Хадла

Продолжаю знакомиться с произведениями полюбившегося мне исландского писателя начала XX столетия Йоуна Трёйсти. Следующим после романа Таяние прочитан роман Хадла (Halla, 1906). Роман, с которого и началось восхождение Трёйсти к вершинам исландского литературного Олимпа, являющийся, кстати, визитной карточкой писателя. О чем роман: из Рейкьявика в один из удаленных от столицы уголков Исландии (скорее всего северо-восточное побережье, где и родился Йоун Трёйсти) прибывает священник для служения местной пастве. Он начинает неимоверно хандрить, глядя на убогость местности и на глубочайшую провинциальность крестьян, но ничего не поделать: епархия решила дать этот приход ему, то есть Халлдоуру, и это решение не изменить никак. Жена все еще пока в Рейкьявике, а Халлдоур всю осень и зиму не живет, а тает от тоски и сплина. Единственный солнечный луч в эти дни в жизни священника — красавица Хадла, уроженка этих мест, не имеющая и гроша за душой.

Кажется, история стара как мир: священника заполонила душу местная крестьянка Хадла, — для той же жизнь теперь имеет смысл только любить пастора и любить до самозабвения. Но... это не какой-то там сентиментальный романчик о невозможности любви между высшим и низшим, если смотреть на социальное положение, а серьезная драма, которую автор смог вывести на ста восьмидесяти четырех страницах, без растекания мыслью по древу.

Скажу больше: текст такой плотный, что каждую страницу проглатываешь не с легкостью, как ныне это делаю с романом Арчибальда Кронина «Три любви», а приходится напрягать мозги, так как автор очень глубоко проникает в сознание персонажей, пытаясь вывернуть их чувства и эмоции наизнанку. И что особенно понравилось: текст имеет в моем представлении некую монолитность, нет ничего лишнего, нет никакой воды, все максимально по делу, от истории автор не увиливает в стороны. Как я в предыдущем отзыве писал, Трёйсти очень талантлив как рассказчик. Нить повествования тянется истинно по-исландски: обстоятельно и не спеша.

А если же говорить о воздействии автора на воображение, то и здесь я ему отдаю должное: зарисовки быта и людей конца XIX столетия в глуши Исландии труда не составляет представить и хорошо прорисованы. Цитат также хватает. Что еще сказать: крепко сколоченная история, оставляющая в душе хорошее послевкусие качественным проникновением в людские умы и судьбы. И это едва ли не самое сильное в творчестве Трёйсти — изображать человеческие слабые и сильные стороны, уметь их наблюдать и давать определения, попутно удивляя читателя своими недюжинными писательскими способностями.