Мистер Вискерс и сэр Джеймс Барклауд

«Запомнился гостям на свадьбе и прадедушка Корнелиус (он был прадедушкой Фреда). Этот почтенный старичокдевяностодевятилетнего возраста имел привычку терять повсюду свою вставную челюсть. И вот, подойдя к графину с оранжадом и наклонившись к нему, чтобы удостовериться, что это именно оранжад, а не обычный лимонад, прадедушка Корнелиус внезапно зевнул – такое с ним часто случалось, старость, знаете ли, - и выронил свою челюсть во всеми любимый напиток, даже не заметив этого.Обнаружилась челюсть только тогда, когда мистер Уильям Билбэрри, глава семейства Билбэрри и отец невесты, произнеся поздравление в адрес новобрачных, решил налить прохладного оранжаду в свой стакан, дабы устранить сухость в горле после длинной речи, и, под взглядами всех гостей, уже успевших оценить этот напиток и сейчас смакующих его остатки, вместе с ним вылил в свой стакан и пропажу прадедушки Корнелиуса, которая до сего момента таилась никем не замеченная среди апельсиновый мякоти на дне графина. Челюсть была незамедлительно возвращена ее владельцу, который еще долго после этого уверял всех, с кем ему доводилось разговаривать, что всегда чувствует вкус апельсинов во рту, только не понимает отчего это – он почти сразу напрочь успел позабыть о происшествии на свадьбе.»

«- Мистер Как-Вас-Там-Неважно, если вы сейчас же перестанете прикидываться идиотом, который настаивает на том, что кот – кот! – продумал и совершил целое преступление, и согласитесь с тем, что это просто чушь собачья, то избежите осмеяния толпы и сохраните моё - Огастеса Тилни - уважение! Горничная – вот по кому решетка плачет! И разрази меня гром, если это не так!

Мистер Тилни от возмущения почти кипел: его глаза норовили вылезти из своих орбит, усы встали дыбом, а из ушей тонкими струйками пошел пар. По крайней мере«глазастый» мальчишка заявил, что из ушей действительно пошел пар. Но мистер Раффлз от него не отставал, он даже пошел на опережение: глаза его уже порядком вылезли из орбит, а пар, скрывая всегда торчащие в разные стороны пышные усы мистера Раффлза, полным ходом повалил из ноздрей, о чем тут же возвестил всем все тот же«глазастый» мальчишка, хотя все и так это заметили.Паровоз же и все его вагоны позавидовали мистеру Раффлзу угольно-черной завистью - такой густой и интенсивный пар у паровоза никогда не получалось произвести, как он ни пыхтел.»

«Также некоторыми из присутствующих ставился серьезный вопрос о том, а могут ли вообще пёс и кот действовать сообща, ведь природа создала их заклятыми врагами. Что-то тут явно не так, и кто-то из них определенно притворялся и только изображал дружбу. Но в свете вышеизложенной истории о таинственном ограблении в другом отеле, сомнения росли именно против кота. А тут еще и некий джентльмен в желтом галстуке и с котелком набекрень внезапно взволновал толпу намеком, что «кто-кто, а уж мистер Вискерс, будучи заведующим хозяйства коттеджа Ленивый соловей, несомненно был еще задолго осведомлен о богатеньком содержании шкатулки. Скорее всего, коварный кот только притворялся другом спаниелю и верным питомцем дамочкам Твинкл, а на самом деле долгие годы жадно ждал момента, когда сможет использовать Руди Смита, ограбить своих так называемых хозяек, одурачить сэра Джеймса, а потом отправиться куда-нибудь на Фиджи или на Багамы, чтобы замести следы и зажить как следует, проматывая состояние из шкатулки.»

«- У тебя счеты с котом! Ха-ха-ха! Ну недаром, значит, его мистером и величают, раз он заводит счеты с людьми! Ха-ха! – заливался он.

- Заткнись! – заорала на него мисс Харт. – Иначе я припомню, как зимой тебе пришлось поклониться лошади, потому как ее хозяину не понравилось, что ты ее пнул, проходя мимо. Вспомни-ка как он тебя поймал за шиворот, да так потряс – такой громила как раз попался, что мама не горюй! - что тебе ничего не оставалось, как только извиниться перед кобылой! – мисс Харт упала в приступе хохота на пол, судя по грохоту. – Век не забуду твой смиренный реверанс госпоже кобыле!»

«Громадный поезд несется сквозь время и пространство огненным вихрем, сметая всё на своем пути: деревья, дома, столбы с проводами, машины, незадачливых прохожих… На шее у Мистера Вискерса болтается колье с бриллиантами и золотые браслеты, на лапах – кольца, надетые одно за другим и доходящие чуть ли не до локтей и коленок, и еще одно кольцо с большим зеленым камнем – на хвосте. Серый кот с упитанным брюшком и пухлыми щеками безуспешнопытается зацепиться за железную крышу вагона всеми своими когтями, ужас и отчаяние всё глубже и глубже проникают в его душу, застилают взор, мутят сознание.Паровоз впереди без остановки подает сигналы – душераздирающий звук! Из окон вагонов доносятся крики пассажиров, обезумевших от страха, где-то там и его мисс Твинкл, и сэр Джеймс, и фрау Беккер... Мистера Вискерса начинает трясти, лапы больше не выдерживают, срываются,а его широко открытые желто-оранжевые, как сыр Чеддер,глаза наполняются запредельным ужасом, и тут… За хвост его кто-то хватает и начинает тянуть к себе. Мистер Вискерс в панике поворачивает голову и видит Джейн Харт! Она смеется коварным, дьявольским смехом, то исподлобья, то запрокидывая голову назад. Глаза ее горят красным пламенем, и из них вырываются искры! Своей костлявой рукой с длинными острыми когтями она тянет кота с неистовой силой за хвост к себе, мистер Вискерс сопротивляется, но силы его уже на исходе... Паровоз в очередной раз издает протяжный адский свист, предвещающий конец света, и мистер Вискерс тоже начинает неистово кричать:

- Мяууу! МЯУУУ!

- Очнись! Ну же, Вискерс, просыпайся! – внезапно раздаётся чей-то голос из мрака, и все происходящее начинает сворачиваться в трубочку, удаляется, а затем и вовсе исчезает в четкости и прочности настоящей жизни.»

«- Так вот, - заговорил мистер Вискерс тоном, как будто его и не прерывали, - иллюстрацию моей второй идеи вы только что наблюдали. – заявил он. – Эта особа, некая Джейн Харт,возраст двадцать четыре года, национальность – англичанка,временно работающая горничной в Ленивом соловье – яподчеркиваю двумя жирными чертами – временно! - отныне объект вашего пристального наблюдения. Запомните, с нее нельзя спускать глаз, она может быть опасна. Я чуял нутром, а после ее издевок над вами, гаденького хихиканья и слова «палка» я в этом убедился. Она крайне подозрительна, что-то она тут у нас вынюхивает…»

«Если мы захотим зайти в дом, то нас действительно по обе стороны двери будут встречать два огромных розовых куста, как два гостеприимных швейцара. А первое, что нам бросится в глаза, когда мы переступим порог, будет исключительный порядок и чистота. «Молодец мисс Харт!» – скажете Вы, - «Она работает без устали и прекрасно справляется с уборкой. Зря мистер Вискерс ее недолюбливает». И вот тут вы ошибетесь. Мисс Харт при всей торопливости своих движений и кажущейся добросовестности, была на самом деле ленива и часто отвлекалась. И если бы не хозяин дома мистер кот, она бы больше просто перекладывала предметы с одного места на другое, протирала пыль там, где ее было проще всего достать и оставляла там, куда было сложно добраться, и заметала бы мусор под ковер. Но мистер Вискерс, сразу все это заметив, начал активные действия, и под его строгим руководством мисс Харт приходилось все делать так, как надо. Кот-командир не давал ей спуску! В случае неповиновения он мог и цапнуть за ногу или размяукаться на весь дом, как сирена, так что сразу прибегали обе мисс Твинкл, испугавшись не случилось ли чего. Мисс Харт ничего не оставалось, как только «трудолюбивейшим и добросовестнейшим образом» (я цитирую мистера Вискерса) выполнять свою работу. Нахмурившись и бормоча себе что-то под нос, она мыла, мела и терла все, на что мистер Вискерс показывал лапой.»

«… мистер Вискерс сейчас был не менее черен и мрачен, чем та туча, которая наконец добралась и до «Плеяд», и сейчас извергалась с неистовством Ниагарского водопада на все, что находилось под ней (Простите за отступление, но должна вам сказать, что это был настоящий потоп ветхозаветного масштаба! Все газеты на следующий день написали об этом и упомянули, что, помимо прочих бедствий, двоих человек и одну собаку даже отнесло потоком воды от Пикадилли-Серкус до самого Вестминстерского аббатства! А если вы не представляете, как это далеко, то откройте скорее карту и убедитесь в этом сами. «Но не переживайте, - писала Таймс, - с унесенными водой сейчас все в порядке, особенно с собакой: этот бродячий пес наконец-то отмылся до блеска и даже, как сообщил ветеринар мистер Гудинг, избавился от блох»).»