Цитаты из книги Ген Рафаила

Скворчащая сковородка грибов в сливочном масле затмила мысли о жизни и смерти

ГЕН РАФАИЛА – мутация, противоречащая инстинкту самосохранения.

— Слышите? — спросил зоолог.
— Просто урчит кот, — ответила Олеська.
— Разве это не чудо, когда кто-то урчит от удовольствия? Разве это не лучшая музыка?

- Далеко ещё до Острова Рафаила?
- Нет, пару остановок. Это между Большой Грязью и Запёздьем

- Отставить молчание! Отставить тишину! Я не хочу выигрывать этот спор! - вдруг закричал он и уронил лицо на покрытый одеялом мягкий живот Батутовны.

- Ну нееет, - тянет зоолог, - я не справлюсь. На мне российская наука, открытия, свершения. У меня Рафик запоносил.Это твой крест, генерал. Неси его с достоинством!

Хосе часто жрал всякую дрянь на помойке, адски дристал, был лечен левомицетином и активированным углем, глистогонен, кормлен антиаллергенными собачьими деликатесами и вновь жрал всякую дрянь.

И счастливый Красавцев готов был гореть каждый день, чтобы она встречала его именно так… влюбленной, виноватой, верной…

"Показательные танцы арабской кобылицы завершились, декоративная амуниция была сброшена, в нежный рот вставлен железный трензель, по шелковому крупу прошёлся грубый кожаный хлыст. Настало время заездки под седло. Неготовая к неволе лошадка брыкалась, кусалась, сопротивлялась, убегала из дома, но все было бесполезно."

"Пятеро военных побросали лопаты, и побежали своими глазами увидеть это чудо: росток, пробивающий асфальт, ребёнок, расправивший лёгкие, зазеленевшая почка на сожженном дереве. Жизнь! Жизнь посреди запаха мертвичины, посреди оторванных рук и ног, пробитых трахей, неоконченных писем маме."

"В зыбке - серое, застиранное белье, крошечная мордашка, босые ножки с фасоленками и горошинками пальчиков, сжатые кулачки цвета мякоти белого налива и плач, заполняющий комнату, дом, улицу, вселенную..."

Невозможно было не заметить, как подтрунировала Батутовна над зятем в его присутствии и как гордилась им за глаза.

Всяк на земле идёт своим путём. Один — спасает этот мир, другой — губит.

-Молодец, парень, женщин надо беречь!

«— Договорились, — кивнул его поверенный, а про себя подумал: „Идиоты. Они все идиоты“».

«Он – командир по должности, она – по жизни. Он – способен на подвиг, она – на убийство. Он вырастил сына, она – десятки детдомовцев. Они одиноки и вынуждены жить под одной крышей.»

Но упертому Толе никто не был указкой. Он исправил – хочу быть участковым. Потом зачеркнул: сыщиком. Разорвал лист: генералом.

‎—Боже, не надо! – взмолилась я.

‎– Боже тебе ничего и не даст, – пробурчала она, отрывая билет от толстого рулона.

— Не мила мне жизнь.
— Ишь какой, ты ей больно мил…