Левша

Сюжет этого небольшого по объему произведения всем хорошо известен, если не целиком, то уж главное его звено - история с аглицкой механической блохой тульскими мастерами подкованной, - чуть ли не присловьем гуляет в народе. Блестками рассыпаны в тексте веселые словообразования, удивительно точно достигающие цели - вызвать у читателя одним словом ассоциативное переплетение нескольких смыслов и понятий: запоминающийся с первого - еще детского чтения, - "мелкоскоп", "буриметр морской", язвительный "клеветон" и великолепный "Аболон полведерский". Несколькими точными словесными штрихами и образами, выпукло и выразительно, как в шарже изображает Лесков не лестно двух государей. С симпатией, но и не без упрека представляет он "донского казака Платова" с фляжкой "водки-кислярки" и трубкой "Жукова табака" на "досадной укушетке", который в гневе и служебном рвении может и невинного наказать.

Ну а уж сколько смыслов и мыслей рождает чтение этого произведения. В первую очередь, конечно приходит на ум пушкинское:

А еще и о необходимости "поверять алгеброй гармонию" - ведь подкованная блоха "кавриль станцевать" уже не могла...

Но главной причиной, "толкнувшей" книгу мне в руки стали иллюстрации Кукрыниксов. Яркие, выразительные, живые в типично кукрыниксовском стиле. Карикатурно-шаржевые государи и придворная знать (российская и английская), лихой в гневе Платов, степенные английские мастера. Многие главы открываются жанрово-пейзажными рисунками, выполненными в легких,светлых тонах.

Лицо главного героя - самый реалистичный портрет в галерее образов, созданных художниками - это не какое-то "вообще типическое" лицо русского мужика-умельца. Это лицо с индивидуальными чертами, с особым выражением, лицо, которое можно узнать, отличить, от других лиц.

Николай Семёнович ЛЕСКОВ – «Пигмей» (рассказ, 1876 г.)
/Н.С. Лесков – Собрание сочинений в 12-и томах. Т2, стр. 34 - 46
Москва 1989 г. «Правда». Тираж 1 700 000 экз./

Этот небольшой рассказ Николая Семёновича Лескова был впервые напечатан в 1876 году в журнале «Гражданин». Позже произведение было включено автором в его книгу рассказов о праведниках.

Лесков пишет: «Наше нынешнее горе в том, что никто ничего не хочет сделать для человека, если не чает от этого себе выгоды».
И сказав это, писатель тут же приводит пример ОБРАТНЫЙ своему тезису – показывает человека, который СДЕЛАЛ добро другому, да ещё иноземцу, да ещё не только БЕЗ всякой выгоды, а с опасностью всерьёз НАВРЕДИТЬ себе.
И человек, совершивший этот ПРАВЕДНЫЙ поступок, не был какой-то выдающейся личностью – наоборот, был ПИГМЕЕМ. Но этот пигмей оказался способен расслышать звучавший в его душе голос, который советовал ему поступить по совести, поступить так, чтобы не произошла страшная несправедливость.
Говоря честно, я считаю, что поступать так, как поступил этот герой, должно быть самым ОБЫЧНЫМ делом. Человек, знающий, что такое хорошо и что такое плохо, просто НЕ ИМЕЕТ ПРАВА поступать ИНАЧЕ. Но жизнь показывает нам, что такие случаи, наоборот, очень редки.
Тем интереснее этот редкий случай наблюдать.

Мы можем увидеть, какую радость несёт человеку его благородный поступок. Мы можем видеть, какую радость несёт ему известие, что его хороший поступок ОЦЕНЕН ПО ДОСТОИНСТВУ самим Императором. Мы можем видеть, какую радость, практически, просветление испытал герой несколько лет спустя, увидев, что добро он сделал ХОРОШЕМУ человеку, который, в свою очередь, тоже принёс другим ДОБРО.
Признаться, я не помню (может, конечно, мало читал) в нашей литературе НИ ОДНОГО подобного произведения – ни одной книги о том, как по совести совершённый поступок, поступок, вызвавший в герое вначале сильнейший страх, принёс ему затем ТРОЕКРАТНУЮ радость и действительно изменил жизнь нескольких человек к лучшему.
Выдающееся произведение, которое даёт читателю верные ориентиры в жизни.

ЦИТАТЫ:
№1 «Наше нынешнее горе в том, что никто ничего не хочет сделать для человека, если не чает от этого себе выгоды». (стр. 34).

№2 «В полиции как послужишь, так ведь на каких негодяев не насмотришься». (стр. 37)

№3 «И, вообразите себе, я, действительно, в то время так чувствовал, что ЭТО БОГУ УГОДНО совершить то, что я делаю». (стр. 39).

Сказ Н.Лескова «Левша» известен многим читателям по школьной программе или по одноименному мультфильму, поэтому, надеюсь, спойлеры никого не смутят. В истории «о тульском косом левше и о стальной блохе» правда и вымысел тесно переплетаются. Мы встречаем реальных исторических персонажей: императора Александра Павловича, императора Николая Павловича, донского атамана Платова. И в то же время встречаем персонажей вымышленных, среди которых – трое тульских мастеров, даже имени которых автор не указывает. Лишь одного называет – левшой. Но несмотря на то, что таких мастеров, подковавших блоху, не существовало в реальности, трое «лесковских» мастеров, конечно же, олицетворяют собою всех русских мастеров – невероятно талантливых и очень часто иррациональных.

В самом произведении рассказывается о том, как во время поездки по Европе император Александр Павлович покупает у английских мастеров «чудо техники», одну из невероятных «нимфозорий» - микроскопическую заводную блоху, которая умеет танцевать. Александр в восторге от приобретения. Он привозит блоху на родину, а сам вскоре умирает. Через время заморское чудо обнаруживает новый император – Николай Павлович. Он уверен, что русские мастера могут дать достойный ответ англичанам и наказывает им придумать что-нибудь, чем можно удивить европейцев. В результате трое туляков совершают невероятное: они подковывают «английскую» блоху. Работа настолько мелкая, что увидеть маленькие подковки можно только в микроскоп, а при лучшем «мелкоскопе» можно увидеть еще и малюсенькие гвоздики, которыми прибиты подковки, и имена мастеров, выгравированные на них. Однако блоха перестала танцевать под тяжестью подковок. И эта ситуация как нельзя лучше характеризует всю суть русского народа невероятно талантливого и не знающего меры ни в чем. Также Лесков сравнивает характеры русских и иностранцев: иностранцы – рацио, у них в голове не умещается, зачем подковывать блоху, если она при этом перестала работать. У русских мастеров подобного вопроса не возникает: они делают то, что умеют со всей силой своего недюжинного таланта.

Когда левша оказывается за границей, иностранцы всячески соблазняют его остаться у них, обещая при этом золотые горы. Но Левша не хочет продаваться и стремится вернуться на родину. В результате гибнет он тоже от традиционного «русского» порока – пьянства. На корабле, по дороге в Россию, Левша спорит со шкипером, кто кого перепьет и допивается «до чертиков». На берегу его отвозят в больницу, где он умирает, успев сообщить важную тайну: у англичан ружья кирпичом не чистят, а то они стрелять не годятся. Впрочем, эта «тайна» никого особо не интересует: « на то есть генералы», чтобы в ружьях разбираться. А вот послушали бы – глядишь, Крымская война иначе бы кончилась! Здесь Лесков снова по-доброму иронизирует! Русский народ – упертый – чистили ружья кирпичом и продолжат чистить! И не важно, что там советуют остальные!

Также он отмечает, что предание нельзя забывать, что нужно вспоминать о своем прошлом с гордостью и любовью.

Книга вышла вне серии в издательстве «Энас-книга» с великолепными иллюстрациями Михаила Петрова. Не так давно издательство порадовало нас книгой «Робин Гуд» с рисунками художника, и вот еще один царский подарок – «Левша». Рисунки юмористические, гротескные. Здесь противопоставляется реальная жизнь народа (трехцветные рисунки заставок) и государственный морок (цветные). Книга станет украшением любой библиотеки.

Твердая обложка, мелованная бумага. Рекомендую для чтения 10+.

Знай наших!!!
О духе соревнования, вечной холодной войне между Западом и Россией и зависти. Необходимо, чтобы мы были не только не хуже остальных, но и лучше. От того не мог успокоиться русский царь, пока не удивил англичан. А те в свою очередь славные мастера были!!! Только не хватило учености русским, природное мастерство есть, а таблицы умножения не знают. Правда, у этого другой плюс:некоторая природная бесхитростность, привычка к земле и патриотизм.
Левша - не только мастер, но и истинный русский человек, верный сын своей земли!
А если серьёзно ,то произведение обладает притягательностью, лёгким шармом поскольку написано таким немудреным языком, по-мужицки, без витиеватостей.

Тульские мастера сумели подковать английскую стальную блоху и даже выгравировать на подковках свои имена — не узнаем мы только имя Левши, потому что он делал для подков гвоздики, и на них имя его уже не уместилось. Русские мастера ухитрились выковать эти подковки без каких-либо технических средств, без микроскопа, потому что у них «глаз пристрелявши», и даже без знания таблицы умножения и четырёх правил арифметики.

Мне кажется, Левша, собрал в себе все качества нашего народа. На чужбине русский не растет, не приживается. Будучи выдернутым из своей родной земли, быстро чахнет и погибает. Не зря же былинные богатыри брали с собой в дальний путь по горсти родной земли для того, чтоб она придавала им сил. Левша убеждён, что «русская вера самая правильная», не нравятся ему и английские девушки, и еда; нравится только, как англичане хранят оружие, и этот военный секрет он мечтает передать государю.

Конец Левши трагичен, его избранность и особенность не спасла его от бесславной смерти. Да и не могла она быть другой. Неприкаянные мы, ни на кого не похожи. Россия – как один огромный монолитный организм, медленно идущий по своим делам. И потеря одного такого Левши не станет заметной, потому что мы все такие. Наша национальная черта - бесконечно посыпать голову пеплом и не помнить о том, что мы родились на сложной земле с очень сложной судьбой. Земле Достоевского, Пушкина, Чехова, Булгакова, Врубеля, Васнецова. Земле, которая пережила массу бед, войн и прочего другого горя. На земле неповоротливой, спокойной, доброй. На земле, с которой мы одно целое. На самой лучшей и единственной такой.

Ох уж этот Лесков!Не ожидала я от него такой атмосферности и мрака, ужаса, мистики, впрочем, как и от остальных русских классиков.Может, не те произведения раньше попадались, но вот этот небольшой рассказ действительно впечатлил меня.

С самого начала ты ощущаешь, как холодок проходит по твоей коже.Автор решил не щадить читателя и сразу начал говорить что, как и к чему.Он не окунает вас постепенно в омут, он сразу топит и не дает шанса на спасение.Все читается быстро, на одном дыхании, а после книги остается неприятый осадок на душе.Да, это не сможет лишить вас сна, заставляя трястись от ужаса, но, тем не менее, я не побоюсь утверждать снова и снова, что "Привидения..." написаны в лучших традициях атмосферного повествования Эдгара Алана По.Если по каким-либо неведомым причинам вы еще не имели возможноть познакомиться с Лесковым, то начинайте именно с этого.Кажется, лучшее, что я читала у данного писателя.

Очень обидно,что мы не бережем то,что имеем.Обидно что у нас-то тоже есть мастера, которые могут выдать, но они находятся в тени всю свою жизнь, мы их не ценим.Мы гоняемся за чужими идеями, хотя можем воплощать в жизнь свои, сейчас мы гоняемся за какими-нибудь дорогущими синтетическими носками с крутым брендом, а ведь можем приобрести на рынке у Марии Ивановны носки куда более лучшие.Печально смотреть на то, как погоняют обычного человека, незная, что он сделал и на что способен.
В 6 классе мы читали эту историю в сокращенном варианте(там оканчивалось на том, где Левша показал англичанам свою работу) тогда я испытал только гордость. Я рад, что прочитал эту историю еще раз,в 16 лет, в таком возрасте её надо читать, думаю, за сейчас я вынес из этой книжки больше,чем в 6 классе.Сейчас я гордости не испытал, понял только, что надо что-то делать, надо работать на страну, надо тяпать свой участок.

Какой кудесник Николай Лесков! Сочинить такой сказ-рассказ, таким феерическим слогом, выдумать ошеломительный сюжет и изобразить столь колоритных персонажей! Гений, пусть и прозеванный современниками, но по достоинству оцененный потомками.
Впервые прочитала более полувека назад, и каждое перечитывание было праздником души. Каждое слово в радость, как самородок - все эти вестовые-свистовые, тугамент-документ, долбица умножения.
Начинается история с путешествия императора Александра I по Европе после окончания Отечественной войны 1812 года. Сопровождает его донской атаман Матвей Платов, патриот из патриотов. Заморские диковины он не признает заслуживающими внимания. Ведь его донцы-молодцы гоняли Бонапарта и без смолевых непромокаблей. Показывают государю пистолю неподражаемого мастерства, а Платов нашел в нем клеймо тульского мастера Ивана Москвина. Конфузит атаман аглицких мастеров, вредит международной политике. Тем не менее, англичане сумели и Платова поставить в тупик, продемонстрировав знаменитую танцующую блоху.
История продолжается уже при другом императоре, Николае Павловиче, тоже большом патриоте, и опять немаловажную роль здесь играет атаман, пусть состарившийся, но не потерявший лихости. Именно он рассказал о забытой диковине, и государь захотел, чтобы тульские мастера что-либо подобное и не хуже ему представили.
Вызвались самые искусные, и среди них косой левша, с выдранными в учении волосьями. Дело сложное,

И ведь сумели туляки, исхитрились, только не сразу их мастерство разглядели, призвали левшу пред царские очи.

Действительно, русские мастера не обманули, они, шельмы, аглицкую блоху на подковы подковали, да на каждой подковке имя мастера проставили, который ее делал. А имени левши не было, потому что он мельче этих подковок работал: гвоздики выковывал, которыми подковки забиты. Вот какую микроскопическую и филигранную работу проделали мастера из Тулы. Дальше следует моя любимая цитата, ответ на вопрос, с помощью какого мелкоскопа они смогли произвести это удивление.

Дальше следует триумфальное путешествие левши в Англию, где он поразил всех английских мастеров. Как его не уговаривали остаться в столь технически продвинутом государстве, как не прельщали женщинами, остался левша тверд в своих патриотических и православных убеждениях. Никак не смогли его удержать, такая тяга проявилась к родному месту. Тут бы и остановиться Лескову, пусть бы вернулся путешественник в родное Отечество, тем более с выведанным оружейным секретом. Нет, не дождался читатель радостного финала, так жаль, так обидно.