
Тень объекта.
На этом месте всё лучшее в книге для меня резко закончилось, оставив размытое до грязного пятна пространство интерпретаций, причём участвовать в осмыслении и выдумывании потайных идей за автора вообще не хочется. Признаюсь, что заимел в последнее время новое развлечение: обращаюсь после столь гипнотических зыбких историй, вынуждающих читателя буквально бультыхаться в бассейне из образов, пространных предложений и несимпатичных героев, к обзорам в онлайн-медиа, чтобы убедиться — даже их маститые литературные редакторы вразумительных слов для книги не нашли.
Конечно, любители у такой прозы находятся, я отдаю им должное, извиняюсь за свои попытки иногда читать эту абстрактную заумь, но признаю: её метафизика не для меня. Отстранённое безликое повествование о пытающейся осознать собственное тело Флоре, которая находит в волшебном фонаре утешение, а во внезапно полученной на Родине миссии – смысл жизни, меня обаять так и не сумело. Помимо непритязательного сюжета без видимой кульминации и достойного финала, сумевшего разорвать этот жидкий нарыв на теле романа, не обнаружил здесь и чарующего неповторимого слога, которым заангажированные журналисты пытаются вытянуть текст из бездны безвестности за маленькие усики той самой овчарки Диогена (или Диего, кому как удобно). В мире так много книг, что поддерживать именно эту — преступление.





























