Цитаты из книги После театра

Вероятно, нигде в другом месте так жизнь не однообразна, как во флигеле. Утром больные, кроме паралитика и толстого мужика, умываются в сенях из большого ушата и утираются фалдами халатов; после этого пьют из оловянных кружек чай, который приносит из главного корпуса Никита. Каждому полагается по одной кружке. В полдень едят щи из кислой капусты и кашу, вечером ужинают кашей, оставшеюся от обеда. В промежутках лежат, спят, глядят в окна и ходят из угла в угол. И так каждый день.

– Диоген жил в бочке, однако же был счастливее всех царей земных. – Ваш Диоген был болван, – угрюмо проговорил Иван Дмитрич.

Если твой поступок огорчает кого-нибудь, то это еще не значит, что он дурен... Всякий твой серьезный шаг неминуемо должен огорчить кого-нибудь.

...свобода - в воздержании, а не в подчинении страстям.

...его хладнокровие, с каким он обыкновенно уклоняется от платежа по ресторанным счетам, на этот раз возмутило ее, и она едва удержалась, чтобы не сказать ему: «Если вы бедный, то сидите дома».

Оттого, быть может, что в глазах у нее мелькали деревья, телеграфные столбы и сугробы, самые разнообразные мысли приходили ей в голову.

...у таких женщин, как его жена Софья Львовна, вслед за бурною, немножко пьяною веселостью обыкновенно наступает истерический смех и потом плач.

Прошлое противно, лучше не вспоминать о нем.

Логики в нашей жизни нет, вот что! Логики!

Яблоне не надо беспокоиться, чтобы на ней яблоки росли – сами вырастут.

Да и к чему людям мешать умирать, если смерть есть нормальный и законный конец каждого?

Безнадежная любовь к женщине, от которой имеешь уже двух детей!

... если бы не было бога, то его выдумали бы люди.

"Истинное счастье не возможно без одиночества."

Мы ослабели, опустились, пали наконец, наше поколение всплошную состоит из неврастеников и нытиков, мы только и знаем, что толкуем об усталости и переутомлении, но виноваты в том не вы и не я: мы слишком мелки, чтобы от нашего произвола могла зависеть судьба целого поколения.

В обществе, где холодное высокомерие и равнодушие считаются признаком хорошего воспитания и благородного нрава, следует прятать свою страсть.

Быть нелюбимой и несчастной – как это интересно!

Но ведь хочется жить независимо от будущих поколений и не только для них. Жизнь дается один раз, и хочется прожить ее бодро, осмысленно, красиво. Хочется играть видную, самостоятельную, благородную роль, хочется делать историю, чтобы те же поколения не имели права сказать про каждого из нас: то было ничтожество или еще хуже того…

И инстинкт здоровья и молодости льстил ей и лгал, что настоящая поэзия жизни не пришла, а еще впереди...

...Чтобы польстить Анне Акимовне, он сказал еще несколько фраз, обидных для своего благородства, и было ясно, что он унижал себя потому, что считал себя выше ее…