
Амур и книги
В попытке убежать от сына и невестки – или все же от самого себя? – ворчливый вдовец Леонид Маркович уезжает в село Сагибово Амурской области.
После смерти жены – его прекрасной и родной Зои – он решил, что запереться от мира будет справедливо. Ее не стало, и жизнь будто постепенно угасала вокруг: как гаснут с рассветом уличные фонари; как жужжит и перегорает подъездная лампочка; как, наконец, погибают дрожащие огоньки на фитилях догоревших вечерних свечей, невольно проливая капли воска на кухонный стол через края переполнившихся подсвечников. Без нее погасло все. А остатки, даже тонко уловимые светлые лучики надежды, Леонид Маркович ежедневно гасил собственноручно, потому что глубоко в душе не мог допустить, что она больше не радуется жизни, ее голос и смех не звучат в квартире, а он несправедливо продолжает жить.
Старый дом достается ему с наследством – своенравным котом Франческо и огромной библиотекой с «живыми» книгами – не просто полки для интерьера, читанные и перечитанные книги уютно лежат на подлокотниках, будто их только что читали, громоздятся стопками на поверхностях.
А еще уединения в глуши совсем не получается – старика окружают люди. Разные, с удивительными судьбами и историями, хорошие и странные, глубокие и смешливые – и всех их объединяет любовь к книгам. Вот так интересно получается – магазина в селе нет, а библиотека есть!
В книгах ответы на любые вопросы, разгадки, подсказки, напутствия, наставления. И от скуки найдется совет, и от неизлечимой душевной раны. Книги унесут, скроют в своих мирах, дадут пищу для ума и души – вот только говори о них, рассуждай о прочитанном, размышляй над нитями историй, иначе духовная пища впрок не пойдет, не взрастет живым и верным семенем.
…читать книги и говорить о них, несомненно, два разных занятия, но одно не может существовать без другого, создавая особенные эмоции, наполняя до краев высокими чувствами, неся успокоение, насыщение, выравнивая дыхание и пульс, будто в моменты возвышенного и трепетного ремесла. Находясь с людьми, посвящавшими жизнь книгам, можно было заверить себя, что осознанное и увлеченное чтение книг – одна из форм искусства. Чувственная, сложная в трактовках, подвластная всем и никому одновременно. Владеть ею правильно и красиво могли лишь особенные – те, чьи сердца были хрупки и открыты.
С такой любовью пишет автор о книгах!
Впрочем, и о селе тоже – природа региона описана с такой искренней нежностью, что хочется непременно побывать в книжном клубе на Амуре, угоститься очередным шедевром выпечки местного маэстро кулинарии, восхититься вязаными ковриками и пройтись по заповедным тропкам и обязательно увидеть лотосы – и узнать их историю.
– Лотосы входят в число семи чудес региона, – продолжила она, уже не обращая внимания на собеседника, рассказывая будто этой воде или солнечному свету, от которого приходилось сощуривать глаза. – Самые большие плантации лотосов находятся всего в двух озерах Архаринского района: первое – озеро Долгое, а второе – это наше озеро Кривое. Разве не удивительно, что нам выпал такой дар? А вы знаете, откуда на нашем озере взялись лотосы?
Такая добрая жизнеутверждающая история!
О жизни в селе, книгах и людях – с большой душой и любовью к жизни.
Жизнь в селе таяла медленнее, чем в городской суете. Здесь она была вся на поверхности, на ладони, обнажая всякие свои смыслы и мелкие радости, затрагивая тебя всего и сразу. В городе ты лишь мельком мог услышать звонкое птичье пение наперебой, во всем его наряде, будто у пестроперого певца генеральная репетиция перед важным концертом. В городе солнце прячется за серостью облаков, а то и вовсе, не касаясь тебя, мелькнет лучом в окошке – обыденность и не имеющая ценности природная деталь, как и все остальное. Здесь же, в крошечном уголке, укрытом природой, все по-другому, и что ни день, то прикосновение к жизни. А солнце светит так, будто оно и есть главный вещатель сельской жизни – и в каждый час по-своему, в каждый миг по-особенному: на заре солнцу положено полыхать пожаром вдали, но холодным, ускользающим; на закате – закатиться за озеро или утонуть в степи среди трав, оставляя иссиня-черные пятна на горизонте, а в душе прохладу и покой; посреди дня солнечные лучи растворяются в воздухе, нагревают его, и ты, будто пирог, томишься от печного жара и не можешь дождаться, когда же остудится день; а в редкие минуты, разные, странные, солнце светит из бутонов цветов, из журчания ручьев или озера, из тяжелых, усталых медовых ароматов дворовых трав – оно, будто напитав все вокруг, излучается, отражается, множится их живой прелестью.











































