Всем, кто любит меня, посвящается…

Издание осуществлено на средства автора



Валицкая Марина Васильевна


Рада представить вам новый сборник своего творчества. Если первый сборник назывался «Душа» и отражал душу и содержание всего, что нас окружает, то новую книгу я назвала «Шкатулкой», которая хранит в себе мысли, чувства, эмоции на бумажных страницах и из которой эти мысли и эмоции вырываются подобно птицам из клетки, стоит только ее открыть. Желаю вам извлечь что-то нужное для себя из этой «Шкатулки».


Сказка. Полина и бумажные зяблики

(Сюжет Стрыгиной Е.)



Где-то там, на далёкой планете,
Живёт маленький-маленький принц…
Находясь в темноте, он мечтает о свете,
Красоте добрых, искренних лиц…
Он живёт там один
И смотрит на звёзды,
Сам себе господин.
И всё очень просто.
Он не знает обид,
Он не знает страданий,
Он просто сидит,
Не даёт обещаний.
Никому он не должен,
И ему не должны,
Но внутри он восторжен —
Звёзды стали важны…
Там спокойно и тихо —
На планете его…
Ждёт он просто Её,
Не страшась ничего…

«…»

В одном далёком сказочном лесу
Стоял дворец прекрасный-распрекрасный,
И летним днём увидел мир красу —
Принцессу юную с душой атласной.
И нарекли её Полиной,
Что значит «нежная душой»,
А птицы принесли корзины
С волшебной свежею листвой…
И подарили ей способность видеть
Во всех хорошее и делать волшебство:
Принцесса не умела ненавидеть —
Такое неземное существо…
И вот, играя со зверьми лесными,
В лесу она вдруг Принца повстречала,
И стали все вокруг смешными
И закружилась в вальсе с ним сначала…
Он клялся в неземной любви
И звёзды с неба обещал достать…
Вокруг летали воробьи
И щебетали: «Учится он лгать…»
Она не понимала этих голосов,
А он позвал её в свой мир,
И, бросив всё: родню, карету, кров,
Она отправилась на незнакомый пир…
А в королевстве Принца Ведьма-Мать
Вдруг колдовать над нею принялась,
Невесту не хотела признавать,
Змеёю в сердце сына пробралась…
И чудится доверчивому сыну,
Что у невесты вместо головы кочан,
И ходит безобразно, как гусыня,
А вместо ног – ужаснейший бурьян…
Полину Принц стал обвинять в обмане,
А девушка пыталась объяснить,
Что всё не так, что затуманен,
Но Принц не слушал и хотел казнить…
Гонцы с такою вестью к её отцу скакали,
И приказал король доставить дочь домой,
А с матерью секунды дней считали,
Чтобы вернулась доченька живой.
И всё в порядке – дочка снова в замке,
Но сад завял, карета развалилась,
Пришлось порядок наводить и рамки
Вновь расставлять, чтоб горе не пробилось…
Но долго плакала ещё Полина,
Пока однажды капли её слёз
Вдруг ударяться начали о глину
И превращаться в зябликов всерьёз.
Печаль Полины забирая,
Щебеча о её судьбе,
Вокруг неё летая стаей,
Напоминали о себе.
Из мыслей тех сплела она сундук
И поселила птичек в сказочный тайник,
Нарисовала там волшебный круг,
Чтоб раньше времени никто к ним не проник…
Но появилась у неё подружка,
Ей стала помогать Полина.
Вокруг твердили: «Ты её игрушка!
И хвост её, как у павлина!»
Но никому не верила принцесса,
Всех по себе равняла и ждала,
Что не допустит девочка эксцесса,
И от своей души ключ отдала!
Второго Принца повстречала,
Но чуть однажды усомнилась…
Подружка помогла сначала,
Но душкой перед ним явилась.
И заколдованная Жаба,
В обличье доброй, нежной феи,
За Принца замуж выйти дабы,
Гуляла по его аллее.
Вот свадьба. Принц поцеловал,
Гостям представилась невесты суть,
И чары спали, ужас всех сковал,
Но время вспять не повернуть.
И зяблики рождались и рождались,
Вещая о предательстве и боли,
Ни в чём они, конечно, не нуждались,
Но не давала им принцесса воли…
И продолжалось это много лет,
Сменялись листья, появлялись люди,
Родным принцессы нравился тот свет,
Что исходил от сундука мелодий.
Уговорили постепенно её все
На волю птичек выпустить, к свободе.
Принцесса испугалась: «Это ль не к грозе?
И станет ли светлей на небосводе?»
И изменив немного имя,
Принцесса на опушку вышла
И поделилась с миром дорогими
Птенцами, преисполненными смысла.
И зяблики летели и летели,
Вещая всем о счастье или боли,
Как будто девушке помочь хотели,
И совершенно разные играли роли…
Один впорхнул в семейство Жабы,
Другой, быть может, долетит до Ведьмы,
Но главное, что для принцессы надо —
Чтоб хоть один побыл на той планете,
Где искренний Маленький Принц
Очень долго ждёт почтальона,
Чтоб узнать, как уменьшить размеры границ
И разрушить земные каноны!

Мой Петербург

У Сампсониевского моста

Стараюсь показать я вам прекрасный мир,
Где нет предательства и боли,
Где хорошо, и ты не сир,
И где чужие не играем роли…
Где солнце светит круглый год,
Погода пасмурною не бывает,
Где под ногами белый кот
Лежит, тихонечко зевает…
Я приглашаю вас открыть глаза пошире,
Окинуть взглядом суматошный мир…
Я буду с вами здесь часа четыре,
Любуйтесь в окна лучшей из Пальмир!
И здесь вас собираю не случайно —
Чтоб отвлеклись от будней суеты,
Чтоб посмотрели, как необычайны
Быть могут отблески речной воды…
Люблю я очень осень золотую
И вам решила тоже показать
Ограду сада Летнего литую,
Которую никто не смел продать!
За ней сейчас ликует осень,
Смотрите – листьями помашет нам!
И сад сегодня скромен и не грозен —
Свои одежды все – к нашим ногам!
Смотрите же – Исаакиевский собор
Врезается в седеющее небо…
Не отвести никак оттуда взор
И вечно любоваться этим мне бы!..
Но переводим взгляд левее
И видим купола от Спаса-на-Крови
А если ближе и правее —
То здесь Аврора vis-a-vis.
Сегодня солнце, а, быть может, ливень —
Неважно – хорошо мне здесь всегда!
В любое время Петербург мне дивен
И не нужны другие города!
Мой Петербург – не только здания, каналы, реки,
Не только Невский, Биржа, Эрмитаж,
То ощущение, что в жизни скором беге
Я не одна иду на абордаж!
Мой Петербург, ты не бываешь скучным,
Ты многогранен и велик!
И мы с тобою неразлучны,
Хотя ты здесь навечно, я – на миг!
Не хочешь отпускать меня надолго,
Но позволяешь полноценно жить
И в жизнь мою добавишь много шёлка,
Чтобы могла я головы кружить!
Vis-a-vis – в данном контексте имеется в виду «напротив»

«Дворцы, ограды, лес и парки…»

Дворцы, ограды, лес и парки,
И Чижик-Пыжик под мостом…
Бывает, что, не оценив подарки,
Мы сожалеем, но – потом.
Как важно всё это увидеть
И вовремя осознавать,
Чтоб не пришлось себя возненавидеть
И думать: «Поздно понимать!»
Дворец и площади вид дивный…
Как, Питер, я тебя люблю!
Не предавал меня ты, милый,
За что тебя боготворю.
Мой Петербург – каналы, реки…
И солнце, отражаясь в куполах,
Нам говорит: «Здесь я навеки,
Хоть и скрываюсь в облаках».
Мой Петербург. Всё здесь родное.
Ты мне поддержка, как всегда,
Здесь я не знаю, что такое
«Непоправимая беда».

«В кафе сижу… Казанский за окном…»

В кафе сижу… Казанский за окном,
И солнце ярко светит…
Мне хорошо сегодня днём,
Но небо на вопросы не ответит.

«Мой Питер, знаю все твои дворы…»

Мой Питер, знаю все твои дворы,
 Я вхожа в самый дальний закоулок,
И хоть они достаточно стары,
Мне дорог каждый переулок!
В тебе мистического очень много,
До тайн своих меня ты допускаешь,
Ты открываешь предо мной дороги
И почему-то нежно опекаешь!
Обращение «Питер» к Петербургу употребляется автором любовно, как уменьшительно-ласкательное, а не пренебрежительное.

«Что с тобой, любимый город?…»

Что с тобой, любимый город?
Почему так много злости?
Понимаю – январь, холод,
Но пришла-то я не в гости!
И зачем ты обижаешь
Тебя любящую дочку?
Ты хорошим же бываешь —
В это верю я, и точка!

«Мой Петербург, тебя я покидаю…»

Мой Петербург, тебя я покидаю,
Пускай на время, а не навсегда,
Но я вернусь к тебе, я знаю —
Ведь неродные мне другие города!

«С интересом однажды в вагоне метро…»

С интересом однажды в вагоне метро
Я разглядывала пассажиров…
Кто в айфоне играет, кто смотрит хитро,
Не похожи на дебоширов…
Кто книжку читает, кто ругает детей —
Контингент, в общем, так – разнопланов,
Внешне – всё как обычно и всё без затей —
Тридцать нимф и десяток кайманов!

«Мне говорят, что я не стерва, а живая…»

Мне говорят, что я не стерва, а живая,
И фотографии лишь отражают маски,
Которые, из дома выходя, я надеваю,
Чтоб не мешали люди мне играть в раскраски:
Я не смотрю на проходящих мимо,
Любуюсь городом и серым небом
И понимаю, что я им любима,
И он всегда меня накормит хлебом!
Раскрашиваю улицы, проспекты
И выливаю краски на мосты,
Стараюсь я исправить те дефекты,
Которые здесь в силу широты…

Мой мир

«Ты меня не узнаешь теперь…»

Ты меня не узнаешь теперь —
Я другая и внешне не та же,
Я за прошлым захлопнула дверь,
Жду, что будущее мне покажет!
Я не помню ни зла, ни обид
И очистила мир свой духовный,
Но порою от хамства людского знобит,
И гляжу я на это безмолвно…

«Когда-то в небе был разряд случайный…»

Когда-то в небе был разряд случайный
(Десяток лет примерно так назад),
Образовался тогда шар необычайный,
Но был ещё он мал и слабоват…
И вот на землю сразу он спустился,
Но от него шарахались как от огня,
О стены ударялся, о дома он бился,
Но становилась крепче лишь броня!
И изнутри сильнее разгораясь,
Сжигая свои чувства, суть,
Энергии всё больше набираясь,
Он никому теперь не даст уснуть! —
Он озаряет своим светом горизонты
И ослепляет больно всем глаза,
Безжалостно он расплавляет гóнты,
На правду жизни этим указав…
И с каждым разом он всё ярче светит,
Нас обжигая, причиняя боль…
Пока однажды кто-то всё ж заметит
И отведет ему другую роль!
Он укротит его и сбережёт,
Направит в русло дикую стихию,
И снова для себя его зажжёт,
И пронесёт во времена лихие!
Гонты – тонкие пластины для кровли крыш.

«Может быть, что я не идеальна…»

Может быть, что я не идеальна,
Может быть, и не так хороша,
Но я очень стараюсь нормально
Жить по совести, честно дыша.
Становиться мне хочется чище,
Пусть не всё удаётся порой,
Но пытаюсь сердца жилище
Не испортить пустой мишурой.
Укрепляю фундамент цементом
Из поступков и верных слов,
Из красивых приятных моментов,
А стены леплю без углов.
И камни эти я шлифую,
Чтоб прикоснуться было к ним приятно,
И строю стену не глухую,
А чтобы всем было понятно.

«Я давно не гляжу на лица прохожих…»

Я давно не гляжу на лица прохожих…
Почему потеряла к ним интерес?
Может быть, я не вижу мыслей в них схожих
И духовности часто не вижу прогресс…

«Как-то так по жизни сложилось…»

Как-то так по жизни сложилось,
Что, по сути, всегда я одна —
И когда я в школе училась,
И когда работа дана…
Как-то так – я во всём одиночка,
Хоть казалось, что люди вокруг,
Не стремилась поставить я точки,
Всё само получалось так вдруг…
Каждый раз удержать я пыталась,
Что меня покидало внезапно,
Не поняв, что на время досталось…
Как при этом мне было досадно!
Но сейчас, оглянувшись назад,
Мне почти всё стало понятно —
Для чего попадала я в ад,
Почему было так неприятно:
Проходила учёбы маршрут
И зачёты сдавала исправно,
Не теряла бесценных минут…
Как же, кажется, было недавно!
А теперь всё прошло, улеглось —
Круг замкнулся, и я иду дальше,
Всё плохое вдали пронеслось!
Поклон Богу за это нижайший!
СкороКнижный режим