Цитаты из книги Тоже Родина

Есть четыре великих знания. Философия. Драматургия. Магия. Проза.
Философия говорит об идеях. Драматургия говорит о страстях и обмане. Магия говорит о непознанном. Проза говорит о самом главном и самом страшном.

В том году я завел себе пистолет. Какой философ без пистолета? Имея ствол философствовать удобнее и проще.

Когда отдаешь свои деньги в чужие руки, в голову обязательно приходят самые паскудные мысли. Хотя бы одна, мимолетная, но придет. Очевидно, этому способствует сама природа денег, впитывающих и концетрирующих зависть, жадность и подозрительность.

Пахло не изо рта - пахло из желудка. У всех, кто мало и нерегулярно ест, пахнет из желудка.

Кто владеет философией, тот умеет испугать, возбудить, заманить сладким и опасным.

- Откуда сам? - Из Москвы. - И как там, в Москве? - Денег много, порядка мало.

Хорошая драка на месте не стоит.

Драматургия есть месса. Умение увлечь за собой. Кто драматург - тот царь тел и душ. Кто драматург - тот извлекает из людей хохот и рыдания. Публичная политика - бездарная дочь драматургии. Реклама - глупая падчерица.

Самолет взлетает против ветра. Так же и человек. Желаешь набрать высоту - вставай против всего и всех. Против обстоятельств, против советчиков, против собственных страхов.

Я уже в том возрасте, когда согласие пугает больше, чем отказ.

Проза велит не доверять поэзии. Поэты - рабы рифмы, они слишком живописны и всё время говорят о прекрасном. А проза говорит об уродливом. Просто потому, что никто, кроме неё не скажет об уродливом.

Быть волшебником - великая мечта каждого ребенка. Но только волшебники знают, как тяжело делать волшебство.

Настоящая магия есть только там, где доведены до совершенства философия и драматургия.

Кино не умеет передать особую ауру, атмосферный нерв, запахи, тактильные ощущения. К чёрту кино, вокруг - интереснее.

Чёрные улицы, фальшивый паспорт, запах полыни, где-то стреляют из машинганов - именно таки следует жить.

Вспомни, дружище, старую мальчишескую легенду, как особо отпетые драчуны вкалывают себе под кожу вазелин, чтобы придать кулакам крепость, - так вот, врет легенда, не надо никакого вазелина, просто меси раскаленный песок, и однажды обнаружишь, что тебе боязно ударить голым кулаком живого человека. Негуманно.

Степень безрассудности и глупости соперника всегда можно определить по тому, как он использует ноги. Есть точная поговорка: «Ногами в голову бьют только дураки и профессионалы». Высокие удары, махи, прыжки и акробатика хороши для кино - на улице же ноги лучше использовать по прямому назначению. Стоять. Опираться. Прочно, крепко.

Стать главным - это не главное.

Деньги, я знаю, покрыты тонким слоем слез, пота, дерьма и семенной жидкости. Этот слой уже есть, даже если казначейский билет едва выскочил из печатного станка. Так пахнут женщиной чашки совсем нового бюстгальтера. Бреттон-вудская конференция отменила золотой паритет, но никто никогда не отменит паритета крови: количество денег в мировой системе всегда равно количеству совокупного людского страдания.

Проза часто говорит об убийцах, насильниках, душегубах. Потому что, никто кроме неё, о них не скажет. Кто-то должен говорить о смертях, болезнях, пограничных состояниях, безумии, низости, подлости, о голоде, холоде, отчаянии, агонии, глупости, косности, лени, бездушии, неблагодарности, зависти, жадности, наивности, лицемерии, ханжестве, лживости, коварстве, тщеславии - обо всем, чем бог снабдил человека, чтоб тот, не дай бог, не стал богом.