Анна Старобинец добилась большого успеха сразу на двух литературных фронтах: Зверский детектив - серия из тех редких умных и увлекательных книг, которые родители с удовольствием читают вместе с детьми, и вершина ее «взрослого» творчества Лисьи броды - книга трудноопределимого жанра, в котором соединены мистика, приключения, детектив и экзотика, от которой совершенно невозможно было оторваться. Новый роман замешан еще круче: он балансирует между фэнтези и фантастикой, содержит классическую детективную загадку, действие происходит в постапокалиптическом мире, в котором люди ездят на гигантских муравьях размером с лошадь, используют в хозяйстве молоко и волосы безродных женщин, поклоняются Великому Джи и боятся его злого брата. Но книга гораздо глубже, чем можно предположить из кликбейтного описания. Чтобы сосчитать основных персонажей хватит пальцев на двух руках, однако каждый из них получился сложным, неодномерным, таким, чтобы вызывать любовь и ненависть читателя попеременно. И лейтмотив Старобинец – о том, как сложно различить доброе и злое, любовь и ненависть, светлое и темное, о том, что эти качества в людях на самом деле не взаимоисключающие, а существующие одновременно, о том, что нам как-то нужно научиться с этим жить. Это сильный, но рискованный ход – ведь траектория такого персонажа не укладывается в читательские ожидания, видится иногда сумбурной и нелогичной. Есть претензии и к миру – с одной стороны там искренне верят в Великого Джи и убивают одного из новорожденных близнецов, с другой стороны сохранились какие-то остатки научного знания. Ну и чтобы все сказать о недостатках – к детективной составляющей тоже есть вопросы: каноническая спираль подозреваемых все сужается и сужается, но развязка оказывается неожиданной для читателя – она просто проговаривается в трех последний главах. Мир произведения получился не то чтобы тщательно выписанным, но с очень яркими, цепляющими деталями. Не буду называть их, чтобы не было спойлеров, но они вряд ли оставят читателя (а особенно, читательницу) равнодушными. Эта эмоция кажется и спонтанной, и тщательно просчитанной, работающей на авторский замысел. Может быть мои впечатления слишком свежие, но мне кажется, что от Лисьих Бродов шаг сделан не только в сторону, но и вниз. Необъяснимое очарование Старобинец присутствует и в этой книге, но кажется, что в меньшем количестве, как будто более разбавленное. Однако, книгу нужно прочесть. Тем более, что мы вправе ожидать продолжения! Да здравствует весна!

Минуло семнадцать веков с ядерной катастрофы. Человечество живет в новом Средневековье религиозного мракобесия: новый бог — великий Джи, символ веры — Священная яблоня, вместо креста — яблочный круг, любая инаковость жестоко преследуется инквизиторами. Неба не видно, идет черный снег, люди ездят на мурах — мутировавших муравьях. В поселении Чистые Холмы начинается неведомая эпидемия, обвиняют в которой местную портниху, признанную ведьмой. За расследование берется недавно возведенный в сан инквизитор Кай, который пытается найти зерно рациональности в общем мраке невежества и ненависти.

Поначалу Каю довольно легко симпатизировать: он проявляет сострадание к бедным и незнатным, чистоплотен, образован, руководствуется логикой, а не предрассудками, искренне любит своего ездового мура... Но потом с персонажем что-то происходит и он не просто начинает странно себя вести, а совершенно несообразно своему первоначальному поведению: вдруг начинает проявлять религиозный фанатизм, жестокость, нетерпимость. Образ рушится, причем это не объясняется некой деградацией персонажа, автору просто так захотелось.

Читать было мерзко. Мир проработан, не спорю, но какое же здесь все мерзкое. Мерзкие мужчины, тошнотворное сведение женщин до роли инкубаторов (их доят, насилуют, вожделеют — конечно, безродных), подробное описание пыток, течек, грязи и отсталости. Тест Бекдел роман не пройдет.

Повествование очень неровное. Медленно запрягает, а с середины сильно провисает. Финальная сцена наиподробнейшего и скучнейшего разбирательства убивает всякий интерес. Как детектив — крайне посредственно. Подоплека с Сокрытыми детьми, Джи (Джипите) и прочие пасхалки достаточно очевидные, а потому не смешные. Да и в целом не покидало ощущение, что обо всем этом уже где-то читали.

Роман — отчасти тошнотная карикатура на нашу реальность. Главными темами становятся опасность слепой веры, отсутствия научного понимания мира, крушение гуманизма. У меня в ленте то и дело мелькают хвалебные рецензии. Но в чем привлекательность этой книги — понять не смогла. Продолжение, если выйдет, читать точно не буду.

Прекрасно было яблоко, что с древа, Адаму на беду, сорвала Ева.

Здесь мало солнца и свинцово-серые тучи, а небесная лазурь настолько нереальна, что и сам голубой цвет под запретом (дабы не смущать умы пустыми мечтами). Здесь поклоняются Священному Яблоку с выемкой на боку, и ритуальный жест с обведение головы, груди, плеч, живота по кругу: "перекружиться" вместо "окружиться", что просится к такому действию - как анахронизм, отсылающий к христианству Есть и другие детали, по которым можно заключить, что этот мир муравьиных наездников - преемник нашего, несмотря на то, что отличий больше, чем сходств.

Рождение близнецов горе для матери. потому что один из пары считается лишенным души, и должен быть умерщвлен. Какой именно, определяет Священное яблоко, по принципу, мало отличающемуся от "орел-решка". Символ веры попросту раскручивают, положив между двумя младенцами, и убивают того, на кого укажет выщербленный бок. Если вы подумали: "Какое варварство!" и "Никогда такого не бывало", то с первым правы, а со вторым ошиблись, в некоторых примитивных земных обществах подобное и сейчас происходит. Кстати сказать, если вы решили, что поклонение яблоку связано с мифом о Грехопадении и изгнании из Эдема, то ошиблись лишь отчасти. Здесь для яблони своя похожая легенда, ожидаемо винящая во всем женщину.

Стоит рассказать еще об одном апокрифе этого мира, важном для простраивания его картины и основополагающем в "Хрониках пепельной весны". Это история о братьях Кае, Авеле и сестре их Герде. Кроссовер ветхозаветной притчи Каина и Авеля со "Снежной королевой" Андерсена., к которому продолжением, объясняющим социальную структуру общества, пристегнута деконструкция "Детей Марфы" Киплинга. Очень коротко: были два брата, Кай и Авель и осколок черного льда попал в глаз Каю,. Сделавшись злодеем, тот убил брата и пустился в плавание по Островам блаженных (архипелаг, заключающий в себе всю обитаемую вселенную), чтобы сложить на каждом слово "Вечность", и тогда на мир опустится тьма, а люди погибнут. Никто не мог противостоять злодею, лишь сестра Герда растопила горючими слезами ледяной осколок в его сердце и спасла всех. Только затем. чтобы после удовольствоваться ролью прислуги на самых черных работах: простолюдины здесь не только бесправны, они еще и отдают волосы на нужды примитивной ткацкой промышленности, а их женщины буквально доятся - молочного скота нет. Вообще никакие животные не пережили древней катастрофы.

Вы спросите, и как же они выживают в столь скудных для растениеводства условиях, и вовсе без животноводства? Муры, основа здешней экономики. Генно модифицированные муравьи, размером с барана или пони - источник всего. "Магма ведьм" начинается с того, что молодой дьякон Кай из благородных со своим муром Обсидианом прибывает в Чистые холмы, чтобы разобраться в причинах мора, поразившего обитателей общины. Хотя формально - затем, чтобы распорядиться казнить ведьму Анну, которая навела порчу,. Полномочие вынесения приговора лишь у служителя культа, а местный частично парализован. Кая скоренько повышают в сане до игумена, но вместо того, чтобы так же быстро приговорить ведьму, он начинает расследование в ходе которого выяснится много интересного и многие головы полетят, уже не по причине мора.

Анна Старобинец снова сделала это. Написала мрачную пугающую историю, в которой одни разглядят безнадежный вариант "Имени розы", другим Кай покажется Руматой Эсторским с поправкой на ветер злобы и цинизма, и все без исключения не смогут оторваться, пока не дочитают. Или не дослушают, Вимбо роскошно озвучило роман голосом Григория Переля.