Глава. 8
«…В Кисловодске на тропе бродит много бездомных собак. Их стаи собираются по утрам и тоскливо смотрят на проходящих…
Малейший жест внимания со стороны любого прохожего вызывает у шавки собачью радость. Она со сдержанным удивлением бросается к человеку, кружит у его ног, забегает немного вперед, немного отстает и, горделиво осознавая свое превосходство над отставшими собаками, сопровождает своего избранника всю прогулку. Собака узнает своего хозяина и в следующие дни. На следующих прогулках она остается верна своему избраннику на всем пути, как бы далека и утомительна ни была прогулка.
Но наступает время отъезда с курорта. И однажды утром не встречает собака своего спутника. И вновь тускнеют собачьи глаза, и вновь она становится обыкновенной дворняжкой с опущенным хвостом и опавшими ушами, и вновь она пополняет стаю бездомных и бесхозных, пока не попадет на отлов живодерам…
Но я хоть и пес – но человекопес, человекособака! Меня не поймают живодеры, а радость встречи осталась навсегда.
Так хочется побыть с вами, дотронуться до вас жадными руками, бездумно слушать музыку ваших слов, смотреть, смотреть и чувствовать, что не насмотреться. А может быть, главное – это включиться в вас, в ваши мысли, в ваши думы и заботы. Вновь переживать с вами все-все. Вновь удивляться тому, что как-то сразу и незаметно стал вашим продолжением, отражением ваших мыслей, ваших тревог и забот».
Романтик, мечтатель, поэт или фантазер. Когда это было? Двадцать лет назад?..
Целый рассказ. Неспешное описание природы. Так сейчас уже не пишут. Да и тогда, наверное, редко кто писал. Славе, во всяком случае, никто. Нет, бывало, что писали письма. И длинные. Майер, например. Только они всегда были про что-то конкретное. Но вот так, чтобы просто про собак…
Слава вытащила из пачки другое письмо.
«…А пока я продолжу рассказ о женщине, которую я встретил, о женщине, сидящей напротив. Мало-помалу стало выясняться, что она прекрасный, умный собеседник по всем «мужским» и «женским» вопросам – будь то проблемы мировой политики или моды, или французской косметики.
Я, конечно, в модах не мастак, но уж и не такой профан, чтобы не оценить по достоинству изысканность вкуса дамы, сидящей напротив. С удивлением стал замечать за собой рождающуюся постоянную и неуклонную потребность в ее присутствии. Почему-то я сразу почувствовал себя с ней легко, свободно.
Я нес всякую ахинею, что-то рассказывал, что-то комментировал и вдруг осознал, что она меня охотно слушает. Уж не мне тебе рассказывать, как завязываются подобные знакомства. Но я не знаю. Как не знает и восточная мудрость, утверждающая, что не виден и неведом след орла в небе и неведом путь мужчины к женщине. Но я прошел этот путь навстречу ей, и она прошла свою часть пути ко мне. Она прошла гордо, с достоинством, красиво и с уверенностью в своем праве на этот путь, в своем праве встречать на полпути того, кто идет к ней по ее зову…»
Неужели это все про Риту? Слава покачала головой. А ведь она ее, получается, совсем не знает. Так, а вот и стихи:
Слава переворачивала пожелтевшие, ставшие твердыми листы, и перед ней рисовалась картина того самого знакомства, случившегося много лет назад в санатории на Северном Кавказе.
– Павел Терентьевич, если вы не возражаете. – Мужчина привстал, чем рассмешил Риту.
– А чему я должна возразить? Тому, что вас зовут Павел Терентьевич, или тому, что мы с вами сидим за одним столиком? – Она прямо смотрела на мужчину, весело улыбаясь.
Павел растерялся: действительно, к чему это он сказал «не возражаете»?
– Не обращайте внимания, скорее всего я имел в виду, что представился по имени-отчеству. Вы молоденькая.
– Ха! Мне почти сорок, сын – подросток.
– Первый раз вижу женщину, которая вот так, с порога, выкладывает сразу всю информацию о себе, причем начиная с возраста.
– Ой, надо же, действительно. Причем заметьте, возраст я себе добавила! Вообще-то нет еще тридцати девяти.
– Ну а имя-то у вас имеется?
– Точно! Имеется. Причем красивое! Угадаете?
Павел задумался.
– Вера?
– Почему Вера? Вашу жену зовут Вера? – Рита прищурилась, чем заставила его закашляться.
– Жену зовут Елена, – глухо произнес он.
– Ну вот. Все точки над «и» расставлены. Вы женаты, я замужем, в Кисловодск мы приехали лечиться. Ах да! А зовут меня Маргарита. Красиво? Вот так-то. И я опаздываю на ванны!
Рита уже на ходу допила чай, развернулась на своих каблучках и быстрым шагом вышла из столовой.
И имя красивое, и сама красивая.
«Так и хочется рассказать тебе по этому поводу одну псевдовосточную псевдолегенду. Итак… Пришла пора эль-Рашиду обзаводиться семьей. Дал ему отец на оплату калыма триста динариев. Но за такую сумму, выяснил скоро эль-Рашид, можно было купить только собаку, а ему, естественно, нужна была невеста. Огорчился эль-Рашид и побрел по стране и ее окрестностям в поисках невесты. Но и на стороне не встречал он дешевых невест.
Долго ли, коротко ли бродил он по белу свету, пока не повстречал девушку, за которую отец запросил всего триста динариев. Как оказалось, была она с дефектом: все тело ее покрывали болячки. Струпья мешали ей даже ходить. Не было лучшего выбора у эль-Рашида и остановил он свой выбор на Зулейке. Обрадовалась она предстоящему замужеству, благодарностью и огоньком любви заблестели ее глаза. И – свершилось чудо. Сошли с нее болячки, и стало ее тело прекрасным и нежным, как и сердце, дарящее любовь своему эль-Рашиду. Зажили они, радуясь друг другу.
Но вот подошла не только другая страница моего письма, но и другая часть их жизни. Тяжко заболел эль-Рашид – ослеп по велению Аллаха. Исчез из его очей свет мира, и проникли в его сердце печаль и несправедливость. И не захотел он быть слабым и больным перед любимой женой! И прогнал он плачущую и жалеющую его. И ушла она в слезах. Но не сломилось ее сильное и гордое сердце. Под видом куртизанки проникла она в дом эль-Рашида и оставалась в его объятьях и ласкала его, как прежде. И стала она торговать своим прекрасным телом, и скопила денег для оплаты врача, и исцелил тот эль-Рашида. И вновь увидел он свою жену, и ниспослал им Аллах вновь счастье земное.
К чему все это? А вот к чему. За счастье, которое посылает Аллах, необходимо бороться, бороться и опять бороться. Что и делали герои этой притчи. А что сделали мы? Как нам победить пространство и время? Годы и расстояния?
А может, воспользоваться советом древней частушки?
Не потеряешь ли ты квитанцию от меня? И не бросишь ли этот тяжеловесный и никчемный багаж».