Золотая наша железка
Обзор финалистов десятого сезона «Лицея» в номинации Ридеро "Выбор книжных блогеров". Только позавчера мы в редакции вспоминали анекдот про Платонова, тот сложносочиненный, где мальчик, разбивший окно, убегает от дворника и думает, что лучше бы сидел дома и читал Хемингуэя; Хэм в Гаване мечтает о Париже и выпивке с Андре Бретоном, а тот в Париже скучает по заснеженной Москве и разговорам о смысле жизни с Андреем Платоновым. Который гонится в тулупе, валенках и дворницком фартуке за мальчиком, думая: "Догоню, б...ь, убью!" Это было позавчера, а вчера в марафоне чтения "лицейских" текстов открываю книгу Антона Ермолина и, Voila! Ну здравствуйте, Андрей Платонович.
Для окончательного убеждения сомневающихся "Поэме будущих пролетарских снов" предпослан эпиграф из платоновских "Потомков солнца". На самом деле. роман (если классифицировать по объему это повесть, но многофигурность и глубина романного уровня) лишь стилизация под "явление сродни циклону", и даже не особенно тщательная в плане буквы. Однако автору поразительно удался дух платоновской прозы, ее остранение и наивно-восторженная детскость в разговоре о вещах страшных, порой до невыносимости. С тем отличием, что Платонов ни разу не смешон, он вообще существует словно в параллельной юмору вселенной. А с ермолинской книжкой то и дело нет, не хохочешь, но хмыкаешь согласно. улыбаешься, посмеиваешься.
По правде сказать, Салтыкова-Щедрина здесь не меньше, чем Платонова, едкая злая и, куда деваться - смешная сатира про "здесь и сейчас" напомнит читавшим Михаила Евграфовича вечно актуальную в отечестве "Историю одного города". С той разницей, что чтение обоих классиков вгоняло меня в депрессию разных степеней тяжести, тогда как Ермолин оказывает парадоксально обнадеживающее действие. Забавно, но "Поэма..." в значительной степени производственный роман. Такая себе, развернутая история перековки и перевоспитания коллективизмом, с трудом на благо общества, самых, казалось бы, безнадежных его членов.
История советского завода, заточенного под нужды военной промышленности, в Перестройку и конверсию пережившего "кастрюльный" период и потихоньку клепавшего колеса для грузовиков, который внезапно возродился птицей Феникс с началом специальной военной операции по усмирению Сатаны-Вельзевула. Кстати о птицах и огне: Стальные птицы стали прилетать и сбрасывать свои огненные яйца, а кое-кто из рабочих собрался воевать с Мировым злом в самом его средостении, однако большинство энтузиастов удалось убедить, что ковать победу в тылу не менее почетно. А на место тех, кого переубедить не удалось, с началом мобилизации пришли "уроды", предприятие оборонное, а значит - бронь. Это для вас они зумеры, для заводчан как есть уроды. Поувольнялись, конечно, как волна прошла, но некоторые остались и оказались нормальными ребятами. С мудрым Алексеичем и Сашей "Ракетой" Дёминым проторили человеческому коллективу дорогу в глубокий космос и пятое измерение.
Вот черт его знает. как он это делает, но, начав с единственного ощущения от персонажей Ермолина - "кунсткамера", заканчиваешь тем, что недотыкомки "Поэмы..." становятся для тебя людьми. Ну, или по крайней мере ты хочешь в них видеть людей, а когда нельзя, но очень хочется, то можно.
25 понравилось
