка на лице сестры.

– Амина! Где вы ходите? – недовольно ворчит отец, строго глядя на нас.

– Не злись. Надо было поправить красоту, – мягко отвечает мама. Спорить с этим аргументом папа не решается. К тому же приходить организатор и сообщает, что уже наша очередь.

Жених подходит ко мне и протягивает локоть, а я смотрю на него и понимаю, что не могу. Не могу прикасаться к нему после нее.

– Асенька, – шепчет мама. – Смелее, дочка.

Только ее голос придает мне сил. Кладу ладонь на локоть Амирана и иду к выходу.

Этот день должен был стать для меня самым счастливым. А в итоге я стою перед распорядителем, которая зачитывает торжественный текст, и не могу разобрать ни единого слова. В ушах шумит, в голове бьется только одна мысль – он любит другую.

Именно поэтому пропускаю момент, когда нужно пойти и поставить подпись.

– Ася, ты плохо себя чувствуешь? – озабоченно спрашивает Амиран. Поднимаю глаза и, наконец, встречаюсь с ним взглядом. На его лице искреннее беспокойство, а у меня перед глазами его поцелуй с той девушкой.

– Н-нет. Всё хорошо. Просто немного душно здесь.

– Потерпи, немного осталось, – просит он.

Машинально киваю и ставлю подписи в нужных местах. Я настолько оглушена тем, что узнала, что даже не прочитала, что было в тех документах.

Когда мы меняемся кольцами во мне что-то умирает. Особенно на словах распорядителя, что это символ любви и верности. Мне хочется рассмеяться и одновременно расплакаться.

Какой верности? Если даже в день нашей свадьбы мой уже муж встречался со своей любовницей.

Поездка в ресторан проходит как в тумане. Все поздравления отложили до банкета. И там, к счастью, мы почти не остаемся с Амираном одни. Постоянно кто-то из родственников хочет сделать фото либо с нами, либо со мной.

Вскоре приезжает и Карим. Он с женой. Дианой. До сих пор восхищаюсь ею – как не побоялась приехать в дом родителей Мехдиева, когда тот в открытую выступил против отца. Они очень красивая пара, и любовь между ними можно почувствовать даже на расстоянии – как мой бывший жених поддерживает свою супругу, как помогает сесть за стол. Как смотрит на нее с обожанием.

Амиран подходит к ним, здоровается, пока меня ангажируют очередные родственники. И судя по тому что я успеваю заметить – братья рады друг другу. Значит, все же помирились. А еще оказывается Диана в положении. Живот пока едва заметен, но то, как она старается прикрыть его, выдает в ней будущее материнство.

Я искренне рада за них. И тем безобразнее на их фоне выглядит мое собственное замужество.

Когда, наконец, гости рассаживаются по местам, и нам с Казаевым тоже позволяют это сделать, я уже почти не чувствую ног. Удобные туфли превращаются в орудие пыток. Но все это я бы с радостью выдержала, если бы…

Знаю, что нельзя портить праздник родителям. Поэтому сижу с приклеенной улыбкой весь вечер. Амиран искусно выполняет роль заботливого супруга – ухаживает, интересуется моим самочувствием. И даже когда начинаются намеки на первый танец, прежде спрашивает – есть ли у меня силы для этого.

Коротко киваю и встаю из-за стола вслед за ним. Мысленно я отсчитываю часы до момента, когда все закончится, и он перестанет играть свою роль на публику. Скажет ли он мне правду? Или по его мнению я недостойна того, чтобы знать истинное положение дел?

Будет ли врать, у кого провел ночь? Или же встречи с ней будут проходить в течение дня?

Вот какие мысли занимают меня, пока мы кружимся в первом танце новобрачных.

– Ты устала, – замечает Казаев.

– Извини, – срывается в моих губ. Опускаю взгляд, чтобы не показывать то, что у меня на душе. Мама хорошо обучила меня тому, какой должна быть хорошая жена, и мне придется играть по этим правилам всю жизнь.

– За что ты просишь прощения? – хмурится мой муж. – Стоило сказать раньше – нечего устраивать шоу для гостей, если тебе плохо.

Амиран действительно останавливается, хотя музыка еще играет. Делает жест работнику ресторана, и тамада быстро берет дело в свои руки, а мы возвращаемся за стол.

За весь танец муж не прикоснулся ко мне более, чем позволяют приличия. Ни один его жест не был наполнен предвкушением или хотя бы симпатией. Только сдержанная вежливость. И это ранит меня. Хотя куда сильнее? И так уже все разбито.

А спустя полчаса он, внимательно посмотрев на меня, спрашивает:

– Хочешь еще чего-нибудь из еды или, может, напитков?

– Нет, я не голодна. Спасибо, – покорно отвечаю, как и положено жене.

Он кивает будто и не сомневался в моем ответе.

– Тогда мы уходим.

Насколько я знаю, обычно невеста с женихом не покидают празднество настолько рано. Но я не имею права перечить мужу. Теперь он – глава моей семьи. Поэтому лишь беспомощно киваю.

– Пойдем, Ася.

Ловлю настороженные взгляды мамы и отца. Вначале мы подходим к моим родителям, затем к дяде Амирана – Алихану Тимуровичу. На удивление каждый их них реагирует благосклонно, когда Казаев говорит, что забирает жену и желает гостям как следует отметить сегодняшнее событие.

На улице нас ждет шикарный автомобиль, чтобы отвезти домой к мужу. Я не знаю, чего ждать. Всю дорогу Амиран молчалив и задумчив. Он смотрит в окно и не делает никаких попыток сблизиться или завязать разговор. И с каждой минутой я все больше уверяюсь в том, что Алсу не солгала, что все, что я видела, именно так, как она сказала.

Нас привозят за город. Это неожиданно. Я почему-то думала, что Амиран живет в городской квартире, ведь добираться до офиса оттуда куда удобнее. А следом приходит мысль, что это неспроста. Что так он будет держать меня подальше от его любовницы.

И ревность ядом разливается по венам.

– Добро пожаловать, – произносит муж, открывая передо мной дверь дома. – Теперь ты здесь хозяйка.

– Спасибо, – тихо говорю, оглядываясь по сторонам.

– Ты, наверное, сильно устала, да? – рассеянно спрашивает он, снимая пиджак и оставаясь в одной рубашке.

– Мне уйти наверх? – рискую спросить и взглянуть на хозяина дома.

– Да, там спальня и ванная. Твои вещи уже перевезли, найдешь их там.

Покорно киваю, подозревая, что даже сегодня он может попросту уехать к своей любовнице. Ранит ли это меня сильнее? Скорее, добьет окончательно. Я и так уже почти не дышу. Осталось совсем немного, чтобы окончательно разбить мои иллюзии.

Спальня выглядит красиво. Уютно. В другой раз я бы обязательно огляделась повнимательнее, но не сегодня.

Попытавшись расстегнуть платье, понимаю, что бесполезно. Теперь становится понятны слова мамы во время примерки, что я буду завернута словно подарок. И что упаковка эта для мужа.

Обессилено опускаюсь на постель. Пока я одна, ни к чему изображать покорность, держать счастливое лицо. И я плачу. Хотя это громко сказано. Всего лишь позволяю нескольким слезинкам стечь по щекам.

Когда дверь вдруг открывается, замираю и быстро стираю те, пряча лицо за волосами.

– Ася? – растерянно спрашивает муж. – Что-то не так?

– Я не могу сама снять платье.

Голос мой звучит глухо и напряженно. Наверное, не так должна звучать молодая жена. Но, похоже, мои силы на сегодня заканчиваются.

Амиран медленно приближается ко мне и жестом показывает подняться. Я не смею ему перечить, даже если мне хочется сбежать. Послушно поднимаюсь на ноги, по-прежнему глядя в пол.

– Повернись спиной, Ася. Я помогу тебе…