Все слишком далеко зашло

Временами, читая новости, он чувствовал себя пассажиром несущегося к земле самолета, за штурвалом которого сидел психбольной.

Кинник взглянул на внуков. Они и представить себе не могут, что он когда-то тоже был ребенком и что они сами однажды станут такими же старыми и дряхлыми, как он. Нет, не могут. Никто не может. И он в детстве не мог вообразить ни деда, ни дядей, ни отца с матерью детьми—а ведь они ими были. Маленькому Киннику все взрослые казались существами другого вида, динозаврами.

А ведь это правда, подумал он. Мы живы только до тех пор, пока о нас помнят. Пока кому-то есть до нас дело.

Бледного, потерявшего сознание Дина Барриса погрузили в первую прибывшую "скорую". Один из помощников шерифа поехал с ним — сначала сорок милей до Колвилла, в больницу Провиденс Маунт Кармел, а потом в тюрьму округа Стивенс.

криминалисты из Спокана и инспектор по охране дикой природы, который наверняка случайно оказался неподалеку, даже пара агентов ФБР под концец подъехала по грунтовке к крошечной ла-чуте Риса Кинника в лесу.

Самым трудным для Кинника оказалось снова привыкнуть к мобильному телефону. Он будто завел себе назойливого соседа, который бесконечно подсовывает страшные новости, - карманный дозатор тревоги и тлеющего страха.