Эта книга гораздо глубже и богаче своей сюжетной завязки, так беззастенчиво раскрытой в аннотации и на обложке. Её пружина, распрямившись, запустила одно за другим три ш̶а̶р̶и̶к̶а̶ ̶в̶ ̶п̶и̶н̶б̶о̶л̶е̶ пространственно-временных линии повествования. Каждая из них развивается по собственной логике, наполняется собственными героями, которые оказались избыточно живыми, слишком сложными и многогранными для исторической шутки-каламбура. Мне сразу пришла в голову параллель с книгами Джаспера Ффорде о литтективе Четверг Нонетот, в мире которых побоища устраивают не футбольные болельщики, а фанаты Шекспира. И там, и там есть детективный сюжет, связанный с литературным каноном. При всей непохожести (у Ффорде героиня проникает в книжный мир, а у Дыбовской книжный мир проникает в героиню), эти тексты имеют общий знаменатель. Авторам обоих кажется, что читателю приятно быть соучастником литературной игры, а не просто следовать за перипетиями сюжета. Если добавить в эту компанию, например, Бине с его Седьмой функцией языка , в которой история литературы превращается в приключенческий роман, то можно увидеть, что в каждой из этих книг зашит один и тот же типично постмодернистский ход: а что если воспринимать литературу не как собрание вымышленных текстов, а как часть реальности, с которой можно совершать те же действия, что и с реальностью внекнижной? Я не уверен, что роман вообще сводится к одному посланию, но если искать общий нерв трёх линий, то мне кажется, что автор хотела в первую очередь, чтобы мы качались на эмоциональных качелях вместе с героями книги, переживая их надежду, жажду любви, отчаяние, стремление к справедливости, бесстрашие, обреченность, мудрость и способность говорить правду, слушая собственное сердце. Мне кажется, что персонажей всех линий, особенно «французской», объединяет отсутствие толерантности к несправедливости, как бы по-разному они не воспринимали ее. Это очень хорошо заметно в главах о Дрейфусе, особенно сильных тем, что написаны они на реальном историческом материале. Если вы прочтете или услышите, что автор кощунственно издевается над нашими ̶д̶у̶х̶о̶в̶н̶ы̶м̶и̶ ̶с̶к̶р̶е̶п̶а̶м̶и̶ литературными святынями – не верьте. Ей хватает деликатности и взвешенности, чтобы раздать всем сестрам причитающиеся им серьги любви и уважения. В конце вас ждут эффектные повороты — именно тогда, когда кажется, что тьма сгустилась до абсолютной черноты. И мне кажется, что надежда – это тоже один из знаков, которые подает своим читателям автор. Однако, самое сильное впечатление, с которым я переворачивал последнюю страницу, состояло в том, что у Дыбовской литературная игра порождает настоящую драму. Автор придумала интеллектуальную игрушку, которая оказалась слишком маленькой для созданных ею людей. И дальше роман вынужден стать чем-то большим, чем постмодернистская шутка. Кажется, что литературная мистификация постепенно перерастает саму себя, обнаруживая второй уровень удовольствия – живых героев и их этический пульс.
112 понравилось
