Только дальний свет фар

В рядах миллениальской прозы с бесячими персонажами прибавление – роман «Только дальний свет фар» Ильи Мамаева Найлза. В нём свадебный фотограф Ян Трояновский и несостоявшаяся невеста Кира вместе сбегают с Кириной свадьбы. По заветам «Достучаться до небес» пара мчится к морю, в Краснодарский край, по пути успев переспать, принять решение о браке и узнать, что Кира беременна от другого.

Сюжетообразующий элемент истории вовсе не сам побег и дальнейшие скитания, а Кирина незапланированная беременность, которая и задаёт направление движению героев и в прямом, географическом, и в переносном смысле: не сумев быстро сделать аборт на юге, пара решает поехать в родную Республику Марий Эл, потому что один из друзей Яна работает в частной клинике, но после того, как Ян и Кира проводят некоторое время на родине, наконец раздаётся долгожданный звонок из гинекологии в Краснодарском крае.

Важный момент: парочка сошлась не столько из-за сильной тяги друг к другу, сколько из-за того, что у них лапки и они не хотят ничего решать. Ян относит себя к вэнлайферам, ставящим свободу и независимость выше всего, живёт в фургоне и легко относится к финансовым обязательствам. Кира определяет себя как человека вне политики, у которого нет совершенно никакого отношения ко всему тому, о чём обычно спрашивают в телефонных опросах. Надо ли говорить, что в рамках современной России обе эти жизненные позиции выглядят максимально нелепо, и особенно нелепыми они становятся в контексте приключающихся с персонажами Мамаева-Найлза историй, ведь по сюжету романа Кира сталкивается с непреодолимым идеологическим и бюрократическим давлением, а Ян попадает в ловушку правового вакуума и срощенности представителей власти с криминалом.

«Только дальний свет фар» – роман диалоговый, в нём по минимуму авторского текста с описанием художественного мира, тем не менее Мамаеву-Найлзу удалось наполнить его достаточным количеством деталей, по которым читатель современный легко узнает, что герои живут с ним в одном времени, а возможный читатель будущий сможет правильно расположить книгу на исторической линейке. В отличие от многих других российских романов о якобы современности, которые можно отнести к «литературе умолчания», где звёздочки придётся ставить не к описанным, а отсутствующим реалиям, в «Только дальнем свете фар» есть СВО, контрактники и флаги ЧВК, в небе кружат военные вертолёты, разоряется малый бизнес, нарушаются репродуктивные права, сатанизм из пугалки превращается в статью УК РФ, а людям приходится контактировать с силовиками из-за репостов в соцсетях. А ещё самое страшное проклятье в нём – фраза «пусть вам будет больно жить и пусть вам кажется, что вы такая одна», которая описывает всё то, что с нами сейчас происходит, ничуть не хуже всего вышеперечисленного.

• Если бы мне нужно было описать этот роман одним словом, я бы выбрала «потерянность».
• Кира и Ян всегда в движении – друг к другу, просто вперед или к нервному срыву. Но они никогда не знают, куда направляются.
• Каждая строка как будто пропитана одиночеством и горечью, даже когда речь идет о счастье, о любви к жизни, о восхищении (а речь о таких вещах заходит нередко).
• Прерывистая, как разделительная полоса, подача, повествование в диалогах и мыслях героев. Даже когда события максимально накаляются, остается иллюзия, что в книге ничего не происходит.
• Болезненный и очень актуальный роман о нашей новой реальности, возможно, выросший на почве ее абсурда.

Однажды у тебя окончательно сформируются лобные доли и одним непримечательным вечером ты резко поймешь — жизнь нелинейна, а прогресс — это социально-экономический конструкт.

Во всяком случае, так было у меня, когда лет в 20 я осознала: правило «сначала ты работаешь на зачетку, а потом она работает на тебя» — это не закон жизни, а правда выживших, а путь к т.н. счастью — не кубическая парабола, а в лучшем случае — синусоида.

И вот ты на развилке: налево пойдешь — навеки застрянешь в этом, извините, лиминальном состоянии, полном тревоги и неопределенности, направо пойдешь — будешь сквозь навязанные ожидания и нарративы пробираться к личному пониманию счастья, и не факт, что тебе повезет.

Роман Ильи Мамаева-Найлза «Только дальний свет фар» оказался для меня текстом о сложносочиненном пути если не к счастью, то к возможности будущего, пути столь хаотичном и непоследовательном, что его легко спутать с highway to hell.

Кира и Ян сбегают со свадьбы, где она — несостоявшаяся невеста, а он — философствующий фотограф. Вместе они едут к морю, но не находят в нем долгожданного утешения. Стремление «плыть по течению» сталкивает каждого из них с последствиями непринятых решений, а дальше — только небо, только ветер, только дальний свет фар.

Первая половина романа построена на «сырых» диалогах, будто подслушанных в курилке и записанных на ходу. Они утомляют и раздражают ровно до того момента, пока не доказывают свою абсолютную правдоподобность в очередном реальном разговоре с друзьями или случайными попутчиками. Затем текст не раз, и не два обманывает читательские ожидания и вторая, более повествовательная половина романа, и вовсе забирает у читателя последний воздух.

В итоге, «Только дальний свет фар» получился довольно точным слепком современной России глазами «поколения тридцатилетних». Кажется, эта достоверность возникла еще и потому, что Илья Мамаев-Найлз, живущий как в России, так и в США, имеет возможность смотреть на происходящее в стране как изнутри, так и снаружи: оптика калибруется где-то на пересечении перспектив.

Путь к счастливому будущему, действительно, редко похож на прямую линию. Скорее — на дорогу в темноте, где видно лишь несколько метров впереди, и единственное, на что ты можешь рассчитывать, — это твой собственный, внутренний свет фар.

В современной русской литературе молодые писатели часто представляют персонажей, которым, говоря грубоватым языком, хочется «отвесить леща» за их поведение и слова. Прозаик и книжный обозреватель Артем Роганов описал этот момент как «эмпатия к персонажам через испанский стыд» и вспомнил, что такой феномен потенциально был порожден Салли Руни. Действительно, вы наблюдаете за героями, которых хочется взять за плечи, изрядно потрясти и прокричать: «ОЧНИСЬ, ДУРА/К, ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?!»

Ян Трояновский и Кира Фамилия как раз относятся к такой «чудесной» категории. Два человека, которые не то чтобы молодые, но и не то, чтобы старые, все никак не могут принять ответственность. Они постоянно находятся в бегах: от ответственности, знакомых, работы, даже супругов. Легче всего это, разумеется, делать на фургоне, чтобы на дороге также бесконечно обсуждать всё и ничего.

Некоторые источники описывают «Только дальний свет фар» как роуд-тревел, но здесь факт перемещения не является лишь катализатором. Мы даже не видим завязку, о которой пишут в аннотации, а сразу с места в карьер прыгаем в начало путешествия. Мотив постоянного странствия затрагивает не только фургон, но и его водителя/пассажира. Семья, друзья, работа, любовь... Чего только не обсуждают Ян и Кира, пока пересекают Россию.

Илья Мамаев-Найлз во многом развил задатки стиля, заметные по его дебютному роману «Год порно» – не самое комфортное, но довольно достоверное отображение реальности, не обязательно приятные главные герои, конфликты поколений, региональные вопросы. В случае со вторым романом еще более актуализированы различные аспекты, чтобы читатель смог спокойно распознать как хронотоп, так и отношение героев к событиям.

Похвалю автора (и редакторов с корректором) за богатый язык. Персонажи говорят, как люди. Описания их мыслей и поступков не похожи как на скудную сводку событий, так и на высокопарный роман XIX века. Как говорится, глаз не нарадуется!

Если вы успели достать «Только дальний свет фар» до того, как книга успела разойтись, поскорее ознакомьтесь с ней, не пожалеете.