Последний паром Заболотья

Понятия не имею, где тут надо искать обещанный триллер... Начало у книги такое, что немедленно приходит в голову, что это будет нечто среднее меду книгами Светлана Тюльбашева - Лес и Алексей Иванов - Псоглавцы . Потому что атмосфера такая: вроде бы даже что-то мистическое наклёвывается, когда ребята, увлечённо лазающие по деревенским заброшкам, находят стиральную машину и после этого мгновенно теряются в лесу, не понимая даже, в какой стороне оставили машину. Но ни карельского леса со странными обитателями, ни таинственных артефактов не будет, мистика на том кончилась. А дальше - история одной семьи из вологодской деревни Заболотье, простая и жгуче-горькая, такая, каких, наверное, множество бывает и в реальной жизни. Особенно пронзительная сцена, когда маленькая Алёнка кидается от папы к маме, умоляя не ругаться, ужасно жалко потом девочку, когда она лежит в кроватке и напряжённо прислушивается, кто куда пошёл и что делает, при этом очень сознательно стараясь не вникать в смысл произносимых за стенкой слов - знает, что когда мама и папа ругаются шёпотом, это для того, чтобы она не слышала... Прекрасная юношеская любовь, получившая развитие в семейной жизни, потихоньку сдаёт позиции - от безденежья, от тоски, от необходимости жить в доме, который никак невозможно почувствовать родным, своим:

Дом был угрюм, суров с жильцами, и они оттого хмурились.

Вокруг такие же неприветливые, несчастливые люди, которые тоже очень хотят уехать, даже не очень важно куда:

Это уже не Заболотье, это настоящее Болото, и мы сидим в нем, ждем, пока засосет. А нас уже засосало! Уже! Все уезжают.

Получается, что даже настоящее чувство бессильно против серой рутины, в которой не видно просвета. И это они ещё неплохо и довольно дружно живут, по сравнению со многими соседями...

Стоило расцепить объятия, разжать руки, отодвинуться, как наваливались обратно беда, боль, несчастья на головы.

Возвращаясь к обещанному триллеру: не думаю, что автор имела намерение именно его-то и написать. Иначе ради хоть какого-нибудь саспенса не отметила время событий, не назвала имя, не показала бы старую куклу. А вот как рассказ "за жизнь" книга очень неплоха. Даже старая затопленная церковь, упрямо торчащая посреди Шексны кажется символичной. Пусть совсем умрёт деревня, но нужно оставаться со своими:

Нет привязанности сильнее, чем к семье. Его дом возле них. Его деревня там, где жена. Его лес там, где дочь. И колкий луг рядом с ними, и все реки Земли у их ног, и все озера за их спинами, и купола всех церквей над их головами.

Все вокруг – от захудалой сторожки паромщиков до усталого ивняка – умирало, умирало, но никак не могло умереть.

Назвать данную книгу триллером – преувеличение. Некоторая мистическая составляющая в романе имеется, но она введена не из желания напугать читателей, а чтобы подчеркнуть горечь и душевную боль, возникающую при виде упадка и запустения русских деревень: покосившихся и полуразрушенных домов, исчезнувших в зарослях улиц... Во время чтения вспоминался известный роман Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери». В примечании к роману есть строка от автора: «Одна из главных целей моих — вдохновить нацию любовью к нашей архитектуре». Гюго пытался обратить внимание властей на уникальный собор Нотр-Дам-де-Пари, который находился в плачевном состоянии (ставился вопрос о его сносе), и спасти его. Настасья Реньжина, как прежде Виктор Гюго, строит сюжет своей книги вокруг затопленной церкви в Крохино. Она придумывает Заболотье, вдыхает жизнь в вымышленных героев, рассказывает несколько грустных историй о заболотинцах, но при этом постоянно возвращается к церкви, намекая неравнодушным, что проект по возрождению культурного наследия «Крохино» может поддержать каждый.

Церковь будто прямо из воды выросла, сама по себе, никто ее не строил, а где-то на дне ее корни. Чайка теперь кричала на туристов с колокольни, предупреждая, что все тут принадлежит ей. Ближайшая к лодке стена обрушилась, показывая церковное нутро – разбитое, растерзанное временем. Можно только представить, какими были купола, где находился неф, каким иконам когда-то молились прихожане.

Сюжет романа складывается из отдельных рассказов. Начинается и заканчивается повествование в один и тот же летний день 2024 года. Пролог и эпилог словно бы обложка из реального времени, внутри которой скрывается прошлое. Рассказы не имеют строгой последовательности, автор может рассказать о ссорах в семье Иры и Миши, у которых уже есть пятилетняя Алёнка, чтобы дальше поведать об их первом свидании или о походе вглубь леса к старой колдунье-знахарке... Каждая глава, как отдельная картинка из жизни Заболотья — как оно жило, любило, умирало... Как покидали деревенские жители отчие места, переезжая в Вологду, Белозерск, Череповец... Ира тоже рвалась в город, чувствуя, как отторгает ее неуютный чужой дом. А вот Миша не решался оборвать корни, покинуть местность, где родился и вырос, где похоронены родители... Можно сказать, что роман Настасьи Реньжиной о нашем выборе, но мне кажется, что он больше о любви к родному краю, о его красотах и заповедных местах.

Почему-то притягивают меня такие книги — те, что оставляют после прочтения какое-то щемящее чувство в душе, грустное послевкусие.

Эта книга о вымирающей деревне в Вологодской области. Она вымышленная, насколько я понимаю, но это и не важно. Таких деревень по стране сотни, если не тысячи. Несколько покосившихся избушек, где доживают свой век старики, заброшенное кладбище, какие-то развалины — вот и всё, что осталось. Та молодёжь, что ещё не успела уехать, всё равно мечтает это сделать — туда, где больше возможностей, больше жизни.

В книге нет ни мистики, ни ужасов, ни триллера. Просто драма жизни одной простой семьи из такой вот деревни, что зовётся Заболотье. Муж — паромщик, который подрабатывает тем, что возит на моторной лодке туристов к затопленной церкви (той самой, из фильма «Калина красная» с Шукшиным). Жена — продавщица в деревенском магазине, которая мечтает уехать хоть куда-нибудь в город побольше ради дочери. Они оба родились и выросли в этой деревне. История взаимоотношений их семей очень печальна, как и всё, что связано с Заболотьем. Иногда своим тоскливым настроением книга напоминала мне роман «Елтышевы» Сенчина, правда, не всё так ужасно и финал оставляет чувство надежды на лучшее.

А понравилась книга мне тем, что помимо неплохого финала она приправлена описаниями природы Русского Севера, историческими деталями вроде затопления местности при советской власти, фольклорными нотками (история о бабке-знахарке, колдуне, волшебной щуке). Без этого всего картина вологодской деревни была бы неполной, плоской. Всё же Русский Север обладает своей магией, веришь ты в мистику или нет.

У книги есть прекрасная аудиоверсия - читает Ирина Патракова.