Глава 3. Айуми
«…Районы, в которых располагались общины гейш, назывались „цветочными улицами“ (ханамати). У гейш не было фамилий, а имена переходили по наследству от предыдущих гейш этого ханамати. Сделать гейшу своей „второй женой“ было по карману только самым богатым, лишь наличие высокого социального статуса и большого достатка могло позволить мужчине такую роскошь. Содержать гейшу считалось особым шиком, престижем и не просто приветствовалось, но и почиталось…»
Последние слова из книги были аккуратно перенесены в блокнот с заметками для моей выпускной работы. Время от времени я действительно пользовалась ноутбуком, и это было практично, но бумага и ручка могли в большей степени заставить информацию перевариться в голове.
За исключением редких дней, когда я готовилась к экзаменам в общежитии, Лилиан при любой возможности давала понять, что я слишком старомодна и мне давно пора скачать приложения для заметок на айпад.
– Никто не хранит такой объем информации в бумажном виде! – с упреком как-то сказала она, с небрежным видом оглядывая кучу аккуратно разложенных блокнотов.
– Зато ты всегда знаешь, что подарить мне на день рождения, – аргументировала я. Это была чистой воды правда,
– Очередную макулатуру, да-да, всем нам это знакомо, – вздыхала она.
– А вот тебе сделать подарок – задача не из легких, – отшучивалась я. – Легче взобраться на Фудзияму дважды.
Два часа прошли незаметно. В библиотеке почти не было людей, потому что время близилось к девяти вечера, и скоро придется уходить, хотя мне так хотелось остаться. Здесь было мое убежище от шумного Токио. К шуму этого города невозможно привыкнуть ни через год, ни через шесть лет, поэтому с момента обоснования в Японии я нашла немало уютных и тихих мест, среди них были и синтоистские святилища. Но делать домашние задания и писать выпускную работу в храме было не самой лучшей идеей из-за отсутствия места, где я могла бы разложить свои вещи, поэтому я просто частенько приходила туда помолиться за себя и за других.
С момента нашего последнего разговора Сэкигути-сан больше не попадался мне на глаза, или же я старалась обходить в университете те места, где чаще всего можно было на него натолкнуться. Но признаться честно, мне было приятно знать, что он читал мою работу. Мое исследование предполагало современное понятие гейши в Японии. Не что-то совсем новое для науки, но я решила добавить много значимых деталей в труды других исследователей и тем самым защититься этой весной. Осталось десять дней.
В моем кармане завибрировал телефон. К удивлению, это было сообщение от Макото.
Макото [20:45]
Справа от библиотеки и до конца улицы есть бар SUISUI. Мы все уже там. У тебя есть 10 минут.
«Все?» – мгновенно пронеслось у меня в голове.
Лилиан и Макото были для меня самыми близкими и самыми занудными друзьями, а слово «все» явно предполагало больше двух людей. В России у меня осталась подруга детства, с которой мы были не разлей вода почти до самого моего отъезда в Японию. Но с каждым годом наше общение становилось все менее активным и сократилось только до лайков и комментариев в социальных сетях. Мне ее не хватало. За шесть лет я так ни разу не была дома. На этом настоял Сэкигути-сан.
Я подавила в себе маленькое раздражение, собрала по столу разбросанные ручки и карандаши.
– Всего один час, и в 22:00 я уже вернусь к себе, – дала я обещание самой себе напоследок.
Дверь за мной закрылась, а вместе с ней прозвенел колокольчик – фурин, который японцы любили вешать из-за его якобы способности создавать прохладу, воздействуя звуком на организм.
На первый взгляд заведение было очень похоже на закусочную. Хоть пространство и небольшое, зато обставлено очень уютно.
Глазами я быстро отыскала белые волосы Макото, которые явно выделялись на фоне облысевших взрослых японцев. Большинству посетителей бара было давно за 40, и наша молодая компания явно добавляла колорит этому заведению. В дальнем углу я увидела незнакомого мне человека, а рядом с ним Лилиан, которая держалась за свой живот, очевидно услышав недетскую шутку.
– Айуми, ну наконец-то, мы все заждались, – сказала Лилиан, рукой показывая на мое место. – Садись рядом с Такуми-саном.
Наши взгляды мимолетно встретились еще раньше, когда я пыталась пройти через середину зала до нашего стола в углу. Мне даже на секунду показалось, что он европеец, но чем ближе я подходила, тем сильнее мое заблуждение развеивалось, и передо мной был стандартный японец. Просто чуть более ухоженный и чуть более симпатичный.
– Вас зовут Такуми? – спросила я, глядя на человека, который явно был для нас не сверстником.
– А вас зовут Айуми? – произнес он это с удивительно похожей интонацией, не забыв при этом вздернуть свой острый подбородок.
– Нет, – нарочно соврала я и села на предложенное место.
– Хэй-хэй, ребята, мы же только начали, Айуми, – обратился ко мне Макото, дружески похлопывая меня по плечу. – Это Такуми-сан. Мы познакомились с ним еще года два назад, когда у меня были вопросы по вложению в криптовалюты. Я даже как-то упоминал, что изучаю этот вопрос с опытным человеком. Ну так вот, это он самый, – договорив, он пропустил еще один стакан саке.
– Будешь? – предложил он мне тоже.
– Нет, мне еще на двух ногах возвращаться домой, – резко возразила я, с презрением посмотрев на весь этот набор для алкоголиков.
Это было правдой, так как стоять в метро 1—1,5 часа было не самым легким занятием, а если при этом у тебя будет плыть изображение перед глазами, то, глядишь, останешься ночевать в вагоне.
– Если дело в этом, то я могу вас подвезти, – к моему удивлению, предложил свою помощь Такуми.
На вид ему было давно за 30 лет, костюм, расстегнутая на одну пуговицу рубашка. Расслабленная поза. Все в нем выдавало человека, занимающегося точно не наукой и уж точно не историей.
На какое-то мгновение мне показалось, что он флиртует, но ошиблась.
– Подвезти всех вас, – уточнил он, постукивая костяшками пальцев по столу.
Я вздохнула и протянула к себе кувшин токкури, в котором обычно подается саке. Я очень редко пью алкоголь, даже совсем не пью, если быть точной. Но напряжение последних недель сказывалось на моем настроении и его переменчивости, и чтобы не испортить вечер своим друзьям, которые и так терпели мою некую форму асоциальности, я подвела чашку к губам, и приятно-горьковатая жидкость наполнила мой желудок.
– Приятно познакомиться, Такуми-сан, – протянула я в натянутой улыбке и попыталась расслабиться.
