Цитаты из книги Into Thin Air

Хотя экспедиция Неби была объявлена "сольным" проектом, альпинист нанял восемнадцать шерпов, чтобы те несли его грузы, провешивали для него веревки на горе, обустраивали его лагерь и вели его на гору.

"Будучи русским, он пришёл из жесткой, горделивой и суровой культуры альпинизма, в которой не полагаются на изнеженных слабаков"

Если бы мы трезво оценили собственные возможности и сопоставили их с теми сложнейшими задачами, которые ставит перед нами «крыша мира», то, возможно, поняли бы, что половина обитателей лагеря просто бредит.

ОЧЕНЬ БЫСТРО Я ОСОЗНАЛ, ЧТО ПОДЪЕМ НА ЭВЕРЕСТ БЫЛ В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ СВЯЗАН С НЕСКОНЧАЕМОЙ болью.

Когда я отдыхаю, то чувствую себя, словно я умер – за исключением горящей от каждого вдоха гортани… Я не представляю, как смогу двигаться дальше. Ни сомнений, ни радости, ни страха. Я уже не управляю своими чувствами, да и вообще никаких чувств не осталось. Осталась только воля.

Я не доверяю никаким рассказчикам, утверждающим, что они держат под контролем свои чувства. По-моему, тот, кто претендует на понимание и сопереживание, но при этом совершенно очевидно держится спокойно, является глупцом и лгуном. Понимать – значит дрожать. Вспоминать – значит пережить заново и быть раздавленным…

ВЫСОТА БОЛЬШЕ 8000 МЕТРОВ – ЭТО НЕ ТО МЕСТО, ГДЕ МОЖНО ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ ВЫСОКОЭТИЧНЫЕ ПОСТУПКИ».

как показывает история, когда предоставляется шанс подняться на самую высокую точку планеты, люди на удивление быстро прекращают здраво мыслить.

Сейчас – это сейчас.

Высокогорный отек мозга случается не так часто, как высокогорный отек легких, но представляет собой гораздо большую опасность для жизни. Это весьма странное заболевание, когда пораженные кислородным голоданием кровяные сосуды мозга начинают пропускать жидкость, что приводит к возникновению отека мозга.

В альпинизме, кроме физического и эмоционального напряжения, существует совершенно реальный риск, поэтому любое восхождение в горы – это не просто игра. Восхождение – это сама жизнь, только в гораздо более сложных условиях...

На высоте 8848 метров в воздухе содержалось так мало кислорода, что мои умственные способности деградировали до уровня интеллекта маленького и несообразительного ребенка.

Эверест имеет свою систему — уничтожать с невиданным размахом.

Мы шли на риск, мы знали, что подвергаем себя опасности, но все обстоятельства были против нас, поэтому мы не жалуемся, а покоряемся воле судьбы, твердо решив до конца делать все, что можем…

Я СЛИШКОМ МНОГО ОТДАЛ ЭТОЙ ГОРЕ, ЧТОБЫ УЙТИ СЕЙЧАС НИ С ЧЕМ. Я ДОЛЖЕН ВЛОЖИТЬ В ЭТО ДЕЛО ВСЕ.

– Если ты погибнешь, – говорила она со смешанным чувством отчаяния и злости, – не только ты один заплатишь эту цену. Мне ведь тоже придется расплачиваться всю оставшуюся жизнь, понимаешь?

Простые удовольствия домашней жизни – завтрак с женой, любование заходом солнца над заливом, возможность встать посреди ночи и пойти босиком в теплую уборную – все это вызывало во мне вспышки радости, граничащей с восторгом. Но эти светлые мгновения омрачала длинная тень Эвереста, образ которой с течением времени постепенно тускнел.

Масштаб катастрофы был настолько гигантским, настолько за гранью всего, что когда-либо рисовало мне мое воображение, что мой мозг просто отказывался это воспринимать.