!!! Данная рецензия часть общей рецензии на сборник "Утопия XIX века. Проекты рая" из серии "АСТ-Neoclassic" => (https://www.livelib.ru/book/1002986679-utopiya-xix-veka-proekty-raya-uilyam-morris)
МОЯ РЕЦЕНЗИЯ НА САМ СБОРНИК ТУТ =>
https://www.livelib.ru/review/5064814-utopiya-xix-veka-proekty-raya-uilyam-morris
Эдвард Бульвер-Литтон был не только английским писателем, но и политиком. В его послужном списке членство в парламенте и служба государственным секретарем по делам колоний. Забавный факт: с 1982 года его имя носит литературный конкурс на худшее вступление в романе. Ему же принадлежат ставшие крылатыми выражения: «погоня за всемогущим долларом» и «перо сильнее меча».
Литературную карьеру Литтон начинал с поэзии, но потом писал в самых разных жанрах, от исторической прозы и любовных романов, до детективов и фантастики. Иногда публиковался анонимно. Например, его мистический роман «Странная история» (1862) повлиял на «Дракулу» Брэма Стокера. Еще, по некоторым сведениям, Литтон убедил Чарльза Диккенса смягчить концовку «Больших надежд».
Утопия «Вриль: сила грядущей расы» (таково оригинальное название) стала проявлением интереса Литтона к оккультизму и можно сказать, повлияла в дальнейшем на появление и развитие жанра фэнтези. Роман сначала был опубликован анонимно. Своей историей о необычной подземной расе, умеющей управлять скрытой в природе энергией, роман привлек интерес разных теософов, в том числе Елену Блаватскую. В разных уголках Европы появились соответствующие кружки. Идея вриля повлияла на разных писателей и, по некоторым сведениям, дала стимул некоторым оккультистам Гитлера.
* Одно из первых изданий
По сюжету, молодой богатый путешественник вместе со своим другом спускается в одну из глубоких пещер, вскрытых при разработке шахты. Происходит несчастный случай: спутник рассказчика падает и разбивается, а сам главный герой теряет сознание на дне ущелья, получив незначительные травмы. Очнувшись и выйдя на льющийся со стороны свет, он обнаруживает большой подземный город и впервые встречает похожих на ангелов его обитателей:
«Наконец в дверях здания показалась фигура… человека? Она остановилась на дороге и, окинув взглядом окрестность, увидела меня и стала приближаться. Она подошла ко мне на расстояние нескольких шагов; при виде ее какой-то неведомый ужас и трепет охватили все мое существо, и я почувствовал себя прикованным к месту. Она напоминала мне те символические изображения гениев или демонов, которые мы видим на этрусских вазах или в виде барельефов на древних памятниках Востока: по очертаниям они походят на человека, но в то же время принадлежат к другой расе. Фигура была самого высокого роста, достигаемого человеком; но ее нельзя было назвать гигантом. Ее главное одеяние состояло, по-видимому, из двух больших крыльев, сложенных на груди и спускающихся до колен; остальную часть ее одежды составляла туника и покровы для ног, сделанные из какой-то тончайшей ткани. На голове ее был надет род тиары, сверкавшей драгоценными камнями; в правой руке она держала тонкий металлический посох, блестевший как полированная сталь. Но лицо!.. Оно-то и приводило меня в трепет. Это было лицо человека, но по типу не похожее ни на одно из существующих племен. По очертаниям и выражению оно ближе подходило к изваянному лицу сфинкса: та же строгая правильность и покой, та же таинственная красота. Цвет кожи более всего напоминал краснокожее племя, хотя колер был гораздо нежнее и красивее; под изогнутыми дугою бровями светились полные мысли большие черные глаза. Лицо было без бороды; но что-то необъяснимое в его исполненном покоя выражении, в этих чудных по красоте очертаниях пробуждало такой же инстинкт близкой опасности, как появление тигра или змеи. Я чувствовал, что этот человекоподобный образ обладал силами, враждебными человеку».
*Джон Мартин. Пандемониум (ок. 1825)
Молодого человека селят в одной из семей и благодаря им он постепенно знакомится с новым миром. Город, в котором он оказался, насчитывает 12 000 семей, и он один из крупнейших под землей. Его жители называют себя «врилья», и они потомки давным–давно убежавших от потопа в сеть подземных пещер людей Ана. Самое яркое отличие их – это искусственные крылья, которыми все члены пользуются регулярно вместо транспорта. Главное достижение их цивилизации – это умение управлять особой энергетической субстанцией, разлитой в атмосфере, под названием «вриль». Она позволяет неограниченно получать энергию, передавать информацию в любых объемах, использовать телепатические и парапсихологические способности, избавлять от боли или усыплять других. Именно благодаря обучению через «вриль» стало возможно общение рассказчика с новыми знакомыми на родном ему английском языке.
«Эти подземные ученые утверждают, что действием вриля, в одном случае (и Фарадей назвал бы это атмосферным магнетизмом), они могут влиять на изменения температуры, или, просто говоря, на перемену погоды; что в других его применениях, посредством научно построенных проводников, они могут оказывать такие влияния на ум человека, на всякое проявление животной и растительной жизни, которые по результатам не уступят самым причудливым фантазиям вымысла. Все эти разнообразные проявления физической энергии известны у них под именем вриля. Зи спросила меня, известно ли в нашем мире, что все способности ума могут быть возбуждены до высшей степени посредством транса или магнетического сна, во время которого идеи одного мозга могут сделаться достоянием другого, причем происходит быстрый обмен знаний. <…> Она добавила в заключение, что именно благодаря действию вриля во время моего продолжительного сна, я познакомился с началами их языка; но что она с отцом своим, близко следившим за этим опытом, за то же время приобрела еще большие познания в моем языке; отчасти потому, что последний был гораздо проще, не будучи приспособлен для выражения сложных идей; а также и вследствие превосходства их организации, более моей подготовленной путем наследственной культуры к усвоению знания».
Таким образом, утопия Врилья держится на доступном всем, неограниченном, универсальном источнике энергии. Есть ли какая-то альтернатива у человечества сегодня? Нет. Но только представьте себе такое открытие и его влияние!
Интересный факт: слово «vril» какое-то время ассоциировалось с «эликсирами, дарующими жизнь».
Забота об энергии, проблема получения образования, проблема войн решились сами собой. Ведь теперь знания можно просто «скачивать» из головы в голову, а войны стали бессмысленны, ведь сыграла свою роль концепция сдерживания, подобная той, которая появилась полвека спустя с созданием ядерного оружия.
«Но наиболее замечательные результаты, оказавшие влияние на самое социальное устройство, получились при открытии той истребляющей силы, которая скрывалась во вриле. По мере того как становилась известной эта истребляющая сила и они научились ею пользоваться, война между племенами, открывшими свойства вриля, стала невозможною и прекратилась сама собою; потому что при этом искусство истребления было доведено до такого совершенства, что численность, дисциплина и военные знания враждующих армий уже не имели никакого значения. Все разрушающий огонь, скрытый в пустоте палочки, направляемой рукою ребенка, мог уничтожить сильнейшую крепость или уложить целую армию. Два враждебных войска, одинаково знакомых с употреблением этой страшной силы, могли только взаимно истребить друг друга. Таким образом, прошел век войны, а вместе с этим произошли громадные перемены и в общественном строе страны… Таким образом, раса людей, открывшая употребление вриля, с течением времени мирно распалась на множество небольших отдельных обществ».
Вриль позволил упростить и систему управления, по сути до выбора одного правителя, выполняющего представительские функции.
«Система правления племени Вриль-я, среди которого я находился, хотя, по-видимому, и сложная, в сущности, была очень проста. Она была основана на принципе, давно уже признанном теориею, хотя пока остающемся почти без применения в практике у нас на поверхности земли. А именно: что общая задача почти всех систем философской мысли состоит в достижении единства или в постепенном переходе через все многосложные, промежуточные лабиринты к простоте одной первой причины или начала. Это оригинальное общество выбирало из своей среды одного верховного правителя, носившего название Тур. За отсутствием войны не существовало армий. То, что мы называем преступлением, было совершенно неизвестно во Врилье; не существовало также и судов. Если в редких случаях возбуждались какие-нибудь споры, то их разрешали третейские судьи, выбранные каждою из споривших сторон, или последние в таком случае обращались в коллегию ученых, которую мы опишем далее. Адвокатов по профессии также не было; да и самые законы представляли как бы дружеские соглашения, потому что как же можно было привести в исполнение постановление суда против какого-нибудь нарушителя закона, когда одним мановением своего жезла, заряженного врилем, он мог уничтожить всех своих судей».
Здесь нет преступлений, в первую очередь потому, что каждый способен использовать вриль и уничтожить обидчика. Поэтому же здесь невозможен и террор со стороны власти. Трудно предъявлять претензии друг к другу в обществе, где у каждого в кармане личная ядерная бомба. Можно сказать, что описанное в романе общество – это олицетворение известного выражения о том, как «Кольт (револьвер) сделал всех равными».
«Главною заботою правителя страны был надзор за несколькими отделами администрации, которым были поручены разные отрасли общественной службы. Самою важною из них было сохранение света, и во главе его стоял мой хозяин, Аф-Лин. Другой отдел, который можно было назвать иностранным, входил в постоянные сношения с соседними родственными государствами, главным образом, для получения сведений о всех новейших изобретениях, которые передавались для испытания и исследования в третий отдел и после того уже делались достоянием всего общества. В связи с этим третьим отделом находилась уже упомянутая коллегия ученых, членами которой состояли большею частью бездетные вдовцы и вдовы, а также молодые девушки. <…>
Из числа членов этой коллегии, правитель страны, Тур, избирал своих советников (числом не более трех) в тех редких случаях, когда он затруднялся решением какого-нибудь нового вопроса или на решение его представлялось какое-нибудь новое, непредвиденное обстоятельство. Было еще несколько других отделов меньшей важности; но вообще все дела по управлению велись так спокойно и тихо, что с первого взгляда трудно было подозревать о существовании какого-нибудь правительства в стране, и общественный порядок являлся здесь как бы результатом непрерывно действующего закона природы».
Но вы спросите: как же имея в распоряжении такой смертоносный источник силы, не поддаться страстям и искушениям? Ведь они «тоже люди»! И тут мы узнаем, какой путь к благоденствию выбрали жители подземного мира – отказ от страстей и эмоций.
«Выделение нескольких из среды большинства – самый фатальный признак расы, обреченной на вечное невежество. Разве ты не видишь, что первое условие счастья для смертных заключается в прекращении всеобщей борьбы и соревнования, только разрушающих тот покой жизни, без которого немыслимо достижение счастья как нравственного, так и физического? <…> Нам кажется, что эта жизнь, при полном развитии умственной и духовной деятельности, должна быть преисполнена ясного покоя; но какова бы ни была эта деятельность, она должна соответствовать склонности каждого, одним словом – это должна быть жизнь, проникнутая одним радостным чувством мира и благоволения, в среде которого должны исчезнуть все страсти – вражды и ненависти, борьбы и соперничества. Таков идеал общественной жизни, к достижению которого стремятся все нации Вриль-я и на котором основаны все наши теории государственного устройства».
Можно сказать, что «ясный покой» буквально лег отпечатком на лица жителей Врилья. Они всегда спокойны и безэмоциональны. Женщины в этом мире обладают привилегиями и именно они задают тон отношений. Довольно интересная концепция.
«Джай-и пользуются полною равноправностью с мужчинами. В детстве они заняты теми же работами, что и мальчики; и в раннем возрасте, когда детям поручается истребление враждебных человеку животных, девочкам даже отдают предпочтение перед мальчиками, потому что в них под влиянием страха или негодования инстинкт бессознательного истребления проявляется еще сильнее. В промежутке между детством и брачным возрастом не допускаются близкие отношения между двумя полами; но после того молодежи предоставляется полная свобода, в результате которой обыкновенно устраиваются браки. Все роды деятельности открыты одинаково для обоих полов; но Джай-и отвоевали себе почти исключительное право на те области отвлеченного мышления, для которых, по их мнению, менее приспособлен практический, несколько притупленный в делах обыденной жизни ум Ана; подобно тому, как наши молодые барышни считают себя более компетентными, чем поглощенные житейскими делами мужчины, во всех тонкостях современной теологической полемики. Уж не знаю, вследствие ли ранних занятий гимнастикою или по врожденной организации, но Джай-и обыкновенно превосходят мужчин физическою силою (что имеет немалое значение при отстаивании женских прав). Они выше их ростом и под их более округленными формами скрываются железные мускулы. <…> Но что важнее всего, Джай-и отличаются особым искусством в применении той таинственной, между прочим и разрушительной, силы, скрытой во вриле».
Про отношения между мужчинами и женщинами:
«Такие случаи, чтобы женщина не соединилась с понравившимся ей мужчиной, бывают очень редко. Доводы, которые они приводят в пользу обратной постановки существующих у нас на земле отношений между полами, не лишены основательности, и они высказывают их с поразительною искренностью. Они говорят, что женщина по своей природе более проникнута чувством любви, чем мужчина, что последняя преобладает в ее сердце и составляет необходимый элемент ее счастья и что поэтому первый шаг должен принадлежать ей; тем более что мужчина в этом случае бывает нерешителен, часто колеблется, иногда даже предпочитает в своем эгоизме одиночество. Одним словом, на его долю в этом деле выпадает пассивная роль. Они прибавляют, что если только Гай не удастся соединиться с предметом ее склонности, то она уже никогда не может быть счастлива с другим, что при этом она делается хуже и прирожденные качества ее сердца не получают должного развития; тогда как Ан представляется менее постоянным в своей привязанности; что если ему не удастся соединиться с избранной им Гай, он легко утешается с другой».
Жители Врилья также свободны в выборе занятий. Здесь нет бедности и необходимости бесконечно трудиться за кров и хлеб.
«Бедность была настолько же неизвестна между народом Ана, как и преступление, хотя земля и не составляла общей собственности, и между ними не было абсолютного равенства во владении или в домашней обстановке жизни; но так как разница в имущественном отношении и в роде занятий нисколько не влияла на общественное положение или звание лица, – в этом у них существовало полнейшее равенство между гражданами, – то каждый занимался излюбленным им делом и жил сообразно своим склонностям, не возбуждая ничьей зависти или стремления превзойти его. Благодаря такому отсутствию соревнования и пределам, положенным чрезмерному увеличению населения добровольною эмиграцией, представлялось невозможным, чтобы какая-нибудь семья впала в бедность, тем более что спекуляция или погоня за богатством ради достижения высокого общественного положения или привилегированного звания здесь совершенно отсутствовали».
Эмиграция (сознательное регулярное переселение части сообщества) – занимает важное место в общественной жизни. Она призвана снизить напряжение между жителями одного поселения, а также помогает расширять обжитое пространство под землей. Так образуются новые города и появляется дополнительный фронт работ. Новые поселения закладываются благодаря помощи бывших соседей по принципу толоки.
Понятное дело, жители Врилья благодаря врилю не скованы в ресурсах и средствах производства. Здесь широко используются машины.
«Машины имели здесь громадное применение, как в земледелии и промышленности, так и в домашнем быту, и один из главных отделов управления только и заботился об том, как бы расширить их применение и внести в них всякие усовершенствования. В этой стране почти все делается машинами, уход и наблюдение за которыми поручается детям, с той поры, как они выходят из-под надзора матерей, до самого брачного возраста, – шестнадцать лет для женщин (Джай-и) и двадцать – для мужчин (Ана). Эти дети разделяются на группы, с выборными предводителями из числа их же, и каждый ребенок занимается тем делом, которое ему больше нравится или к которому он чувствует себя более пригодным. Некоторые избирают ремесло или земледелие, другие – домашнюю работу и, наконец, есть такие, которые предпочитают единственную здесь деятельность, сопряженную с некоторыми опасностями. Во главе последних следует поставить те внезапные подземные перевороты – обвалы, вторжение воды, подземные бури и выходы газов, – которые иногда угрожают этому народу. На границах их территории и во всех местах, где могут грозить такие явления, расположены сторожевые станции, сообщенные телеграфом с одной из зал коллегии, где заседают по очереди избранные из среды ее ученые».
* Кадр из игры «Bioshock infinite»
Подземные жители – вегетарианцы, хотя и держат некоторые местные виды для молока и шерсти. Стоит отметить, прозорливость автора, который выдвинул вегетарианство – как прогрессивную идею будущего.
И несколько слов о религии Врилья:
«Этот народ имеет свою религию, и что бы ни сказали против нее, она отличается следующими странными особенностями: во‑первых, они верят в то, что исповедуют, и, во‑вторых, строго исполняют то, что внушает им эта вера. Они все нераздельно поклоняются одному Божественному Творцу вселенной и верят, что через посредство этой вездесущей и всепроникающей таинственной силы каждый помысел всякого живого существа достигает общего источника жизни. И хотя они не утверждают прирожденности идеи о божестве, но, по их мнению, насколько то позволяют их наблюдения природы, Ан (человек) – единственное живое существо, которому дана способность воспринять эту идею со всем последующим ее развитием. <…> Во всяком случае, все эти верования подземной расы наводят на довольно высокие размышления, что и в эти скрытые от нас бездны земли, никогда не освещавшиеся солнцем, проник светлый луч убеждения о всеобъемлющей любви Творца вселенной и той абсолютной, не допускающей конечного зла, справедливости в его законах, которая царит во всем живущем мире и царила во все времена».
Таким образом автор все равно в будущем оставляет веру в НАДзакон, в некую высшую силу, которая несмотря на утопическую идеальность подземной цивилизации, все равно следит за порядком в ней. Это интересная деталь об универсальности внутреннего морального кодекса, требующего высшего судьи и олицетворяющего неспособность человека поверить в свои способности сделать идеальный мир без постороннего вмешательства.
Постепенно узнавая о новом мире, главный герой влюбляется в Таю - дочку своего проводника. Этот союз недопустим, потому что простой человек «недостоин» Врилья, более того, если его наоборот отпустить на волю, то он может рассказать все людям на поверхности. Замышляется коварное убийство, но в последний момент Тая спасает гостя с поверхности, к которому питает ответные нежные чувства, и помогает ему сбежать.
Еще до побега, молодой человек начинает разочаровываться как в своей неразделенной любви, так и в этом отрешенном и безумно предсказуемом утопическом мире:
«Тот интерес, который возбуждали во мне жизнь и обычаи этого удивительного общества, совершенно пропал. Меня теперь постоянно преследовала мысль, что я нахожусь среди народа, который, при всей своей внешней доброте ко мне и мягкости, во всякую минуту и без малейшего колебания может подвергнуть меня смерти. Добродетельная и мирная жизнь этих людей, вначале казавшаяся мне столь привлекательною, по сравнению с бурными страстями и волнениями нашего мира, теперь удручала меня своей скукою и однообразием. Даже ясная тишина этой, вечно освещенной, атмосферы способствовала к упадку моего духа. Я жаждал какой-нибудь перемены, все равно – будь то зима, буря, мрак. Я начинал сознавать, что мы, смертные, населяющие верхний мир, как ни мечтаем мы об усовершенствовании человека, как ни стремимся мы к высшей, более справедливой и мирной жизни, не подготовлены для того, чтобы долго наслаждаться тем самым счастьем, которое составляет наш идеал. <…> Следует признать, что жизнь Вриль-я, взятая в целом, несравненно счастливее нашей, на поверхности земли; и, представляя собою осуществление самых смелых идей наших филантропов, почти приближается к понятию о высших существах. Но, если бы взять тысячу из самых лучших и развитых граждан Лондона, Парижа, Нью-Йорка и даже Бостона и посадить их в это удивительное общество, я уверен, что менее чем через год они или умрут от скуки, или сделают попытку революции, направленной против общественного блага, и по просьбе Тура будут обращены в пепел».
И тут главный герой приходит к неутешительному выводу:
«И я пришел к убеждению, что этот народ, хотя он первоначально произошел от общих с нами предков и, судя по сохранившимся у них книгам и по их истории, прошел через все знакомые нам фазы общественного устройства, но путем постепенного развития превратился в другую, чуждую нам расу, слияние которой с существующими на земле обществами никогда не будет возможно. И если они когда-нибудь, как гласит их собственное предание, выйдут из-под земли на свет солнца, то они неизбежно должны истребить и заместить собою все существующие человеческие племена».
А теперь подумайте, каким беспощадным будет это уничтожение, ведь жители Врилья не подвластны страстям и волнениям, а значит, скорее всего и глубокому чувству сострадания…
62 понравилось
