Цитаты из книги Храни короля. Звереныш

Можешь потерять десяток книг, звереныш, только возвращайся сам.

— Все люди так судят. Всё, что отличается от их представления о прекрасном, вызывает в них отвращение.

• Ладно, смотри… если Факельщик исцелит больного, он сотворит чудо - так они считают. Но если больного исцелит знахарка, провидица или колдун - они сотворят это с помощью темного искусства. Колдовства. Понимаешь?
  - Но какая разница, если больной выздоровел? - искренне недоумевая, поинтересовался Вольф.
  - Выходит, я в тебе не ошиблась.
  

— Не могу.
— На поле боя нет слова «не могу», есть только жизнь и смерть, замеревшие в одном ударе сердца друг от друга. Вставай!

Вольф следил за разговором молча. Обмен колкостями между Сурдри и Кассием напоминал танец со змеей на шее: осторожный и смертельно опасный. И если старухе Светлейшего при дворе Райнхольда Вольф понимал, то роль худощавого язвительного Кассия оставалась для него загадкой.

— Не делай того, о чем пожалеешь, — выпалила Хела. — Не верь улыбкам и сладким речам. Там, в стенах Грайхайма, нет никого, кому можно доверять. И, мальчишка... — Ее кустистые седые брови сошлись над переносицей. — Запомни: если тебе говорят то, что ты хочешь услышать, значит, тебе лгут.

«Буквы складываются в слова, зверёныш. А слова в этом мире имеют вес».

«Чтоб меня закопали так глубоко, чтобы я не слышал крика петуха...».

«Люди растут быстро, как трава. И умирают тоже быстро».

«А ты здесь на что, ветошь старая?...».

«Ты, старый мешок с жабами, следи за тем, что говоришь!...».

«— А что, если у него крутой норов? Его придётся переломить, переделать...

— Нет у него никакого норова! Он дикий зверёныш, воспитанный собакой!...».

– Я знаю кое-что о бандрунах, – уязвленно заявил Сурдри.
– «Кое-что», – передразнил корень. – «Кое-чем» род Дитрихштейнов не защитить, идиот.
– Не смей меня оскорблять! Мое терпение не бесконечно, альрауна. К тому же идиот не прожил бы столько веков, оставаясь Светлейшим из альвов.
– Ты очень везучий идиот, – фыркнул корень.

Проводив ее взглядом, Вольф прошептал:
— Я потерял книгу.

Герда присела, ее глаза оказались прямо перед ним, и он не увидел там ни осуждения, ни гнева. Ломкие старушечьи пальцы коснулись его щеки с удивительной нежностью.
— Можешь потерять десяток книг, звереныш, только возвращайся сам.

Он все же разрыдался. Обхватили Герду за шею и прижался лицом к плащу, один вид которого так сильно пугал его последние недели.
Удивительно, но она обняла его в ответ.

Сбегая погулять в лес, Вольф заливисто хохотал, а Пес вторил ему лаем, пока пытался догнать младшего названого брата. Ласковые лучи солнца становились все теплее, под ногами хрустели еловые иглы и шишки. Вольф начинал понимать, что счастье пахнет травами и землей, мокрой шерстью, горькими цветами и медом.

Он всегда подмечал такие мелочи: если вовремя не понять, что старший в скверном расположении духа, можно схлопотать затрещину, а то и пинок.

Это накипало годами, и нам с тобой, юнкер, придется увидеть, чем все это закончится.

– Ты спас моего короля, мальчик. За это я обещаю тебе защиту моего рода. И выпрями спину. Отныне за ней стою я.

Даже повзрослевшие девчонки остаются капризными чудовищами.