Глава 5
Волков зашёл в отдел милиции в Краснозёрке и показал развёрнутое удостоверение дежурному офицеру.
При виде удостоверения старшего оперуполномоченного по особо важным делам областного управления, дежурный от неожиданности подскочил в кресле и снова опустился на место.
– Да не нервничайте вы так, старлей, скажите лучше, где у вас тут опера сидят?
– Да вот, – указал он на входящего в отдел мужчину.
– Товарищ майор, тут вас спрашивают, – обращаясь к мужчине, кивнул дежурный на Волкова.
– В чем дело? – спросил мужчина.
Волков открыл и показал ему удостоверение.
– Извините. Я начальник розыска майор Фаломеев, Игорь Денисович, – представился мужчина Волкову. – А вы, как я понимаю, и есть человек из «управы», по поводу убитой в Казанаке девушки?
– Да, это я и есть, – подтвердил, Волков.
– Ну, пойдёмте ко мне, там и поговорим, – предложил Фаломеев.
***
– Боюсь, что ничего для вас нового, я сообщить не смогу. Всё, что мне известно, есть в деле. Казанак, та ещё дыра и находится далеко в стороне от каких-либо транзитных дорог. Посторонних, которых бы не знали местные жители, там не бывает. Тело нашёл местный житель на берегу озера, в кустах. Он там обычно мордушку ставит, ну и как всегда, утром пошёл проверять, а там труп на берегу. Вечером трупа не было, а утром, появился. След от протектора был. Резина УАЗиковская, а там, кто его знает? Может и любой джип, на этой резине быть. Мы все известные УАЗы в деревнях, что поблизости перетрясли, и ничего. Участковый в этой деревне живет, но тоже ничего не видел.
– А как мне туда добраться? – спросил Волков.
– Туда автобус по расписанию ходит, утром и вечером по понедельникам, средам и пятницам. Сегодня как раз среда, но он будет только вечером.
– Это ваш Паджерик у отдела стоит? – поинтересовался Фаломеев.
– Мой.
– Ну, тогда без проблем, если конечно дожди не зарядят. Только… А, впрочем, я вам сейчас дорогу объясню, сами доедете. Карта есть с собой?
– В машине.
– Принесите её, будьте добры, – попросил Фаломеев.
Фаломеев подробно объяснил Волкову, как можно добраться до Казанака и обвёл дорогу фломастером, не забыв отметить на полях карты, особые приметы.
– Долго ехать придётся, но если прямо сейчас выедете, к вечеру доберётесь, а участковому я позвоню, он вас встретит. Только вы на его состоянии, внимание не заостряйте.
– А что с ним не так? – удивился Волков.
– Да, дефицит кадров, – махнул рукой Фаломеев. – Некем нам его заменить, а он там уже лет тридцать участковым служит, ну и пользуется этим, закладывает за воротник. Но там в общем-то порядок, он там никому особо расслабиться не позволяет.
Волков попрощался с майором Фаломеевым и отправился в путь.
***
Ехать пришлось в основном по грунтовке и чтобы не убить подвеску, весьма осторожно. Машин на дороге не было, а вокруг сплошные поля с редкими перелесками.
«Вот живут же люди в такой глуши и ничего… Живут себе и живут. В Кыргыте, на месте прежней службы, обстановка была куда как мрачней и намного суровей. Там тайга, – вспомнил Волков родной Кыргыт. – Здесь похоже, если сломается машина, долго помощи ждать придётся. Да ещё и какой помощи-то? Так, на прицепе только до жилья дотащат и пожалуй, всё. Такую машину в этой глухомани починить просто не реально», – подумал Волков слушая как в очередной колдобине, жалобно пищит подвеска его Паджерика.
***
Слегка поддатый старшина участковый, по виду далеко за пятьдесят, про таких говорят: «такой молодой, а уже старшина». Встретил его на въезде в деревню в обнимку с каким-то мужиком, что-то горячо внушая прямиком в волосатое ухо, обняв его за шею.
Увидев необычную для этих мест машину, оба дружно повернулись в сторону основательно запылённого Паджерика.
– А это уже по мою душу, пошёл отсюда! – пинком под зад, придал мужику правильное направление, участковый.
– А я вас тут с самого обеда дожидаюсь, товарищ майор. Как мне позвонили, так тут и торчу, – подошёл к вышедшему из машины Волкову, участковый.
– Бочкарев, Илья Матвеевич, – представился он Волкову.
Старшина Бочкарев в отличие от своих командиров, действительно, никакого начальства ни боялся. Ему было всё равно, что о нем подумает и доложит, этот холёный хрен из управы. Кроме как на пенсию, его уже не уволят, да и на пенсию тоже, не уволят. Кто ж сюда, на его место поедет-то? Он тут всю жизнь, уже больше тридцати пяти лет, службу тащит и ни у кого и в мыслях нет его заменять, потому как – некем. А то что он с утра принял на грудь… Так любой скажет, это его обычное состояние и на качество его службы, не влияет.
Коля Волков, сразу, с первого взгляда, определил отношение этого матёрого служаки к его персоне, но не удивился. Сам службу почти в такой дыре начинал и аж до капитана дослужился, и если б не случай, так и сидел бы там в капитанах, простым опером. Время было уже позднее, вечерело и нужно было как-то налаживать отношения с местной властью, которую здесь, представляет именно этот вот, старшина. А то ещё поселит на ночь в сарае. Николай не вчера родился и не со вчерашнего дня работал опером, а потому, всегда имел в машине и блок сигарет и пару бутылок приличного коньяка. Вот именно с этого набора, он и начал разговор с местным владыкой, старшиной Бочкаревым.
– Фууу, ну и дорога тут у вас, – протянул Волков. – Кое как доехал. Жара, пылища, колдобины, а ещё башка трещит, спасу нет. Вы-то сами как, старшина, не составите мне компанию?
Пошарившись в салоне Паджерика, майор выудил из его недр бутылку коньяка и с унылым видом, продемонстрировал её участковому.
Бочкарев заметно сглотнул слюну, видимо, что на свете кроме самогона бывает ещё и такой напиток, он уже стал забывать и расплылся в улыбке.
– Так это, товарищ майор, поехали ко мне. Вон мой домик, метров в пятидесяти отсюда стоит. Вы пока к ограде подъезжайте, а я сейчас закуску организую, – сказал участковый и почти бегом отправился куда-то в сторону соседних домов.
Вернулся старшина довольно быстро, с большой плетёной корзиной в руках,как потом выяснилось, лежал в ней шмат сала, банка с солеными огурцами, вязанка вяленой рыбы, домашнего копчения колбаса и куча зелени, а сверху всего этого великолепия, закутанный в полотенце, возлежал свежеиспеченный каравай.
«Закуска конечно больше для самогона или водки, но сгодится и для коньяка», – подумал Коля.
– Заходи в дом, – пригласил Бочкарев. – У меня там холостяцкий бардак, ну уж, не обессудь, живу как живу…
После первой стопки, Волков предложил отбросить чины и обращаться к друг другу по простому.
– Меня Коля звать, а тебя Илья, вот давай так и разговаривать, без чинов и званий.
– Согласен, – кивнул Илья и вопросительно взглянув на Волкова, потянулся к бутылке.
– Наливай… – разрешил Волков. – Пить так пить, у меня в машине, ещё бутылка где-то валяется… Вот ты, Илья думаешь наверное, что я белая кость, приехал тут к вам неумытым из управы, права качать… Мне уже за пятьдесят, и я половину своей жизни прослужил в Кыргыте. Не слыхал о таком месте?
Бочкарев отрицательно покачал головой.
– Неа, впервые слышу.
– То-то и оно, что эта дыра, похлеще вашей… Я там за двадцать лет службы, больше простого опера и капитана, ничего так и не получил.
– А в Новосибирске-то как ты оказался, да ещё на таком месте?
– Это длинная история, дружище… Но оказался я в этом городе, случайно и по началу работал в одном из районных отделов, а уж потом, перешёл в управу. И кстати, перешёл с более высокой должности. Люблю, я Илья на земле работать, а не в кабинетах штаны протирать.
– А я вот, всю жизнь, только здесь и прослужил и никуда, никогда, даже и не думал перебираться. Прирос тут, корни у меня в этом селе, куда я от них…
– А про найденный на берегу озера, труп девушки, что можешь сказать? – поинтересовался майор.
– Да ничего не могу. Её на другом от села, берегу нашли. Там кто угодно мог приехать и уехать незамеченным. Вот ты когда сюда ехал, много кого встретил?
– Я вообще ниодной машины не видел, – ответил Волков.
– Вот то-то и оно… Тут этих просёлков, тьма тьмущая и уехать по ним можно, куда хошь.
– Ну, а вообще, сюда по каким либо делам, кто обычно приезжает?
– Почту привозят, автобус ходит, ветеринар может приехать, коллеги мои или доктор… Но это всё редко. Обычно сюда просто так, без дела, не ездят.
В комнате зазвонил телефон и только что опрокинувшийся себе в глотку стопку коньяка Бочкарев, поперхнулся от неожиданности и закашлялся.
– Вот ироды царя небесного, выпить спокойно не дадут, – тяжело поднялся он из-за стола и подошёл к телефону.
– Это тебя… – протянул участковый трубку, Коле.
– Да, Волков слушает… – прижав к уху трубку, произнёс майор.
– Вас срочно в управление вызывают, товарищ майор, – доложил Волкову дежурный по Краснозёрскому райотделу. – Ещё один аналогичный труп, нашли.
«Вот же блин, непруха какая. Но всё равно, раньше чем утром, я отсюда выехать не смогу», – подумал Николай.
– Всё, Илья, ты как хочешь, а я завязываю… Мне завтра с рассветом, нужно обратно ехать, в управу срочно вызывают. Если будет мало, – кивнул на бутылку Волков, – скажи сейчас, я из машины ещё одну принесу.
– Да ладно, я лучше её у тебя с утречка попрошу, на опохмелку, а ты вон, на диване ложись, я тебя тревожить не буду, во двор пойду.
Бочкарев сгрёб со стола недопитую бутылку, стопку и шмат сала с хлебом, и вышел во двор.
Утром, Волков для очистки совести, всё же решил доехать до места где был найден труп и попросил Бочкарева показать ему, где это произошло.
– Да вот здесь она и лежала. Не понимаю, почему он не закопал тело где-нибудь в лесочке и дело с концом? – удивлялся Бочкарев.
– Кто знает? Возможно, что узнав причину по которой убийца оставляет свои жертвы практически на виду, мы его когда-нибудь и поймаем, – ответил майор.
Облазив весь берег и ничего интересного не обнаружив, он позвал Бочкарева в машину.
– Садись, Илья, домой тебя завезу. На тебе вот, как обещал, – достал из бардачка бутылку коньяка Волков и протянул её Бочкареву.
– Благодарствую, а ты приезжай, майор. Просто так приезжай. Я тебе тут и охоту и рыбалку организую, отдохнёшь по полной, – простился с Волковым участковый, старшина Бочкарев.
Новосибирск
На этот раз ехать далеко на место преступления не пришлось. Труп девушки с аналогичными ранениями, был обнаружен в черте города под мостом, на берегу Нижней Ельцовки. Мост находился на оживленной, ведущей в Академгородок трассе, по которой движение не останавливалось, ни днём ни ночью.
«Кто-то по любому должен был видеть остановившийся на мосту автомобиль. Кто-то должен был видеть и наверняка видел, но вот кто? Было бы неплохо по телевидению обратиться с такой просьбой, но начальство и так трясётся, старается как можно дольше скрыть серию», – подумал Коля Волков.
– Ну что, Витя, снова похоже одно и тоже? – подошёл он к эксперту Кошевому.
– На первый взгляд, очень похоже, ну а дальше покажет вскрытие. Пока только могу сказать, что пролежала она здесь приблизительно около двух недель. Способ убийства и характер повреждений коленных суставов похожи и то же ярко выраженное несоответствие личности с её нарядом. Никак её наряд не вяжется с её предполагаемым образом жизни.
– Погоди-ка Витя… Сколько ты сказал она здесь могла пролежать?
– Это может быть неточно, но около двух недель.
– Но тогда, получается, что это второй труп, а не третий. Первое убийство было совершено в Краснозёрке, второе здесь и в Северном, третье. То есть, начинал он из Краснозёрки, если конечно где-нибудь не лежит ещё какой-нибудь, более ранний труп. Я ведь в правильном направлении мыслю, Витя?
– Правильно, Коля. Правильно ты мыслишь. Судя по времени их смерти, именно так и было.
***
«Странный какой-то маршрут у убийцы, по логике получается, что своё движение по этому маршруту, он начал от Краснозёрки, проехал Новосибирск и уехал в Северное. Прямо какой-то Бермудский треугольник получается».
Коля Волков разглядывал карту области и старался понять логику убийцы, но ничего путного, в голову не приходило. На карте не было обозначено и половины всех проселочных дорог, по которым в эти два места, можно было подъехать на внедорожнике. Да и как все жертвы, судя по всему изрядно пьющие, оказывались у него в машине? В милицию по поводу пропавших похожих девушек, ни поступило вообще ни одного заявления, хотя если судить по их наряду, такие заявления, быть должны. У всех же на пальцах имеются обручальные кольца, а их мужья, в ус не дуют. Так не бывает.