Тяжеловесное начало литовской национальной литературы
Перечитывала произведение, считающееся первым классическим произведением, написанном на литовском языке и даже перечисленное в списке лучших литературных произведений Европы, составленном по инициативе ЮНЕСКО, спустя столько лет, что и сосчитать невозможно. С этого произведения в литовских школах начинается изучение родной литературы, когда сказочки и басенки уже освоены. И, пожалуй, именно оно и есть то препятствие, которое многие не одолевают на своём пути любви к чтению. Поэма написана страстным любителем словесности, пастором лютеранской церкви, латинистом и радетелем за права литовского языка (сам он жил и действие его произведения происходит в Восточной Пруссии - сейчас примерно территория между Калининградской областью и Клайпедским краем Литвы). Использован гекзаметр, чрезвычайно модный в это время как в латинских виршах, так и у немецких поэтов. Литовский язык, который Донелайтис хотел показать во всей красе, увы, не совсем литовский. Почему детям и сложно читать его - так более-менее говорят в западной Литве, а, скажем, жителям Вильнюса тут встретится масса непонятных слов. И это не считая немецких, польских и латинских))). Чтобы не быть голословной, покажу пару строчек: как в оригинале -
Sveiks, svieteli margs! šventes pavasario šventęs; Sveiks ir tu, žmogau! sulaukęs vasarą mielą
Как в современном языке было бы:
Sveikas, pasaulėli margas! šventes pavasario šventęs; Sveikas ir tu, žmogau, sulaukęs vasaros mielos.
Ещё одна сложность: множество персонажей, появляющихся и пропадающих произвольно, на пару предложений, иногда на описание какого-то одного действия. Я воспользовалась текстом одного литовского студенческого реферата, где их подсчитали: около 50 крепостных, управляющих, бар, конюхов, пахарей, девушек и т.д. Все примерно одинаково ... неважны, поименованы только, чтобы не писать постоянно "мужик", барин" и.т.п. Есть несколько переводов на русский. Чисто, чтобы дать почувствовать тяжеловесность этих строк:
«Да, времена подошли нечестивые! — вымолвил Сельмас. — Всюду, куда ни ткнись, — шельмовство одно, да и только. Баре и слуги, глядишь, всё в пекло лезут да лезут. Тот задирает нос и, в бока упёршись кулаками, Господа лишний раз помянуть считает зазорным, Бога поносит другой, этой дурьей башке в угожденье; Барин, глядишь, как слепец, в преисподнюю прёт ошалело, Преданных слуг своих беззаконью учит тому же. Слово святое господне, церквей красота и величье, Звучные наши псалмы и сердечные наши молитвы — Хуже навозного смрада для этих гнусных людишек. С толку барина сбили театры, пирушки да ломбер. Слуги его распустились, руки хозяйской не чуют, — Где же, где же она, былая благопристойность?»
Строение поэмы: четыре части по временам года. На русский её название так и перевели -"Времена года". Более дословный перевод - год. Но так непоэтично))). Описаны разные виды работ, явления природы, случаи из деревенской жизни. Вероятно, имеет этнографическую ценность.
84 понравилось
