Чужой муж

Глава 1

– Жалюзи прикрой, – прошу Вадика, прикладывая ко лбу холодную бутылку воды.

Голова трещит от похмелья, а солнце, сука, бьет прямо в глаз. Будто лазерным лучом кроит мой череп.

Словив насмешливый взгляд Лебедева, морщусь от боли.

– Иди нахер…

Вадик, покашливая в кулак, привлекает наше внимание и снова начинает бубнить, указывая рукой на экран.

Я пытаюсь слушать, но мне настолько хреново, что хочется сдохнуть прямо сейчас.

Прижав руку ко рту, громко икаю.

– Бл*дь, Олег! – рявкает Резников, – иди пожри чего-нибудь!

– Да не лезет ничего!

– Правда… За*бал бухать… – подтверждает Рус, швыряя в мою сторону папку с идеями Вадика в печатном виде, – читай, давай.

Ставлю бутылку на стол и открываю распечатки. Да ну, нахер – от хоровода букв на бумаге только тошнота усиливается.

– Короче, – Глеб Резников поднимается на ноги, задвигает свой стул и, проходя мимо меня, хлопает по плечу, – прерываемся на обед. Давай, Олег, приводи себя в рабочее состояние. Встречаемся здесь же в 14:00.

– Аспирина выпей, – добавляет Лебедев.

– Если бы не выпил, я бы сегодня вообще не встал.

Выходят из кабинета, а я из-под полуопущенных век наблюдаю за Вадиком. Тот, недовольно поджав губы, яростно долбит по тачпаду своего ноута. Видимо, рассчитывал отстреляться до обеда и свалить.

– Тебе действительно нужно что-нибудь съесть, – притворно – уважительным тоном говорит он.

Открыто грубить, как друзья, он не станет. Ссыт.

– Да ладно, бл*дь…

Зажав свой скарб подмышкой, тот выскакивает в приемную и нарочно громко хлопает дверью.

– Сука…

Устроив голову на спинке кожаного кресла, закрываю глаза. Как же паршиво. Малейшее движение, звук или даже дуновение воздуха по моей небритой морде отдают в голову резкой болью.

Зачем я столько пил?!..

Вообще не помню, как вчера оказался дома. Радует, что не притащил туда никого.

Помню, как с парнями в Пикселе пили и кальян курили, там же девочек сняли и поехали с ними в спа. Помню блондиночку рядом. Вернее не саму блондиночку, а ее светлую макушку у моего паха и в той же локации сочный зад. Потом, вроде в караоке собирались, а следом – провал.

Сдавив виски пальцами, поднимаюсь на ноги. Пол подо мной тут же начинает раскачиваться. Но парни правы, надо заставить себя чего-нибудь съесть и покурить. Иначе я до завтрашнего дня не оклемаюсь.

Выхожу из кабинета и под сочувствующим взглядом нашего офис – менеджера Катеньки плетусь к лифту.

Ступаю в кабину и, предполагая, какое источаю амбре, из милосердия к пассажирам отворачиваюсь к стенке.

Наш офис находится на шестом этаже делового центра, а на первом очень удачно расположены кофейня и вполне сносные харчевни.

Выйдя из лифта, направляюсь в сторону одной из них и вдруг чувствую направленный на меня чей-то пристальный взгляд.

Да твою ж мать!.. Только не это!.. Из меня сейчас говно-собеседник.

Но, сдавив кончиками пальцев переносицу, скашиваю взгляд вправо и вижу стоящую у стеклянной витрины кофейни девчонку с двумя бумажными стаканами в руках.

Заметив, что я на нее смотрю, широко улыбается.

Кто такая?.. Я ее не трахал.

Продолжая скалиться, приподнимает брови, а я бегло ее осматриваю.

На лице ни грамма косметики, выбившиеся из прически пряди обрамляют обычное лицо. На плечах темная куртка не по размеру, из-под которой выглядывают полы не то белой юбки, не то халата. Ноги в капроне и коротких ботинках без каблука.

Не, эту точно не трахал.

Непонятно тогда, чему она так радуется…

Но если это подкат, то мимо, мышонок. Прости, не в моем вкусе. Слишком простовата.

Я люблю девочек ярких, вкусных и без комплексов. Тех, что не нужно уламывать и раскрепощать. Цвет волос значения не имеет, главное, чтобы их не было на лобке. А вот губки должны быть пухлыми – такие на моем члене смотрятся особенно хорошо. И сиськи не меньше троечки – мой малыш любит нырять между них.

Остальные параметры варьируются, корректируются и подбираются под настроение.

В кафе заказываю солянку и кофе. Переборов приступ тошноты, начинаю есть, ощущая пищу в желудке тяжелым камнем. Но постепенно, согревая нутро, она снимает спазмы и возвращает меня к жизни.

Попивая кофе, уже могу позволить себе пострелять глазками в новенькую официанточку. Хорошенькая, свеженькая, но слишком зеленая для меня. Наверное, и не умеет ничего.

После сигареты становится совсем хорошо. Даже головная боль унимается. Остаются только выхлоп и сушняк.

Затушив окурок, бросаю его в урну и возвращаюсь в офис. Работы действительно валом. Мы получили заказ на новый продукт, и в течение двух дней мне нужно сформировать команду, которая будет с ним работать.

А еще Вадик со своими идеями. Надо хорошенько вникнуть в то, что он там напридумывал.

Мучим его с парнями почти до вечера и нихрена толкового не выходит. Фантазии у пацана вагон, а чуйки нет. Лебедь сразу выносит вердикт – туфта. Его интуиции я доверяю. Глеб Резников склонен сомневаться, но тысячу раз все перепроверив, как правило, соглашается с Русом.

Провожаем взглядами опечаленного Вадика и начинаем собираться по домам.

– Не вздумай похмеляться сегодня, – дает Глеб наставление.

– Все, я до пятницы на ЗОЖе.

Парни в голос ржут.

Да какой похмеляться, если у меня от одной мысли об алкоголе желудок наизнанку выворачивает!..

Из офиса я ухожупоследним. Это парням есть, куда торопиться – их дома жены ждут. А моя ушла от меня в прошлом месяце. Узнала о леваке и психанула. Закономерный итог при моем образе жизни, но я все еще надеюсь, что вернется.

Спускаюсь на лифте на первый этаж, крутя на пальце ключи от машины, миную длинный прямоугольный холл, выхожу на улицу и вдруг вижу, как из стеклянных дверей расположенной тут же медицинской лаборатории выходит та девчонка.

Заметив меня, снова тянет губы.

– Знакомы?..

– Да! – восклицает со смехом, – не узнал?

Бл*дь. Да не может быть, я б с такой не стал… Но на всякий случай уточняю.

– Турбаза Каравелла прошлой зимой?..

– Нет же! – хохочет весело, – я Саша!

Спускаюсь в низких ступеней и поворачиваю в сторону парковки. Девица не отстает.

– Вот ты сейчас нихрена не помогла мне, Саша, – ускоряю шаг в надежде, что она отвяжется.

– Ну как же?! Дерявня Еловка! Твоя бабушка Антонина Петровна! Помнишь?..

Остановившись, оборачиваюсь и сощуриваю глаза.

– Помню.

– Вот! – радуясь, всплескивает руками, – моя мама Надежда приходила помогать твоей бабушке по дому и огороду…

– Ну…

– А я дочка ее! Саша!.. Ты со мной играл и бабочек для меня сачком ловил!

Ну да. Что-то припоминаю. И тетю Надю и дочку ее, вертлявую мелочь, что, раздражая, вечно крутилась под ногами.

– А я тебя сразу узнала, как только ты из лифта вышел!

– Молодец… – останавливаюсь у своего Мерса и снимаю его с сигнализации, – как мама?

– Неплохо! Она замуж вышла, и мы перехали в Кочеренково…

– Ммм… отлично… – открываю водительскую дверь, – передавай ей привет…

Сажусь в тачку и хлопаю ею перед ее носом.

– Хорошо… – читаю уже по губам.

Глава 2

Вылетаю из автобуса первой и, едва не расталкивая снующих туда-сюда людей локтями, успеваю заскочить в заднюю дверь отъезжающего от остановки троллейбуса.

– Успела!.. – выдыхаю с улыбкой, глядя на наблюдающего за мной дедулю.

Тот, опираясь обеими руками на трость, молча кивает. А я осторожно двигаясь между пассажиров, все-таки добываю себе место у окна.

Так доезжаю до конечной остановки и, открыв в телефоне отправленный мне Никой список того, что нужно купить, захожу в местный минимаркет.

Заполняю корзину молоком, рисом, маслом, пряниками и консервой из горбуши, которая является прямым намеком на рыбный пирог в моем исполнении. От себя беру яблоки и две шоколадки.

От магазина до дома, в котором мы с Никой снимаем квартиру, три квартала пешком. Шагаю, не торопясь, поддевая носками ботинок палую листву и перепрыгиваю через лужи.

Пересекаю двор, здороваюсь с Ниной Степановной со второго этажа, машу рукой гуляющей с сыночком Маше из соседнего подъезда.

Наша квартира на первом этаже и угловая. Небольшая однушка, зато чистая и благоустроенная.

Дверь оказывается открытой, поэтому, легонько толкнув ее, захожу внутрь и разуваюсь.

Ботинки Лехи сорок пятого размера у порога, куртка на крючке. Значит, я снова не вовремя.

Крадусь мимо комнаты, но все же умудряюсь заметить его ритмично двигающийся белый зад и раскинутые по сторонам худые ноги Ники.

– Твою мать, Леха!.. – глухо вскрикивает подруга, – ты че, опять дверь не закрыл?!

– Я ничего не видела, – подаю голос, – честное слово!

Захожу в кухню и зажмуриваюсь. Черт!.. Как мне это теперь развидеть?! Они снова трахаются в самый неподходящий момент!

Я, вообще, к Лехе хорошо отношусь. Он, не считая его огромной любви к пиву и копченой мойве, нормальный, адекватный парень. Меня даже не раздражает его почти постоянное присутствие в нашей квартире, но вот эти их вечерние секс – марафоны немного напрягают.

Выкладываю продукты на стол, тут же, на кухне, мою руки и слышу, как они там тихо копошатся.

Ника ворчит, Леха вяло оправдывается.

– Мы думали, ты сегодня позже придешь, – сообщает подруга, входя в кухню в одних трусах и майке.

– Ну, простите.

– Сегодня же вроде твоя смена, лабораторию мыть?..

– Завтра моя смена…

– Ааа… блин, – бьет по лбу ладонью, – я опять перепутала.

То, что мне повезло устроиться в экспресс – лабораторию Он Медикал, огромная удача. Помогла сестра моего отчима, она в их головном офисе координатором работает.

Только зарплата, особенно при отсутствии стажа, совсем небольшая, поэтому пришлось на полставки уборщицей устроиться.

– Привет, – басит Леха, вваливаясь в кухню и сразу занимая половину помещения.

Он не толстый, нет, скорее массивный и коренастый. Ника говорит, породистый.

– Привет.

Мне теперь в глаза стыдно ему смотреть, а он как ни в чем ни бывало рассаживается на стуле и просит подругу согреть для него чай.

Сложив все в холодильник, я ухожу в комнату переодеться.

Там темно, воздух спертый, и пахнет… неприятным чем-то пахнет.

Раздвигаю занавески и открываю окно.

Затем, тщательно прикрыв дверь, для верности прячусь за дверцу шкафа и быстро переодеваюсь в трико и майку. После чего падаю на свою кровать и залипаю в телефоне, пока Леха и Ника пьют чай на кухне.

Стараюсь реже составлять им компанию, потому что их поведение иногда смущает. Тискаются, трогают друг друга, целуются и общаются странными намеками, думая, что я совсем наивная и ничего не понимаю.

Мы с Никой из одной деревни, вместе школу заканчивали, только она поступила в колледж на бухучет, а я в медицинский на медсестру.

Снимать вместе квартиру нам посоветовали наши матери. Дешевле и вдвоем веселее.

Только по итогу получилось, что втроем и при этом мне совсем не весело.

Примерно через час Ника забегает в комнату за свитером Лехи, а еще через десять минут я слышу, как хлопает входная дверь.

Ушел, наконец.

– Иди, поешь, – просовывает голову в приоткрытую дверь подруга, – там макарончики остались.

– Угу, – изображаю крайнюю степень занятости, – сейчас.

На самом деле, кроме кофе в обед, в моем желудке ничего больше не было. И он давно напоминает о себе голодным урчанием.

– Леха полкастрюли слопал, – смеется она, поднимая крышку, – если бы я у него не забрала, ты бы осталась голодной.

– Спасибо, – бормочу, вынимая тарелку из шкафа, – не дали помереть голодной смертью.

– Ой, ладно!.. Завтра я чего-нибудь приготовлю… Хочешь, картошки нажарю?

– И твой Алеша Попович снова оставит мне пустую немытую сковороду.

– Ну че ты начинаешь, Саш?.. Он же не с пустыми руками приходит! В прошлый раз вон, коробку конфет притащил…

– Это было еще в июле, Ник, и он сам же ее слопал.

– Ооо… но мы что, недоедаем с тобой?..

– Доедаем, – отвечаю примирительно, вдруг понимая, что срываю на ней свои раздражение и усталость, – прости.

Обиженно цокнув языком, она убирает в раковину грязную посуду и уходит в комнату. Я ужинаю в одиночестве. Съедаю макароны по-флотски и наливаю для себя кружку чая.

В голову совсем некстати просачиваются мысли об Олеге. Я рассчитывала подумать о нашей случайной встрече ночью под одеялом, когда Вероника уснет, но образ его мельтешит перед глазами и никак не хочет ждать своей очереди.

Удивительно, что я узнала его с первого взгляда спустя столько времени. Мне же всего лет 6 было тем летом. А он был уже взрослым, сильным и очень красивым.

Таскалась за ним по всему участку, а он ни разу даже не шикнул на меня. Конфетами кормил, от которых у меня потом живот чесался, и за огородами бабочек ловил.

Помню, как посадил одну из них мне на руку. Я визжала от страха, боялась, что укусит. А Олег, закинув голову смеялся, и потом сказал, что у меня цвет глаз, как у этой бабочки.

Странно. Я совсем не помню, какая это была бабочка, но теперь каждый раз, глядя в свои глаза в зеркало, вспоминаю его слова.

Вынув из упаковки пряник, откусываю кусочек и запиваю горячим чаем.

Интересно, что он делал в том здании? Неужели работает там? Если да, то кем?..

Глубоко вздохнув, подгибаю под себя ногу и откусываю еще один кусочек.

Вообще-то, он не сильно изменился. Может, поэтому я его так легко узнала?..

Та же манера держаться и то же снисхождение во взгляде. Та же харизма.

Конечно, он стал привлекательным мужчиной, заматерел и приобрел лоск и, конечно, мы с ним были и остаемся людьми из разных Вселенных.

Наверняка, у него есть женщина. Статная, красивая, дорого одетая. Может даже, жена и дети.

Но не поздороваться с ним я все равно не могла. Увидала, и тут же конфеты те вспомнила и бабочек. Едва ли не самое яркое воспоминание из моего детства.

Доедаю пряник, допиваю чай и, встав у раковины, мою посуду за собой, за Никой и за того парня.