Ранее на русском выходила книга Себастьяна Сми "Искусство соперничества". Одна из глав там посвящена сложным взаимоотношениям Эдуарда Мане и Эдгара Дега. Судя по всему, при работе над той главой Сми и пришел к идее "Парижа в руинах".
Здесь Мане также является одним из главных персонажей, паритет по числу упоминаний с ним держит разве что художница Берта Моризо. Но книга далеко не только об этой несостоявшейся парочке, да и в целом не только об искусстве. Сми всю дорогу достаточно виртуозно балансирует между несколькими сюжетами: тут и политические дебаты времен Второй империи, и франко-прусская война, и парижская Коммуна, и основание Третьей Республики. На фоне всех этих событий живут и действуют упомянутые выше Мане и Моризо, а также Базиль, Моне, Гюго, Золя, Гамбетта, Тьер, Наполеон III, императрица Евгения и вообще почти все мало-мальски значимые французы того времени.
Очень часто столь амбициозная и сложная структура приводит к краху общего замысла, однако здесь автору удалось решить все поставленные задачи. Он и биографии основных персонажей уместил, и исторический контекст обрисовал, и пачкой фан-фактов поделился, и к основным выводам умело подвел — причем все это он сделал, ни капельки не теряя в общей занимательности. Какой-то мешанины Сми, несмотря на своеобразный подход к хронологии, тоже избежал, материал по полочкам разложен вполне умело (хотя пара досадных самоповторов все же нашлась).
Основная идея, насколько я понял, заключается в том, что популярности импрессионизма, которая по-настоящему начинается где-то со знаменитой выставки 1874 года, во многом поспособствовала политическая ситуация. Во времена Второй империи импрессионисты уже творили, но за исключением пары маргинальных критиков их никто всерьез не воспринимал — стилистикой Империи был классицизм, и картинам Мане и Дега все тогда предпочитали пафосные работы Мейссонье и Кабанеля (кстати, действительно сильные, просто совсем в другом жанре). Однако в сентябре 1870 года Империю ждал эпичный разгром, который среди прочего привел к девальвации ее эстетики — теперь восхищаться Кабанелем приравнивалось к тому, чтобы восхищаться Наполеоном III, а такого интеллигент 1871 года себе позволить уже не мог. Публика стала искать новых кумиров, ну и логично, что она нашла их в лице главных антиподов классицизма (тем паче большинство из них еще и были известными республиканцами). Дополнительно популярности импрессионистов поспособствовали ужасы 1870-1871 гг. — насмотревшись во время осады и Кровавой недели на уродливое лицо реальной войны, парижане расхотели любоваться слащаво-фальшивыми полотнами про античных героев и захотели чего-то более мирного и рефлексивного. Например, нормандских восходов.
Помимо чисто логических построений Сми, понравились и отдельные факты. Так, я почему-то не знал, что Гамбетта был одноглазым, а еще не знал всех этих подробностей про подвиги французских воздухоплавателей времен осады 1870 года (тут у Сми материал совершенно первоклассный). Еще к стыду своему ничего не слышал про художника Анри Реньо: он получил премию на Салоне 1870 года и все шло к тому, что парень станет новой звездой французской живописи, но вместо этого он пошел добровольцем на франко-прусскую и где-то под Парижем закончил карьеру — причем мы даже не знаем точно, как именно.
В общем, эталонный нон-фикшн. Библиотека моего воображаемого рая на 100% состоит именно из таких книг.
5/5, горячо рекомендую всем, кто интересуется данным периодом.
16 понравилось
