Эдвард Вонг — американский журналист с китайскими корнями, много лет работавший корреспондентом "Нью-Йорк Таймс" в Пекине.
Вонг обладает почти уникальной оптикой. С одной стороны, он родился в США, получил там образование и в целом, конечно, принадлежит к западной цивилизации. С другой стороны, благодаря китайским родителям он с детства был глубоко погружен в китайскую культуру, рано выучил язык и даже в волейбольном матче США — Китай на Олимпиаде-1984 болел не за свою родину, а за родину предков.
Судьба отца Эдварда Вонга еще интереснее. Он родился в британском Гонконге, а после японской оккупации Гонконга бежал с родственниками на юг Китая, в провинцию Тайшань. Там он пересидел войну, закончил школу в Гуанчжоу, а в 1950 году поехал учиться в Пекин. Учеба длилась всего три месяца, потому что пылкий юноша очень уж проникся патриотической риторикой Мао и записался добровольцем, чтобы воевать в Корее. К счастью, до фронта он не доехал, так как особистам не очень понравились родственники Вонга-старшего — все-таки буржуазный Гонконг, да еще и собственники мелкого бизнеса, нехорошо. Вместо Кореи Вонга отправили окультуривать Синьцзян, после чего он вернулся в Пекин, пережил чудовищный голод времен Большого Скачка, разочаровался в партии и бежал через Гонконг в Америку.
Книга довольно умно построена на двух параллельных линиях. Сначала идут рассказы о богатой на события судьбе отца Вонга, а потом они перемежаются репортажами сына, написанными в тех же местах через несколько десятилетий. Например, начинается книга с описания Гонконга 1941 года, а потом вам расскажут про Гонконг перед "воссоединением" 1997-го. Потом будет глава про учебу в Гуанчжоу, а потом сразу же ознакомимся с репортажем о Гуанчжоу нулевых. Особенно удачно в этом плане у автора получилось запараллелить сюжеты про Синьцзян, где было довольно событийно как в середине века, так и сейчас. Он туда еще и отличный репортаж из Тибета вставил, хотя его отец там и не был.
Книга показалась интересной не только благодаря сюжету и фактуре, но и благодаря некоторым глубоким наблюдениям. Например, про то, как сильно унижение XIX века продолжает влиять на Китай даже полтора века спустя. А также про то, как сильно распад СССР влияет на мышление и политику Си Цзиньпина — например, жёсткие меры в Синьцзяне и Тибете автор объясняет как раз тем, что Си видит в этих регионах какой-то аналог стран Балтии, а лютую цензуру объясняет тем, что Си считает огромной ошибкой проводившуюся в СССР политику гласности.
Познавательно и захватывающе, вполне можно рекомендовать всем любителям страноведческих книг с креном в историю.
5/5
25 понравилось
