Захер-Мазоха нельзя назвать последователем маркиза де Сада: в нем нет ничего от него, кроме двух персон: госпожи (у де Сада чаще господин) и раб (у де Сада раб воспринимается, как предмет получения садистского удовольствия).
В конце романа, он подводит итог, в котором утверждает, «что женщина, какой ее создала природа и какой ее воспитывает в настоящее время мужчина, является его врагом и может быть только или рабой его, или десподом, но ни в каком случае не подругой, не спутницей жизни. Подругой ему она может быть только тогда, когда будет всецело уравнена с ним в правах и будет равна ему по образованию и в труде». И завершая: «кто позволяет себя хлестать, тот заслуживает того, чтобы его хлестали».
В начале проглядывалась пошлость, но потом она полностью пропала. Главный герой метался то отдаваясь Ванде под ее жёсткую руку, то в сомнениях спрашивал любит ли она его — это вызывало раздражение.
На мой взгляд, де Сад, даже в «120 дней Садома», затрагивает больше острых тем, чем Захер-Мазох, и посему он имеет большее значение для культуры. Глупо отрицать его гениальность и прогрессивность.
В романе Мазоха появлялся мужчина, выглядевший как женщина, по которому сходил с ума один певец. Автор не высказывает свое мнение на затронутую тему, в отличие от де Сада, который открыто выражал все свои мысли.
3 понравилось
