- Душа его великая впустую растрачена. Земляк мой сказывал, мол, хранцузы после эту баталью "Пражской резней" нарекли. А поляки давай им вторить. Про Суворова-избавителя уже успели позабыть. Сейчас он для них в чудовище обратился.
- Тебе обидно, Захар?
- Как сразу услыхал, сердце от обиды зашлось. Уже успело отойти. Остыл. Кто я такой, чтобы их судить? Раз у них такая память короткая, и без моей злобы их Господь накажет.