Не секрет, что стихи о римской империи для Бродского – это возможность говорить о современном ему Советском союзе. Конечно, есть еще и метка масштаба, но дряхлеющая империя и живущая по инерции страна действительно дают поэту просторное поле для аллюзий. В одном из моих любимых стихотворений, название которого переводится как "В лето господне" два героя – высокопоставленный чиновник (Наместник) и писатель, от лица которого ведется повествование. Как бы два противоположных полюса, неотделимые друг от друга. На фоне зарождения нового года как новой эры они оба погружены в свои проблемы, один в материальные и приземленные, другой – в душевные муки. В стихах очень мощный религиозный подтекст, заданный самим названием и развитый в пародии на рождественскую мистерию в доме Цинтии (Марины Басмановой и их сына Андрея). Игра с отсылками, здесь с евангельскими, очень характерна для Бродского и мне кажется, составляет значительную долю его необъяснимого обаяния. Другая вскользь затронутая тема – как власть манипулирует и простым народом, и местной элитой. Мне очень нравится способ, которым автор говорит об этом – без дидактики и лобового нарратива, а создавая эмоциональные образы, связывая их с остальным содержанием стихов. Это одна из самых любимых моих вещей у ИБ, и я невольно выучил эти строки наизусть…
Провинция справляет Рождество. Дворец Наместника увит омелой, и факелы дымятся у крыльца. В проулках – толчея и озорство. Веселый, праздный, грязный, очумелый народ толпится позади дворца.
Послушайте. Маслаков очень здорово читает.
117 понравилось
