Роман действительно сильный — редко встретишь такое плотное сплетение социальной драмы и личной, почти религиозной темы возвращения к себе в последний момент.
По сути, это социальная трагедия в духе американского натурализма — близкая к Драйзеру ("Американская трагедия" вышла всего годом раньше, в 1925-м, и параллели прямые) — но с отчётливо еврейским подтекстом: историей человека, который купил себе место в верхах ценой отказа от собственной души.
Что же мы видим в этом романе?
Пустоту высшего общества и лицемерие морали: жена, любовник, светская хроника, охота прессы за "интересным материалом" (даже смерть героя становится сенсацией, а после — просто забывается) — всё это рисует картину мира, где искренних чувств почти не осталось, а есть только видимость приличий.
Читать далее
3 понравилось
