Вердикт коронёра
Ещё один военный роман Эллингем. Написан в 1945, война идёт к концу, но она отняла столько сил, даётся с таким напряжением. Мрачная и тревожная атмосфера Лондона продолжает давить, руины разбомблённых домов, обшарпанные комнатки, где ютятся лондонцы, тёмные тупички, малочисленные ресторанчики, ещё оставшиеся на плаву, но с очень ограниченным меню.
В романе поднимается редкая тема, даже не знаю, вряд ли она поднималась ещё в какой либо книге. Это тема музейных ценностей, артефактов, ценных частных коллекций, которые перед войной и во время войны секретно паковали и вывозили в глубинку, чтобы сохранить и сберечь от бомбёжек. Маршруты и места назначения были засекречены, по возможности фургоны, грузовики сопровождала охрана, но в условиях хаоса, военной паники, конечно, потерь было не избежать, что-то терялось, что-то гибло, что-то украдено или исчезло неизвестным образом. Тут могла быть и гибель из-за бомбёжек, аварий, а мог быть и налёт криминала.
К этой теме, грабежей и махинаций при эвакуации, у Эллингем примыкает тема германских планов вывоза ценностей с оккупированных территорий, были такие планы и относительно Англии. То есть поднимается тема стыковки немецких агентов с «пятой колонной», которая организует хищение и сокрытие музейных ценностей в секретных местах, с тем, чтобы после вступления немцев на остров их можно было без проблем изъять неповреждёнными. А для захвата грузовиков и фургонов нанимались как раз криминальные элементы. Выстраивалась такая цепочка или, лучше сказать, сеть, в которой соседние звенья получали своё задание и инструкции и совсем не знали, на кого на самом деле работают.
Что-то, может быть, в этих темах писательницей гиперболизировано, на какие-то моменты напущено туману, но основано на фактическом материале – то есть ценности на самом деле вывозили из Лондона и прятали, и часть из них пропала или утеряна, и криминал к этому был причастен, а потом некоторые артефакты всплывали на чёрном рынке.
В романе рассматриваются интересные линии. Он современный относительно момента написания, и в нём отражена эпоха, атмосфера, мироощущение, тенденции общества 40х годов. Происходит слом сословных шаблонов и предрассудков. Отношение общества к аристократии показано на примере маркиза Карадоса. Наблюдается явное недоверие общества к аристократии – именно её общество готово обвинить в предательстве интересов страны и в принадлежности к пятой колонне. Но оказывается не всё так просто. Да, аристократия в середине 20 века уже не та, что, скажем, в викторианский период. В этом смысле иронично показана леди Карадос, мать маркиза. Вот она точно викторианский пережиток. Её речь, поведение, поступки и образ мыслей явно в отрыве от реальности нынешнего дня, она живёт всё ещё по старым правилам и не видит, насколько всё изменилось. Это закат аристократии.
Есть ещё тема разобщённости в браке. В романе две пары, Долли и Буш, Моппет и Ставрос, которые скрывают свой брак и не живут вместе. То есть они вступили в брак и вскоре поняли, что не могут жить вместе постоянно, живут по отдельности и время от времени встречаются. Эти странные браки полу-распались не по воле обстоятельств, а по причине замкнутости, непонимания, недоверия и отражают неопределённость и напряжение эпохи. Карадос и Сьюзен могли бы стать третьей такой парой, но Карадос вовремя отказывается от свадьбы, понимая, что любви нет, а Сьюзен будет счастлива с другим человеком. Это светлый момент в романе. Ну, кроме сюрприза, который ждал Кэмпиона на самой последней странице.
Ещё можно заметить линию усталости людей от войны. Усталость Кэмпиона пронизывает роман. Он не был дома 3-4 года, выполняя секретные задания правительства за границей. Приезжает домой в Лондон в отпуск, а тут волей-неволей втягивается в расследование убийства, и полиция его не отпускает, когда он хочет уехать к семье в пригород. В итоге Кэмпион двое-трое суток не спит, продираясь через все окружающие его странности.
В романе две смерти и одно покушение. И кто конкретно их совершил, в итоге понятно. Но вместе с тем есть и некоторая размытость в том, что стоит за этими смертями, в описании преступной афёры – то есть намёками мы понимаем, что за разоблачённым преступником стоит кто-то ещё, возможно, в верхах, который связан с «пятой колонной». Какая-то цепочка ведёт к связи с немецкой агентурой, кто-то держит нити всей сети с сокрытием ценностей, и эти лица в романе не персонифицированы, они остаются в тени. И это не обязательно предательская аристократия, это может быть кто угодно. В хаосе военного времени и истерии опасность может быть везде, и она не проявляется чётко, как скажем, в классических детективах Агаты Кристи. Впрочем, и у неё, если она бралась за шпионские детективы, было всё довольно туманно и сумбурно.
Я начинаю привыкать к стилю Эллингем, и он мне нравится. Её романы писались по ощущениям текущей реальности, они одновременно интуитивные и дают тему для ассоциативного мышления. Например, всегда интересно поразмышлять над двусмысленными названиями, которые она даёт своим романам.
Забота коронёра состоит в том, чтобы вынести вердикт при внезапной смерти человека, классифицировать, что это было – убийство, самоубийство или несчастный случай. Такие общие узкие рамки. В оригинале название у Эллингем, как всегда, занятное. Оно звучит - Coroner's Pidgin. Pidgin – это упрощённый язык, жаргон, языковые клише. Коронёрский пиджин передаёт схему, общие рамки, и не учитывает всё многообразие реальности, всей сложности обстоятельств. Весь клубок тайн, интриг, связанных с маркизом Карадосом, исчезнувшими ценностями и шпионскими играми предстоит размотать Кэмпиону , иными словами, перевести пиджин на более глубокий уровень. Он это делает с помощью его друга Оутса, который, кстати, за прошедшее время получил в полиции очередное повышение.
Ну и напоследок характерная цитата от Станислауса Оутса:
- Наши полицейские силы способны действовать быстрее, чем кто-либо в мире, за исключением, пожалуй, русской армии.
61 понравилось
